Глава 163

Остальные праздничные дни для Джона были заполнены суетой. Каждый день – одно и то же: из гостиной Хаффлпаффа в Комнату Требований, а затем в ресторан. Несмотря на то, что снежные бури стихли, замок все еще был покрыт толстым слоем пушистого снега. Захариас каждый день призывал его строить снежных баб и участвовать в снежных боях, и он обещал, но так ни разу и не пришел. Астория отправилась домой к сестре, впереди все равно оставалось целых десять дней каникул.

Джону же день за днем была нужна лишь пара дел: продолжать изучать последовательность зелий… В эти дни он дорабатывал Veritaserum в Комнате Требований, к середине января он будет готов. Часть необходимых ингредиентов (включая такие знаковые, как перья бесшумных птиц) он заказал в Косой аллее, а остальное (обычные травы и снадобья) стыдливо попросил у профессоров Снейпа и Спраут.

Ещё одной его заботой была «Тайны передовых темных искусств» — самая эзотерическая книга, которую когда-либо видел Джон. Слово директора Финеаса Блэкка о том, что «зло силы не зависит от неё самой, а от её хозяина», помогало Джону не бояться черной магии. Конечно же, он все еще испытывал некое базовое уважение к неведомым силам. Желтые, хрустящие страницы «Тайн передовых темных искусств» издавали каждый раз при перелистывании неприятный, скрипучий звук, весьма раздражающий. Но многое в этой книге заинтересовало Джона… Например, типичные заклятия типа Fiercefire Curse!

Но больше всего его волновал раздел, касающийся «Крестражей». Крестражи, похожие на филактерии личей, можно было считать способом спасения для некоторых темных магов; правда, по сравнению с настоящими раздробленными филактериями Ово, Джон считал их слабыми. Чтобы создать крестраж, нужно было расколоть свою душу посредством убийства и других злодеяний, а затем отделить часть души от тела и запечатать её в какой-нибудь предмет — то есть, в крестраж. Таким образом, даже если тело будет уничтожено, смерть не наступит. Ведь часть души, не подвергнутая разрушению, останется в мире.

Параллельно, опираясь на оставшуюся часть души, можно найти способ восстановить тело и, по сути, переродиться! С точки зрения Джона, душа – это, пожалуй, самое важное для волшебника; и так называемое «бессмертие», полученное за счет активного дробления души, на самом деле не стоит того… Не зря, в конечном итоге, Волдеморт жил как человек, который ни человек, ни призрак.

К тому же, процесс дробления души сопровождался сильнейшей болью; по большому счету, темному магу очень сложно пережить такую боль один раз и получить крестраж. Так что Волдеморт, на самом деле, не был так уж неправ в оценке Дамблдора, он действительно был отличным выпускником Хогвартса… Разделить душу на шесть с половиной крестражей – это, должно быть, было невероятно сложно, интересно, какую боль он испытывал в процессе?

В крестраж можно было превратить любой предмет, но вместе с переходом души требовалось мощнейшее заклятие, чтобы защитить крестраж и обеспечить его существование. Крестраж и предмет, в котором он хранится, напрямую связаны… Если уничтожить предмет, в котором хранится крестраж, то душа внутри него также обратится в ничто. Повреждение крестража непременно скажется на душе тела, делая и без того крайне нестабильную душу еще более раздробленной. Самое прямое следствие — это утрата рассудка волшебником и постепенное безумие. Проще говоря, уничтожение крестража не повлияет на силу волшебника, но может свести его с ума.

Это вполне совпадает с безумным и глупым поведением Волдеморта спустя несколько лет!

Джон несколько раз перечитывал эту главу… К сожалению, в ней описывалось только создание крестражей, но не давалось заклятие дробления души. А это как раз было для него самым интересным.

Джон не мог не разочароваться… Похоже, Волдеморт нашел заклятие дробления души каким-то другим способом.

…

Последний день рождественских каникул.

Возвращаясь с книгой в гостиную Хаффлпаффа, Джон неожиданно услышал шепот.

— Что происходит? — поинтересовался он с любопытством.

— Хагрид… — с некоторым ужасом произнес Эрни Макмиллан, откладывая в сторону экземпляр «Ежедневного пророка».

— Нужно говорить "профессор Хагрид"! — спокойно ответил Джон.

— Ну, да… Как бы там ни было… Он, оказывается, полукровка-гигант! — Эрни передал Джону «Ежедневный пророк»: — Полукровка-гигант, это страшно!

Глядя на перепуганное лицо Эрни, Джон задумался, неужели образование в семьях чистокровных волшебников так сильно пугает гигантов?

Джон взял газету и развернул ее. На первой странице красовался заголовок и фото Хагрида. На снимке, из-за ракурса, у Хагрида был немного хитроватый вид. Заголовок гласил: «Шок! Дамблдор совершил ужасную ошибку!». Автор, как и следовало ожидать, — Рита Скитер. Джон бегло пролистал статью… Рита Скитер в очередной раз замарала грязью и Дамблдора, и Хагрида. В ее изложении Хагрид превратился в ужасного мясника, а Дамблдор в коварного интригана. Объективно говоря, Джон считает, что Рита Скитер достаточно точно описала Дамблдора.

— Мой отец обязательно выразит протест профессору Дамблдору! — с уверенностью сказал Эрни Макмиллан: — Он никогда не потерпит, чтобы полукровка-гигант был моим учителем!

— На самом деле, Хагрид — не такой уж плохой… — прошептала девушка-второкурсница: — Я случайно упала с лодки в начале учебного года… И именно Хагрид меня вытащил, заплыв за мной! Мой меховой пиджак так и остался на мне, хоть я и немного задохнулась!

— Ты знаешь, какие ужасные гиганты! — Эрни сделал страшную гримасу, которая напугала второкурсницу: — Ты знаешь, сколько людей они съели… В годы «безымянного террора» именно *они* виновны в самых страшных массовых убийствах магглов…

Джон не ввязывался в их спор.

Ведь Хагрид относился к нему справедливо, у него не было причин плохо отзываться о нем.

В то же время он прекрасно понимал, что Дамблдор доверяет Хагриду… Даже если все родители школы напишут ему гневное письмо, он не уволит Хагрида.

Дамблдор такой человек, когда доверяет, то доверяет безгранично.

И в своей жизни он, похоже, всего лишь раз допустил ошибку.

*Продолжайте просить — ежемесячный билет!*

http://tl..ru/book/49694/4239955