Глава 54

– Ты продал Лили и Джеймса Волан де Морту. Ты обрёк Адриану на гибель, ты оставил двоих детей без любви и заботы их матерей! – Блэка тоже била дрожь. – Будешь ещё отрицать это?

Петтигрю зарыдал. Это было жуткое зрелище – он походил на лысого младенца-переростка, съёжившегося на полу.

– Сириус, Сириус, что я мог поделать? Тёмный Лорд… ты себе не представляешь… У него такое оружие, что уму непостижимо… Меня запугали, Сириус, я же никогда не был храбрецом, как ты, Римус или Джеймс… Я не хотел того, что случилось… Меня вынудил Тот-Кого-Нельзя-Называть.

– Не лги! Ты стал его шпионом ещё за год до гибели Джеймса и Лили! Ты был его осведомителем!

– Его… его власть была безгранична, – хлюпнул Петтигрю. – Что бы я выиграл, если бы стал противиться ему?

– Да. Что бы ты выиграл, Питер, в борьбе с самым злым волшебником всех времен? – Блэк клокотал от ярости. – Всего-навсего несколько невинных жизней.

– Ты не понимаешь, Сириус! – проскулил Петтигрю. – Он убил бы меня.

– Значит, надо было умереть, – прорычал Блэк. – Умереть, а не предавать друзей.

– Мы бы все так поступили ради тебя!

Блэк и Люпин встали плечом к плечу и подняли волшебные палочки.

– Ты должен был понимать, – произнёс Люпин тихо. – Если тебя не убьёт Волан де Морт, то это сделаем мы. Прощай, Питер.

Гермиона закрыла руками лицо и отвернулась. Адайн же, наоборот, повернулась и открыла глаза пошире, чтобы ничего не пропустить. Хотя Драко хотел спрятать её, защитить от этого, он понимал чувства девушки, а потому лишь прижался щекой к её щеке, бережно окружая своим теплом.

– Нет! – вдруг крикнул Гарри. Он бросился вперёд и загородил Петтигрю, повернувшись к волшебным палочкам. – Нельзя его убивать! – сказал он, задыхаясь. – Нельзя!

И Блэк, и Люпин, и, тем более, Адайн были потрясены.

– Из-за этого выродка ты лишился родителей, Гарри, – прохрипел Блэк. – Адайн лишилась матери! Мы друзей… Этот пресмыкающийся кусок дерьма хладнокровно убил бы и тебя. И даже не повёл бровью. Ты его сейчас слышал. Для него собственная вонючая шкура значит больше, чем вся твоя семья.

– Знаю, – тяжело дыша, сказал Гарри. – Мы отведём его в замок и передадим дементорам. Они отвезут его в Азкабан… Но не убивайте его.

– Гарри! – простонал Петтигрю и обнял его колени. – Ты… Спасибо тебе… Я не стою этого… Спасибо…

– Прочь от меня! – гневно выпалил Гарри, с омерзением сбрасывая с себя руки Петтигрю. – Я поступаю так не ради тебя. Я уверен, мой отец не захотел бы, чтобы его лучшие друзья стали убийцами из-за такого, как ты.

– Извини, Поттер, но ты не вправе решать это в одиночку… – в повисшей тишине раздался голос Малфоя.

Все посмотрели на него. И Гарри, к удивлению Драко, кивнул.

– Я знаю. Адайн, я прошу тебя поддержать моё предложение.

– С чего бы вдруг? – хмыкнула девушка.

– Я… знаю, что начиная с первого курса вёл себя не очень хорошо…

– Мягко выражаясь, – фыркнул Драко.

– Начиная от того случая с запретным коридором, до тролля…

У Драко и Адайн вытянулись лица. Гермиона и Рон тоже выглядели смущёнными.

– Да… я знал, видел, что ты помогла… Рон бы не смог поднять эту дубину один. Гермиона не видела, находясь в туалете за спиной троллям, Рон был сосредоточен на своём действии… а я… тролль же тогда порушил стены, так что я видел в дыру, что ты делала… но промолчал. И потом… я очень и очень за многое перед тобой виноват… но пожалуйста, помоги. Даже если тебе плевать на Сириуса, ты знаешь профессора Люпина. Он твой крёстный! Ты хочешь, чтобы он стал убийцей?

– Нет, Гарри, не хочу, – сказала Адайн. Но едва все выдохнули, как Драко улыбнулся хищной улыбкой, а Адайн сказала совершенно спокойно: – Я хочу убить его лично. Своими руками, – и девушка протянула руку, требуя свою палочку.

