Глава 81

Глава 81: Дядя, ты считаешь меня чудовищем?

В разговоре о Мо у Тань Мо действительно было что спросить у Вэй Чжицяня. Присутствие родственников не слишком удобно.

— Дядя, — Тань Мо вошла в палату, но, увидев Вэй Чжицяня, не бросилась к нему, как обычно.

Она стояла между дверью и больничной кроватью, не слишком близко к Вэй Чжицяню.

— Почему стоишь так далеко? — Вэй Чжицянь, прислонившись к изголовью, читал книгу. Теперь он отложил ее, выпрямился и протянул руку к Тань Мо. — Не видел тебя весь вечер, теперь я для тебя чужой?

Тань Мо нервничала, ее сердце колотилось все быстрее и быстрее.

Она подошла к Вэй Чжицяню и послушно встала рядом.

Вэй Чжицянь приподнял брови. Хоть Тань Мо всегда была послушной, но сейчас она вела себя так, словно сделала что-то не то.

Вэй Чжицянь, должно быть, догадался о причине ее состояния.

— Дядя, как идет выздоровление после ранения? — спросила Тань Мо.

— Неплохо. Рана зажила очень хорошо. Даже если слегка пошевелить, кровотечения не будет, — ответил Вэй Чжицянь. Его рана все еще была перевязана, и он не мог показать ее Тань Мо.

В это время дворецкий Чжоу принес лекарства:

— Хозяин, пора сменить повязку.

Врачи и медсестры вчера незаметно заметили, что его рана заживает необычайно быстро.

Хоть это видели лишь двое, Вэй Чжицянь остерегался.

В любом случае, рана зажила хорошо, поэтому он позволил дворецкому Чжоу заняться сменой повязки.

Даже когда сняли швы, Вэй Чжицянь не планировал искать посторонних.

Дворецкий Чжоу разрезал бинты, и Тань Мо невольно потянулась, чтобы коснуться раны у Вэй Чжицяня возле плеча.

Если бы сегодня они смогли передать Вэй Чжицяню еще энергии, то он смог бы исцелиться через несколько дней.

Но как только кончики ее пальцев были готовы коснуться раны, Вэй Чжицянь внезапно схватил ее за запястье.

Тань Мо вздрогнула:

— Дядя?

— Подожди немного, не трогай, — предостерегающе произнес Вэй Чжицянь.

Его взгляд был таким же, как когда в детстве Тань Мо иногда портила чернила, практикуясь в каллиграфии, или рисовала на бумаге.

Тань Мо тут же замерла, спрятала руки за спину, послушно опустила голову, словно провинившаяся ученица.

— Что ты стоишь? Это не наказание, — Вэй Чжицянь с досадой хлопнул по креслу рядом с кроватью. — Присаживайся.

— Хорошо, — Тань Мо послушно села.

После того, как дворецкий Чжоу сменил Вэй Чжицяню повязку, он наложил новую.

Поскольку рана хорошо заживала, ее не нужно было туго перевязывать, как вчера.

В противном случае в такую жаркую погоду вскоре стало бы панически душно.

Затем дворецкий Чжоу собрал свои вещи и вышел, оставив их наедине.

— Больше так не делай, — серьезно сказал Вэй Чжицянь.

— Дядя, что ты имеешь в виду? — Тань Мо беспечно хлопнула большими глазами, глядя на Вэй Чжицяня.

— Не притворяйся дурочкой, — Вэй Чжицянь поднял руку, чтобы постучать ее по голове, но воспоминание о ее вчерашней высокой температуре и красном от жара лице заставило его сдержаться.

Он убрал руку и прямо указал:

— Ты хотела снова исцелить меня, коснувшись моей раны, верно?

— Дядя, ты… — Тань Мо догадывалась, что Вэй Чжицянь мог знать.

Но когда он сам это произнес, Тань Мо все равно побледнела от изумления.

Вэй Чжицянь вздохнул:

— Как я могу не задуматься над стольким совпадениям? Каждый раз, когда ты рядом, любое, даже самое упорное недомогание излечивается.

