Глава 126

Исполнение Гарри на матче по квиддичу заработало Гриффиндору лишние 50 очков.

Этот бонус стал равным 70 после возвращения Дамблдора – в знак признания героического исполнения Тиерой на корте, не позволившему вышедшему из-под контроля бладжеру атаковать одноклассников магическими навыками, намного превосходящими то, что положено иметь волшебнику в его возрасте, Дамблдор добавил Тиере еще 20 очков.

Когда Дамблдор объявил об этом, неделю спустя, был ужин. Дамблдор редко ужинал в Большом зале. Посреди ужина Дамблдор изящно постучал по стеклу –

«Пожалуйста, тишина, студенты». Дамблдор встал со своей чашей и сказал: «Все, должно быть, видели, что произошло на поле для квиддича в прошлую субботу, наш мистер Поттер был убит безрассудной атакой бладжера –»

Дамблдор сделал паузу и продолжил: «Но благодаря храбрости и гениальным магическим навыкам Тиеры, наш мистер Поттер отделался всего лишь травмой руки… переломом руки, поэтому я решил, для нашего маленького волшебного гения, Тиеры, еще плюс двадцать очков!»

Выговорив это, Дамблдор поднял свой бокал за Тиеру –

Мгновенно раздавшиеся одобрительные возгласы из-за гриффиндорского стола мгновенно заглушили ошеломленную Тиеру –

К Тиере слетелись бесчисленные объятия и благословения.

А Тиера, пребывая в полном неведении о бесчисленных объятиях и похвалах, смотрела на Дамблдора, сидевшего в учительском кресле.

Рот Дамблдора приоткрывался и закрывался, словно он хотел что-то сказать.

«н… наслаждайся…»

«т… ты… твое»

«с… славой…»

По губам Дамблдора Тиера распознала три слова –

«Наслаждайсяславой?»

Наслаждаться моей славой? Что имеет в виду Дамблдор?

Тиера немного растерялась. Решил ли Дамблдор, что я делаю это ради привлечения к себе внимания?

Ладно… пусть пока думает так, Тиера тоже подняла молоко, стоявшее в ее руке, подняла свой бокал в сторону Дамблдора, а затем одарила широкой сияющей улыбкой –

Если я дам Дамблдору знать, что собираюсь призвать Внешнего Бога, боюсь, этот старик не будет считаться с правилами и предписаниями, он не будет считаться с Белым Дьяволом и воздействием черной магии –

И вот, я, Дамблдор, управляю миром или являюсь самым ужасающим Белым Дьяволом, тогда мне придется тебя убить, второго или пятого мальчика, призвавшего на землю Внешнего Бога.

Подняв бокал за Дамблдора, Тиера о чем-то подумала и снова взяла свою чашу с молоком –

С самой невозмутимой на своем лице улыбкой, которую только могла себе представить, она подняла свой бокал за Гильдероя Локхарта, на лице которого было мрачное выражение.

На лице Гильдероя Локхарта поочередно проявлялись гнев, досада и унижение.

В конце концов, на лице Гильдероя Локхарта застыла лицемерная улыбка.

Гильдерой Локхарт тоже поднял свой бокал за Тиеру, словно в знак поздравления –

Но Тиера, которая смотрела Гильдерою Локхарту прямо в глаза, знала, что в сердце Гильдероя Локхарта наконец-то прорвались темные эмоции.

Просто… еще не время, подумала Тиера, ему понадобится некоторое время, чтобы полностью понять двойной алтарный ритуал, проанализированный Томом Реддлом.

Поэтому Тиера решила на время прекратить провоцирование Гильдероя Локхарта.

С того дня репутация Тиеры среди учеников Гриффиндора не уступала репутации Гарри Поттера, отчего Гильдерой Локхарт смотрел на Тиеру все более и более недружелюбно –

Гильдерой Локхарт все время хотел остаться с Тиерой наедине, используя свой профессорский статус, но Тиере все время удавалось искусно избегать этого.

Так проходили дни, и вот уже приблизился декабрь.

