Глава 41

– Может, вы, трое гениев, объясните нам, идиотам, о чём, собственно, речь? – проворчал Деррек.

– Заткнись, Грэхэм, – предупреждающе прошипел Драко, но ответ пришёл от Адайн:

– Сделать меня "бладжером". Ну, не совсем. Нападать охотником на ловца нельзя. Но если я, видя снитч, буду "внезапно" оказываться у Гарри на пути, то он, скорее всего, не будет врезаться в меня, как Седрик.

– Это бабка надвое сказала. Для Поттера победа тоже важна. Если они не обойдут нас, то опять не станут первыми на чемпионате, – покачал головой Блетчли.

– А для Вуда это также важно, если не важнее, чем для меня, – кивнул Флинт. – Я уверен, что он так накрутит Поттера, что тот вообще ничего кроме снитча видеть не будет. Давайте оставим этот вариант на самый крайний случай. К тому же, если Адайн постоянно будет мелькать перед носом Поттера, когда тот увидит снитч, это будет подозрительно.

Драко выдохнул, но одарил девушку строгим взглядом. Адайн только улыбнулась.

В итоге Грэхэм и Маркус остались планировать предстоящую "битву" с Гриффиндором, а остальные разошлись.

После ужина Адайн, оставив ребят, пошла в библиотеку, взять какую-то книгу, которую забыла написать в свой ежедневник, и Драко, естественно, не принёс. Малфой предложил сходить вместо неё, но Адайн отговорила.

– Я весь день в том кресле сижу. Мне нужно размять ноги. Я быстро, идите.

И ушла.

В воскресный вечер в библиотеке никого не было. По крайней мере, так показалось сначала. Однако когда девушка пошла мимо полок, то услышала приглушённые, но очень горькие рыдания. Заглянув за угол, Адайн увидела Гермиону.

Гриффиндорка, закрывая лицо рукавом мантии, рыдала навзрыд.

Слизеринка не могла пройти мимо. Быстро написав записку и отправив журавлика Драко, она обошла полку и села рядом с Гермионой. Та не сразу заметила, что кто-то есть рядом. Адайн же наложила заклинание, поглощающее звуки, и обняла Гермиону. Девушка вздрогнула и испуганно посмотрела на слизеринку.

– Представь, что я просто мягкая игрушка. Я никому не скажу, – погладив Гермиону по волосам, сказала Адайн.

Гриффиндорку, кажется, упрашивать не надо было. Слёзы хлынули новым неудержимым потоком, и Гермиона упала на грудь бывшей подруге, судорожно рыдая. Адайн ничего не говорила, просто обняв Гермиону и поглаживая её по растрёпанным волосам.

Обнимая девушку за плечи, слизеринка чувствовала, как сильно та похудела. Плечи, хребет буквально ощущались под мантией, которая висела на гриффиндорке мешком.

"Что же ты с собой сделала, глупая?"

– вздохнула Адайн, прижавшись щекой к макушке Гермионы.

Так, обнявшись, они сидели долго. Даже когда Гермиона Грейнджер перестала плакать, она не отодвинулась, а Адайн не отталкивала.

Когда гриффиндорка полностью успокоилась, то отстранилась с виноватой улыбкой. Она направила палочку на свитер Адайн, прочла очищающее заклятье и стёрла следы своих слёз.

Адайн молча кивнула и, сняв заклятье тишины, забрала свою книгу и ушла. Кроме первых нескольких слов, девушки не обмолвились ни одним предложением.

Когда слизеринка пришла в гостиную, уже опустевшую, Драко ни о чём не спрашивал, просто притянул Адайн к себе в кресло, и они молча обнялись.

На следующий день Рон был настоящей звездой. Он всем, кто готов был слушать, рассказывал про то, как на него напал Блэк. И с каждым разом сам Рон в этой истории становился всё более героическим. Естественно, слушать готовы были не все, но им приходилось, потому что Уизли говорил об этом всё громче и громче!