Видя, что Тань Мо опустила голову, Вэй Чжицянь не мог ясно различить ее выражение лица.

Открытая часть лица была мертвенно-бледной, без кровинки.

Вэй Чжицянь встал, подошел к ней, присел на корточки, так что ему стоило лишь слегка приподнять голову, чтобы увидеть ее лицо.

Даже если она опустила взгляд, с его нынешнего угла все равно было видно.

— Ты боишься, что я узнал?

Чего боялась Тань Мо?

Что ее будут использовать?

— Дядя, ты считаешь меня чудовищем? — в глазах Тань Мо заблестели слезы, и она робко посмотрела на Вэй Чжицяня. — Я никогда не забуду. Хоть и редко, но в мире так много одаренных людей. Это не редкость. Но я могу исцелять людей, не используя никаких медицинских методов.

Тань Мо прошептала:

— Это другое.

Вэй Чжицянь разгладил брови — оказывается, она боялась именно этого.

Он рассмеялся и щипнул Тань Мо за щечки.

После того, как он ущипнул ее дважды, бледные щечки Тань Мо наконец-то чуть порозовели.

Эта половина личика выглядела куда приятнее, и Вэй Чжицянь растер пальцами, затем жадно наклонился к другой ее щеке, симметрично ущипнув ее дважды.

Теперь на обеих половинках лица Тань Мо равномерно проступил румянец, что было гораздо привлекательнее.

Тань Мо: "…"

Тань Мо больше не тревожилась — действия Вэй Чжицяня ни капли не походили на то, что он видит в ней чудовище.

Она смотрела на Вэй Чжицяня с укором.

Что он, право, делает?

— В чем дело? — Вэй Чжицянь слегка приподнял бровь. — Вообще-то, я никогда не рассказывал тебе о патриархе Восьми Великих Кланов.

Тань Мо подумала, имеет ли патриарх отношение к ее дару.

— Самое главное требование к патриарху Восьми Великих Кланов — не в том, кто более способен, — продолжил Вэй Чжицянь, сохраняя эту полусогнутую позу. — А в том, у кого пробудилась способность патриарха.

Вэй Чжицянь чуть наклонил голову.

Тань Мо: "…"

Она не ожидала, что Вэй Чжицянь собирается убить ее наповал, наклонив голову.

— У патриарха разнообразные способности. Как у Цинь Муфэна — отличное зрение, он видит безупречно на многие километры. А у меня превосходный слух, и я могу контролировать свои способности. Когда захочу, смогу распустить их. На таком же расстоянии у меня не будет проблем, — сказал Вэй Чжицянь.

— А если у кого-то посредственные способности пробудились, а у другого, обычного человека, неожиданно проявится дар на уровне Вэй Кери? — не могла не забеспокоиться Тань Мо.

Вэй Чжицянь на миг опешил. Он не ожидал, что Тань Мо в первую очередь озаботится этим, а не удивится. Ведь на самом деле многие люди, как она, отличаются.

Оказывается, Вэй Кери занимает в сердце Тань Мо столь низкое место.

Почему-то Вэй Чжицянь ощутил особенную радость и хорошее настроение.

— Я не знаю, являются ли те, у кого способности пробудились, посредственными, или же лишь очень хорошие люди могут достичь критической точки и пробудить способность. Но в любом случае, люди из Восьми Великих Кланов, у которых она пробудилась, сами по себе необычайно одарены, а воспитание всего клана не так уж плохо, даже если это худший вариант.

— Так что я никогда не считал тебя чудовищем, мы одинаковы, — глаза Вэй Чжицяня излучали мягкий свет, даже его голос был подобен нежному ветерку.

Мы одинаковы.

Она такая же, как Вэй Чжицянь.

Это признание сразу же обрадовало Тань Мо.

— О чем ты беспокоишься, неужели я на самом деле считаю тебя чудовищем? — с любопытством спросил Вэй Чжицянь, размышляя, что же крутилось в ее маленькой головке.

http://tl..ru/book/67355/4106665