Когда приблизилось Рождество –

Когда в школе стали считать количество оставшихся на Рождество, Тиера связалась с Малфоем через метку Темного Лорда –

«Встретимся возле двери женского туалета на втором этаже –» Когда Малфой разговаривал, смеялся и хвастался со своими двумя мелкими последователями, в его голове внезапно зазвучал хриплый голос.

Малфой тут же бросил Крэбба и Гойла и побежал на второй этаж, как будто у него горела голова.

«Эй, Малфой, куда ты?» – крикнул Гойл вслед Малфою.

«Не следуйте за мной!» – откликнулся уже от лестницы Драко.

"Господин, Учитель…" Драко Малфой смиренно поклонился, когда увидел Тиеру, стоящую у входа в женский туалет на втором этаже.

Тиера всё ещё был в чёрном мантии, но сейчас его лицо было в обычном состоянии, а не в виде змеиного, как при первой встрече.

Драко в этом семестре очень сдержанный, не то, что он не достаёт Гарри, он даже Невилла не обижал…

Поэтому Драко никак не мог понять, что Тиера ищет его в это время.

"Ах…" — воскликнул Драко.

И тотчас Тиера схватил Драко за руку и грубо затолкал его в кабинку женского туалета.

"Передашь эту посылку дома на Рождество…" — Тиера затолкал в руки Драко свёрток размером не больше учебника "Наследие Прирождённого Чародея", и с нажимом сказал:

"Передашь лично ты — или ты, или Люциус, или Нарцисса, обязательно лично сам, лично в свои руки! Ясно? Передадите эту посылку домашнему эльфу по имени Добби…"

"Да, да, Господин, Господин, но зачем…"

"Замолчи, Драко", — осадил Тиера, — "Ты что смеешь вмешиваться в мой эксперимент?"

"Да, да, Учитель, я, я понимаю, не смею…" — Драко тотчас опустил голову.

"Не вскрывай без разрешения, а то…" — Тиера вынула палочку и провела ею по левой руке Драко, — "Я узнаю".

"Да… да, Учитель", — голова Драко как будто опустилась ещё ниже.

"А ещё передай своему отцу ~~ww.wuxiax.com~~, что вторая партия материалов, которые мне нужны, чтобы она была немедленно мне доставлена".

"Да… да", — сказал Драко.

"Ладно, иди", — сказал Тиера.

Драко Малфой пошатываясь вышел из женского туалета.

Тиера остался один в кабинке туалета и потрогал себя за грудь…

А хорошо-то как, потерять совесть.

Потом Тиера из-под мантии достал карту Мародёра…

Хэ-хэ, ты, Гилдерой Локхард, оказывается, у входа?

Ну что ж, давай-ка два дела за один раз сделаем.

Тиера от себя отделил ещё один слой кожи, обернул в него дневник Тома Реддла и спрятал его в бачке унитаза туалета.

Затем из бесшовного расширяющегося мешка вынул "Наследие Прирождённого Чародея".

"Наследие Прирождённого Чародея" постепенно деформировался и уменьшился, а потом…

Превратился в дневник размером чуть больше ладони, на котором значилось…

Том Марволо Реддл

Тиера подержал "дневник" в руке, улыбнулся и спрятал дневник поглубже в тёплую куртку.

Он сделал вид, что очень нервничает, и уже было собрался выйти из кабинки…

Но затем Тиера вернул обратно ногу, которую выставил наружу, сунул карту Мародёра в бесшовный расширяющийся мешок, а бесшовный расширяющийся мешок тоже куда-то припрятал.

После всех ночных передряг Тиера раскорячил ноги и с судорожным видом вышел из туалета…

Но только Тиера вышел наружу из туалета, как почувствовал удар в затылок, и у него "потемнело в глазах", после чего он рухнул на пол с обмороком…

Гилдерой Локхард с торжествующей улыбкой вышел из-за статуи рядом с женским туалетом, держа в руке кирпич.

http://tl..ru/book/104593/3846932