В какой-то момент, перед классом трансфигурация Уизли в очередной раз завёл свою шарманку для Лаванды Браун и Парвати Патил. И после его бравурной речи Лаванда всплеснула руками и воскликнула:

– Бедный Рон! Сначала эта рыжая тварь съела твою Коросточку, потом Блэк…

– Да, уверен, Короста бы заступилась за меня. Помню как однажды… – он начал рассказывать какой-то невероятный подвиг своей крысы, периодически поглядывая на Гермиону и говоря: "Ах, если бы не этот проклятый кот!".

После очередного такого пассажа, раздался звенящий голосок:

– Поттер, подержи-ка сумочку! – тяжёлая сумка с многочисленными книгами и письменными принадлежностями упала в руки едва повернувшемуся Гарри. – Лаванда, на пару слов! – девушка обернулась, но лишь для того, чтобы получить со всей силы удар в солнечное сплетение маленьким кулачком и от боли рухнуть на колени. После этого унижения гриффиндорки не закончились!

Адайн, а это была именно она, использовала спину мисс Браун как трамплин, подпрыгнула и ударила стоящего за ней Рональда Уизли! При этом рыжий долговязый парень не удержался на ногах, упал на спину, а слизеринка, рухнув сверху, села на него верхом, прижав коленями руки мальчишки к его бокам, и начала колотить его маленькими кулачками по лицу, приговаривая:

– Ты тупая, эгоистичная скотина, которая не видит ни черта дальше своего носа! Лучше бы Блэку тебя навестить ещё раз, чтобы ты никому жизнь не отравлял, придурок чёртов!

Всегда, или почти всегда, спокойная слизеринка, решающая проблемы острым язычком или магией, которая сейчас буквально избивала неспособного вырваться из её хватки парня, бывшего выше её минимум на полторы головы, вызвала такой шок у окружающих, что никто сразу ничего не предпринял.

Первым спохватился Драко. Бросившись к Адайн, парень обхватил её за талию и попытался оторвать от Уизли, но девушка так вцепилась, и положение было настолько неудобным, что Поттеру пришлось прийти ему на помощь.

Кое-как оттащив Адайн и оставив её с Малфоем, который пытался успокоить и одновременно удержать девушку, Гарри, оставив рядом с ними сумку, бросился поднимать друга.

Лицо Рона было в кровоподтёках и ссадинах. Губы разбиты, фингал под глазом уже начал опухать, грозясь закрыть половину лица. Красавец ещё тот!

Лаванда Браун плакала в руках Парвати, которая бросала злобные взгляды на слизеринку.

Рон, едва придя в себя, злобно посмотрел на Адайн и только открыл рот, чтобы закричать, как в коридор вышла профессор МакГонагалл.

– Что за шум?! Мерлин! Уизли, что с Вами?

– Это всё она, профессор МакГонагалл! – первой подала голос Парвати Патил, указывая на Адайн, лбом уткнувшуюся в грудь Драко. Её плечи дрожали от едва сдерживаемого гнева, но из-за позы, встревоженного Драко и скрывающих лицо рыжих волос со стороны могло показаться, что девушка плачет.

Профессор трансфигурации посмотрела на Рона осуждающим взглядом.

– Мистер Уизли, что же Вы такого наделали, что мисс Шафики даже забыла вынуть волшебную палочку, которой, смею заметить, она владеет намного лучше, чем боевыми искусствами!

– Я?! – задохнулся от возмущения Рон. – Это она! Эта рыжая… змея! Накинулась на Лаванду, потом на меня! Я просто говорил, что…

– Ты просто так достал всех своими историями про Блэка и крысу, Уизли, – холодно сказал Драко. – Что радуйся, что Адайн не достала палочку. Помнится, у неё хорошо получается трансфигурировать разные предметы в крыс, как раз не пришлось бы больше жалеть о потере, стал бы сам себе питомцем.

– Достаточно! – вспылила МакГонагалл. – По десять очков с Гриффиндора и Слизерина! Вечером оба на отработку к профессору Снейпу! А теперь все в класс, быстро!

