Глава 91

– Мой сын, Цзуо Гэ.

Пальбкао сидел на троне из слоновой кости и золота, ухмыляясь, его коса с проседью свисала за спину, а пара светло-карих глаз скользила по присутствующим. Он похлопал сына Цзуо Гэ по плечу и с гордостью представил его на дотракийском языке.

– Он лучший всадник и воин во всем мире, и он предначертан вести за собой коа Карратхи в будущем.

Старые воины-кровники, стоявшие за спиной Пальбкао, с аракскими саблями на поясах, яростно смотрели на окружающих, включая губернаторов Пантоса и юного короля Виселиса, стоявшего неподалеку.

А сын коа, Цзуо Гэ, сидел рядом с отцом, вытирая кровь на своей руке роскошным шелком, только что оказавшимся на столе принца Пантоса.

Цзуо Гэ казался молчаливым, но он не колебался, когда только что убил герольда, символизирующего войну. Это было так же просто, как прищемить цыпленка до смерти.

После этого Цзуо Гэ услышал голос отца и слегка поднял голову. В его устах раздался лишь глухой звук, он мало что произнес.

Темный и глубокий взгляд пробежался по всем присутствующим, но задержался лишь на мгновение на Виселисе, а затем переместился в другое место.

Молчаливый сын коа не пристально смотрел на Виселиса, но Цого заметил, что тот не выглядел очень старым. Юноше, оказавшемуся на столь пышном пиру, было совсем не место.

В зале стояла тишина, нарушаемая лишь шепотами.

Переводчики, владеющие дотракийским языком, переводили слова коа владыкам. Все губернаторы переглядывались, не зная, что сказать.

А Виселись не имел переводчика, поэтому не понимал, о чем говорил Пальбкао. Он просто сидел в своем кресле и смотрел на всех присутствующих проницательным взглядом.

Ему казалось, что этот пир становится все более интересным, каждую секунду происходят новые открытия.

Виселись был немного удивлен грубостью дотракийцев, кричавших в этом роскошном зале.

Однако, пока он наблюдал, как старый коа во главе своих воинов-кровников поднимался по ступенькам, мысли в голове Виселиса сменились на удивление слабостью Пантоса.

Немедленно после этого спектакль не стихал, каждую минуту и каждую секунду случалось что-нибудь неожиданное. Принц Пантос был так напуган коа, что обмочился, соскочил со своего трона и сжался в углу, оставаясь один.

Герольда, державшего в руке стальной меч, как символ войны, дотракийский юноша с устрашающим видом прямо убил голыми руками, а тело сбросил вниз по ступенькам.

Губернаторы Пантоса были шокированы, все они хотели спрятать головы в песок, из всех присутствующих не нашлось ни одного, кто осмелился бы заговорить. Из всех "взрослых" в этот момент прямее всех держался Виселись.

– Это…

Такая напряжённая и волнующая сцена потрясла Виселиса до глубины души.

– Пантос… такой слабый?

Виселись никогда не ожидал, что несколько дотракийцев могут так легко садиться на шею губернаторам Пантоса.

Хотя принц Пантоса был лишь символом, марионеткой, и хотя он был номинальным хозяином города, он был так унижен дотракийцами, что ни один из этих губернаторов даже слова не произнес. И это было в Пантосе, на их собственной земле.

Виселись, поведя за собой четыре тысячи элитных андских воинов в Пантос, вызвал панику в городе, и ворота так и не смогли закрыть.

Однако в то время Виселись все еще испытывал некоторый трепет перед этим древним городом-государством.

Ведь высокие городские стены и роскошные здания говорили о глубокой и долгой истории Пантоса.

Хотя Андлос поднялся внезапно и стремительно, он все еще далек от гигантского города-государства, такого как Пантос, будь то исторический фон, население, экономика или армия.

Хотя сейчас казалось, что Пантос не может собрать даже армию в 10 000 человек, это только потому, что из-за ограничительных условий Унизительного договора, Пантос все еще имел сильный военный потенциал.

Сейчас.

Последняя капля трепета, которая была в Виселисе совсем недавно, исчезла, оставив лишь холодную насмешку перед происходящим фарсом, и даже некоторую внутреннюю активность.

Затем Виселись услышал, что Пальбкао сказал на дотракийском, похлопав по плечу юного дотракийца.

Дотракиец, которого Виселись уже давно заметил, поднял голову и оглянулся. Все присутствующие сглотнули, когда их глаза встретились с сыном коа, и тут же поспешно опустили голову, не смея смотреть ему в глаза.

А он задержал взгляд на Виселисе, и в этот момент их глаза встретились.

В глазах двоих людей отразился мир без волн.

Глубокие и темные глаза, казалось, изучали добычу.

Однако у Виселиса от макушки до пят возникло сильное ощущение опасности, что-то вроде биологического механизма предупреждения. Когда он столкнулся со зверем, способным угрожать его жизни, механизм выдал мощный сигнал, заставляя его быстро убраться с дороги.

– Этот парень…

Брови юноши слегка нахмурились, а пять пальцев, лежащих на столе, непроизвольно сжались в кулак.

Однако Цзуо Гэ только секунду смотрел на Виселиса, а затем их взгляды разошлись.

– Пальбкао только что сказал, что этот человек – его сын, зовут Цзуо Гэ.

– Он… это лучший всадник и воин в мире.

И в этот момент.

Иллирио, сидевший рядом с Виселисом, наблюдал за развернувшимся фарсом, но смотрел на все с холодным равнодушием. На его лице не отразилось ни единого чувства, а затем, шепнув Виселису на ухо, он продолжил.

Иллирио не привел с собой переводчика. Похоже, он сам понимал дотракийский язык.

– Хм.

Виселись слегка кивнул, а затем снова застыл, повернувшись к сидевшему рядом с ним богатому губернатору.

– Мой лорд Губернатор, вы сказали, что сына Пальбкао зовут…?

Иллирио был ошеломлен, а затем снова объяснил.

– Цзуо Гэ.

– Цзуо Гэ?

Виселись некоторое время сидел в своем кресле, моргал, а затем глубоко вздохнул.

На самом деле, он внезапно оказался лицом к лицу с убийцей, который должен был убить его в будущем, но он не испугался и не запаниковал. Ведь немногие люди могут смотреть в лицо смерти без страха, особенно убийце, который хотел его убить.

Однако…

Виселись попытался разобраться в своих чувствах, но не обнаружил в сердце ничего подобного.

Он просто внезапно почувствовал…

Что судьба удивительна.

http://tl..ru/book/110891/4211468