Глава 337. Площадь Гриммо, 12

Площадь Гриммо, 12

Ранним утром солнце поднялось над уровнем моря, и солнечные лучи попали на лицо мракоборца через окна. Толстяк медленно открыл глаза, потом, словно что-то осознав, тряхнул головой, чтобы быстрее проснуться, и осторожно коснулся палочки на поясе.

Только дотронувшись до палочки, он облегченно вздохнул. Быстро вытащив палочку, толстый мракоборец принялся наблюдать за обстановкой вокруг.

В данный момент он находился в небольшой хижине, внутри которой двое коллег всё ещё находились без сознания, а рядом с ними – десяток или около того заключенных, связанных веревками и также находящихся без сознания.

— Фините! — толстяк сначала снял заклинание с товарищей, а затем рассказал им о том, что произошло прошлой ночью, и о своих предположениях после утреннего пробуждения. Очевидно, на них кто-то напал прошлой ночью, и вместе с некоторыми заключенными из тюрьмы их связали и привели в эту хижину.

К счастью, противник не забрал у них палочки, и сейчас тут никого не было, так что у них хотя бы есть шанс отбиться. Посовещавшись, троица выставила палочки наготове. Они открыли деревянную дверь открывающими чарами, решив сначала выйти наружу, чтобы проверить ситуацию.

Деревянная дверь распахнулась, и перед их глазами предстали знакомое море, знакомые деревья и пейзаж. За деревянной дверью был одинокий остров в Северном море, где находился Азкабан, а их хижина была построена прямо рядом с тюрьмой.

Однако когда они повернули головы в сторону тюрьмы, то в унисон издали вздох: — О, Мерлин, где же Азкабан? Как такая большая тюрьма могла исчезнуть?!

Справа от них, где должна была быть огромная тюрьма, остался лишь пустой фундамент.

***

Два дня спустя.

Косой переулок, в комнате на втором этаже «Дырявого котла», Джерри протянул руку и открыл «Ежедневный пророк», который только что купил внизу. Газета сообщила взрывоопасную новость о том, что Азкабан исчез два дня назад вместе с Пожирателями смерти и дементорами.

Сейчас многие волшебники строили догадки, не причастны ли к этому остатки Пожирателей смерти, но захват всей тюрьмы неизбежно пугал. Поэтому всё британское сообщество волшебников сейчас находилось в очень напряженном состоянии, даже поток людей на Косом переулке стал гораздо меньше.

Те, кто заключен в Азкабан, все до одного были приверженцами Волан-де-Морта, и их известность не уступала Сириусу Блэку.

Ранее один только Сириус навёл на всех панику, а теперь их целая группа. Да ещё и эти дементоры, перешедшие на другую сторону.

Ситуация в Министерстве магии стала еще более тяжелой, полностью погрузившись в тревогу. Способности нынешнего министра магии, Фаджа, снова оказались под вопросом, и многие волшебники в частном порядке называли его худшим министром Министерства магии на сегодняшний день.

Фадж смог лишь в газете пообещать выследить всех опасных Пожирателей смерти и арестовать тех, кто захватил тюрьму, до конца рождественских каникул.

— Мне жаль, министр Фадж, но, похоже, ваше обещание не сбудется, — пожал плечами Джерри, отложив газету.

Его нисколько не волновал тот факт, что он переместил Азкабан и Пожирателей смерти, создав проблемы Министерству магии и особенно Фаджу. Министр не был его другом, и он не заботился о его чувствах.

***

— Я и не подозревал, что диадема Кандиды Когтевран на самом деле имеет такую функцию! — отложив газету, Джерри снова достал диадему из шкатулки и стал её изучать.

Вернувшись в Косой переулок с одинокого острова в Северном море, он изначально планировал собрать другие крестражи и запечатать части души Тёмного Лорда, но из-за небольшой случайности задержался ещё на два дня.