– Адайн… – проговорила Гермиона. – Сириус – крёстный Гарри, возможно, единственный близкий человек для него… не отнимай…

Адайн фыркнула:

– То есть ему можно отнимать у меня отца, а я не могу отнять у него крестника? Что за логика такая? Где хвалёная справедливость, за которую ратуют все гриффиндорцы?

Никто не шелохнулся и не издал ни звука, лишь слышалось неровное, с присвистом, дыхание Петтигрю, прижавшего к груди кулачки. Блэк с Люпином переглянулись и одновременно опустили палочки.

– Вы – единственные, у кого есть право решать, – признал Блэк. – Но подумайте хорошенько… подумайте, что он совершил…

– Пусть его отправят в Азкабан, Адайн, пожалуйста! – повторил Гарри. – Он это заслужил, как никто.

– Гарри, если он не умрёт здесь и сейчас, Тёмный Лорд вернётся!

– Это всё чушь полоумной старухи!

– Я с… – договорить девочка не успела. Совершенно неожиданно для всех Малфой повернул лицо Адайн к себе и впился в губы поцелуем. Рон и Гарри ошалело вылупились на это. Гермиона смущённо отвела глаза. Адайн начала краснеть, а глаза её распахнулись от удивления. Люпин неловко кашлянул, а Блэк хохотнул:

– А мне начинает нравиться этот мальчишка!

Малфой же оторвался от губ девушки и прижал её к себе, позволив спрятать красное лицо у себя на шее.

– Свяжите его. Только покрепче, чтобы не убежал, – сказал блондин, и девушка выдавила из себя смущённое "угу".

Сзади по-прежнему слышалось сопение Петтигрю.

– Ладно, – согласился Люпин. – Гарри, отойди в сторону, – но Гарри в сомнении не двигался с места. – Я только свяжу его, – пояснил Люпин. – Ничего больше, клянусь.

Поттер отошёл, он хотел поблагодарить Адайн, но, вспомнив, как её "остановил" Драко, смутился и промолчал. Из волшебной палочки Люпина вылетели тонкие шнуры, и через секунду Петтигрю дёргался на полу связанный и с заткнутым ртом.

– Но если ты попытаешься превратиться, Питер, – Блэк потрясал над ним волшебной палочкой. – Мы точно тебя убьём. Ты согласен, Гарри?

Гарри посмотрел на жалкую фигуру, скорчившуюся на полу, и кивнул – так, чтобы Петтигрю увидел.

– Ну, вот что, – Люпин перешёл на деловой тон. – Я, Рон, умею сращивать кости далеко не так хорошо, как мадам Помфри, поэтому пока самое лучшее – наложить шину, – он подошёл к Уизли, коснулся сломанной ноги волшебной палочкой и тихо произнёс: – Ферула!

Тотчас же ногу обмотали бинты, плотно прижав её к гипсовому лотку. Рон с помощью Люпина встал, осторожно переступил и даже не поморщился.

– Гораздо лучше, – сказал он. – Спасибо.

– А что с профессором Снейпом? – вполголоса спросила Гермиона, глядя на распростёртую фигуру преподавателя.

– Ничего серьёзного, – Люпин склонился над ним и пощупал его пульс. – Просто вы немного… э-э-э… перестарались. Всё ещё без сознания… М–м–м… вероятно, будет лучше, если мы не станем приводить его в чувство, пока благополучно не возвратимся в замок. А доставим его туда…

– Верните палочку, – тихо сказала Адайн, перебив Люпина. – Я сама транспортирую дя… Его.

– Конечно, – кивнул Люпин, вручая палочки Адайн и Драко, потом он хотел помочь девочке встать, но та поднялась сама, оперевшись на плечо Малфоя. Тот тоже вскочил и шепнул:

– Давай я?

– Хорошо. Мобиликорпус у тебя выходит лучше, – кивнула девушка.

Драко направил палочку на Снейпа, произнёс заклинание, и невидимые нити оплели запястья Снейпа, его шею и колени. Тело приняло вертикальное положение, но голова безвольно моталась из стороны в сторону, словно у огромной марионетки. Снейп повис в нескольких дюймах над полом, ноги его безжизненно болтались.

Люпин подобрал мантию-невидимку и заботливо спрятал её в карман.

– Двоих из нас придётся приковать вот к этому, – Блэк дёрнул Петтигрю за веревки. – На всякий случай.

– Меня, – предложил Люпин.

– И меня, – рявкнул Рон, прохромав вперёд.

– Свали, калека, – фыркнула Адайн и встала рядом с Петтигрю. – Рыпнешься, крыса, убью.

Блэк прямо из воздуха сотворил увесистые наручники, Петтигрю распрямился – левая рука скована с правой Люпина, правая – с левой Адайн. Лицо Рона скорбно застыло – истинную сущность Коросты он воспринял как личное оскорбление. Живоглот легко спрыгнул с кровати и возглавил выход из комнаты – его хвост, похожий на ёршик для мытья бутылок, был самодовольно задран.