– Профессор, простите, а можно я отведу Рона с Лавандой в больничное крыло? – спросил Гарри.

– Мисс Браун, Вам очень досталось? Селезёнка разорвана или аппендикс лопнул?

Не ожидавшая такого вопроса Лаванда тут же перестала плакать и прошептала:

– Н-нет.

– Вот и чудесно! Все в класс! А мистеру Уизли полезно покрасоваться своим боевым раскрасом! Стыдоба какая! – и, всплеснув руками, женщина влетела в кабинет.

Драко, стараясь сохранить на лице презрительное выражение, кивнул Крэббу на сумку Адайн, а сам повёл её в кабинет трансфигурация. Мимо них протиснулись Гермиона, и слизеринцы расслышали тихое:

– Спасибо!

После того, как все расселись, урок начался.

– К вечеру об этом будут знать даже привидения, – хмыкнул Драко. Он создал в ладонях немного снега и, подняв дрожащие руки Адайн, приложил снег к сбитым в кровь костяшкам. – Но больше так не делай. Ты же ведьма! Преврати его во что-нибудь страшное!

– Прости… мне хотелось выпустить пар… – вздохнула девушка.

– Мистер Малфой! Ещё одно слово от вашего стола, и Слизерин лишится ещё двадцати баллов!

– Да, профессор МакГонагалл!

И больше они не говорили.

А до конца дня Адайн ловила на себе восхищённые, испуганные или осуждающие взгляды. Но, как ни странно, многие ученики, особенно парни, подходили сказать спасибо, что заткнула болтуна. Потому что Уизли действительно больше не осмеливался рта раскрыть на тему Блэка или Коросты, особенно, если видел рядом Адайн.

Как стало известно позднее, мадам Помфри отказалась лечить Рона, сказав, что раны не смертельны и сотрясения нет, а так как у мальчика вполне здоровый организм, то скоро всё само заживёт.

Когда Адайн вечером собралась к Снейпу на отработку, Драко встал, чтобы пойти с ней.

– Ты куда собрался? – удивилась девушка.

– Не могу позволить тебе оставаться наедине с Уизли.

– Я могу с ним справиться.

– Вот именно! Потом несчастной Молли Уизли сына по кусочкам доставят! Пожалей старую женщину! – рассмеялся Драко и, взяв девушку за руку, потянул к выходу.

Слизеринцы им вслед посмеялись.

Когда ребята вошли в кабинет зельеварения, Снейп как раз буравил взглядом лицо Рона.

– Мисс Шафики, подойдите ко мне, – холодно сказал мужчина. Адайн поспешила к нему. – Руки.

Девушка недоуменно протянула ему обе руки ладошками вверх. Снейп осторожно взял её за пальчики, перевернул руки костяшками вверх и осмотрел ссадины.

– Почему Вы не сходили в лазарет?

– Там нет переломов, а ссадины и синяки быстро заживут.

– Хм, мистер Малфой, хорошо, что Вы тоже пришли. Помогите мисс Шафики расставить книги в шкафу, а Вы, Уизли, займитесь котлами.

– Это нечестно! Почему ей расставить книжки, да ещё и с помощью Малфоя, а мне…

– Без магии, мистер Уизли. Приступайте, – и сам Снейп сел за стол, записывая какие-то данные в журнал, так что даже поссориться со слизеринцами не вышло. При этом парочка у книг что-то тихо обсуждала, иногда хихикая. Рон был уверен, что над ним. Естественно, слизеринцы закончили раньше, но вместо того, чтобы уйти, остались "поболтать" со Снейпом.

– Отец Вам ещё не писал, мистер Малфой? – поинтересовался Снейп.

– Писал, немного жаль, что мы не поедем на слушание. Но отец сказал, что достаточно письменных свидетельств.

– Хорошо, как будут известия, сообщите мне, – кивнул профессор и отпустил их. А Рону пришлось ещё битый час одному чистить котлы.

http://tl..ru/book/68870/2545650