И этой случайностью обнаружилась, когда он надел диадему на голову.

Изначально он думал, что после запечатывания души Волан-де-Морта диадема будет бесполезна, но, надев её на голову, обнаружил, что это не так.

Диадема, изготовленная Кандидой Когтевран, одним из основателей Хогвартса, сама по себе была мощным магическим предметом. И её уникальная магическая способность увеличивала мудрость владельца. По сути, подаренное Гермионе ожерелье с Кругом Мерлина обладало похожей магией.

Только диадема, в отличие от ожерелья, которое он сделал, требовала от владельца использования магии. Пока она на голове, разум человека работал лучше, независимо от того, волшебник это или магл.

Однако по сравнению с Освежением Джерри, эффект ожерелья был мал.

В общем, для него оно не слишком полезно, но он может отдать его Айше, когда вернется в основной мир.

Если подумать, предметы, которые Воландеморт выбрал для крестражей, были выбраны не только из-за репутации, но главным образом потому, что сами по себе являлись чрезвычайно мощными магическими артефактами. Не только диадема Когтевран, Чаша Пенелопы Пуффендуй и медальон Салазара Слизерина также обладали особыми магическими способностями.

Как и меч Годрика Гриффиндора, который обладал особым свойством поглощать то, что его укрепляет, а также исчезать до призыва истинным гриффиндорцем.

***

Площадь Гриммо, 12, родовой дом семьи Блэк.

Сириус Блэк в пижаме сидел на диване в фойе первого этажа, читал «Ежедневный пророк» и скрипел зубами от злости:

— Питер, не думай, что можешь просто сбежать. Я обязательно найду тебя снова!

Только-только, два дня назад, он вернулся из Хогвартса, где встретился со своим крестником, Гарри, и сегодня в хорошем настроении увидел новость о том, что все Пожиратели смерти сбежали, в том числе и Питер Петтигрю, которого недавно поймали. Как же он мог не злиться?

В его глазах Питер не заслужил даже смерти, и даже пожизненное заключение в Азкабане для него слишком мягко.

— Иди на кухню, от одного твоего вида меня тошнит!

В этот момент домовой эльф Кикимер прошел прямо перед Сириусом. Сириус пнул его, зарычав от злости и приказав ему исчезнуть с глаз. Каждый раз, когда он видел Кикимера, ему казалось, что он видит прогнившую семью, которая вызывала у него тошноту и множество плохих воспоминаний.

Кикимер, которого отпихнули, встал и бросил на Сириуса обиженный взгляд. После чего, пробормотав что-то о приказе, отправился обратно на кухню в комнату, в которой он жил. Сириус ненавидел его, но и Кикимер не мог не ненавидеть Сириуса.

В его глазах Сириус был предателем семьи, мерзким, неблагодарным, противным выродком. И если бы Сириус не был сейчас единственным законным наследником семьи и его хозяином, он никогда бы не подчинился приказам.

В глубине души его любимым хозяином был ныне покойный Регулус Блэк, брат Сириуса.

*Примечание:

Дом по адресу «Лондон, площадь Гриммо, 12»

(англ.12 Grimmauld Place) принадлежит семьеБлэков. На момент появления этого дома в повествованииздесь проживает последний представитель этой семьи —Сириус Блэк. Когда-то на этот старинный домотецСириуса наложил все защитные заклинания, какие знал. После этот дом стал служить штаб-кватриройОрдена Феникса, так какСириус, единственный из живых на тот моментБлэковотдал этот домДамблдору. Дом отсутствует на всех картах, какмагловских, так и магических; дом невозможно увидеть, а то, что происходит в нём, невозможно услышать. Его невозможно также обонять или осязать, обнаружить при помощи приборов и даже заклинаний. А после того, какАльбус Дамблдорнавёл на дом заклятие Доверия («Фиделиус»), более безопасного места нельзя найти, пожалуй, во всей Англии.

http://tl..ru/book/81156/3515606