Наверняка процессия выглядела странно. Впереди шли Люпин и Адайн, между ними волочился прикованный Петтигрю. Следом двигался Драко, стараясь не сильно колотить Северуса Снейпа по потолку мотыляющийся головой. Потом шли Сириус с Гарри и завершали процессию Гермиона с Роном, которого осторожно поддерживала. При этом все тихо говорили о своём.

– Адайн, я понимаю, что ты не хочешь сейчас говорить о ма… об Адриане, – неловко начал Люпин. – Но знай, что я всегда готов выслушать, помочь советом или просто поговорить.

– Спасибо, профессор, но у меня есть Северус для этого… Хотя, как теперь быть я и правда не представляю…

– Позволь я всё же дам один совет? Прислушиваться или нет – тебе решать.

– Вы всё равно молчать не будете, – хмыкнула Адайн.

– Ну, тут ты права. В общем… прежде чем что-то говорить Габриэлю Шафики, поговори с отцом, с Северусом. Может, он и не знал, что ты его дочь, но очень о тебе заботился всё это время. И я знаю, что он искал Адриану. Всё то время, что она пряталась в Годриковой Впадине.

– Откуда Вы знаете?

– Он пришёл бить мне морду, надеясь выпытать эту информацию, – рассмеялся Люпин. – Но тогда я ещё не знал. Хотя, не знаю, сказал бы или нет. Но позже, когда увидел Ад в небольшом домике неподалёку от Поттеров, уже не стал говорить. К тому же она просила молчать. Я тогда даже не подозревал, что всё так обернётся. Я верил, что всё будет хорошо, – печальный смешок. – Разве добро не должно всегда побеждать?

– Простите, но послушав сегодня Сириуса… Вы не кажетесь таким уж добром.

– В мире нет только чёрного или только белого, Адайн.

– Я в курсе. Я – ненормальная слизеринка.

– Твоя правда! – рассмеялся Римус.

Адайн слышала сзади ворчание Драко, который не лез в разговор, но явно был недоволен недостатком внимания к собственной персоне.

Люпин, видимо, тоже услышал, потому что тихо рассмеялся и уже хотел что-то сказать, когда девушка его перебила:

– Профессор…

– Можно Римус, по крайней мере, если мы не на уроках.

– Пусть так, Римус, – сразу согласилась Адайн. – Мне не даёт покоя один вопрос.

– Слушаю.

– Как это убожество попало на Гриффиндор и, тем более, в вашу компанию? – она ткнула Петтигрю палочкой в щёку, оставив красноватый след ожога.

– Я теперь сам задаюсь этим вопросом. И если насчёт Гриффиндора я точно ничего не смогу сказать, так как это проделки шляпы, то к нам он как-то прибился… сначала были Джеймс и Сириус, заводили, шутники, хулиганы… потом им понадобилась помощь с уроками, они нашли меня. Мы незаметно для себя сдружились. А вот как к нам прибился Питер… я даже не помню.

– Мы… – начал было Петтигрю.

– Замолкни, тебя не спрашивали, – зло сказала Адайн.

Они немного помолчал, а потом Люпин спросил:

– Ты действительно была готова убить Петтигрю лично?

– Вы хотите проверить? – очень "малфоевская" улыбка растянула губы Адайн. Её янтарные, солнечные глаза сейчас напоминали острейшие кристаллические клинки, прекрасные и опасные одновременно.

– Нет, он и правда нам нужен живой, – вздохнул профессор.

Больше до конца туннеля не говорили

Живоглот выскочил из туннеля первым, чтобы нажать заветную шишечку и выпустить всю процессию из-под гремучей ивы. Люпин, Адайн и Петтигрю покинули тайный ход и отошли вперёд, чтобы не мешать остальным.

Драко протолкнул вперёд Снейпа и вылез сам. Потом показались Гарри и чрезмерно довольный Сириус, которые помогли вылезти Рону, а потом вытянулии Гермиону.

Территория вокруг школы была погружена в темноту, и лишь вдалеке окна замка светились во мраке. Компания молча двинулась вперёд. Лишь Петтигрю по-прежнему сопел и время от времени хныкал.

– Одно неверное движение, Питер… – грозно предупредил Люпин. Его волшебная палочка неизменно была направлена в бок бывшего друга.

Огни замка постепенно приближались, но какое-то тревожное чувство не давало покоя Адайн. Они что-то упускали.

И в этот момент закрывавшие весь вечер небо облака разошлись, и компания оказалась точно опыта лунным светом.

И в этот момент Адайн поняла, что они забыли.

http://tl..ru/book/68870/2545714