Глава 98

Лу Лянвэй было действительно неловко за Лонг Чи.

Он был наследным принцем, но его так беспощадно игнорировали. Нетрудно было представить, какое сильное психологическое воздействие это оказало на него.

Лу Лянвэй и Лу Тинчэнь переглянулись; оба в некоторой степени злорадствовали над несчастьем Лонг Чи.

Однако слуги дворца были далеко не так спокойны. Каждый из них опустил голову и практически перестал дышать.

В этой необычной атмосфере тишину наконец прервал Чжао Цянь. «Э-э, э-э. Не стоит беспокоиться. Скоро мы вернёмся во дворец, поэтому можем взять с собой Ваше Высочество».

Выражение лица Лонг Чи было слегка напряжённым и смущённым. Его руки сжались в кулаки, а голос звучал неестественно. «Вы слишком добры, дворецкий Чжао».

«Вашему Высочеству незачем благодарить». Чжао Цянь милостиво улыбнулся.

Лу Лянвэй взглянула на Чжао Цяня. Почему ей показалось, что он делает это нарочно?

Его слова никак не помогли Лонг Чи решить неловкую ситуацию, скорее, они сделали её ещё более неловкой, чем прежде.

К несчастью для Лонг Чи, он всегда очень баловал Лу Юньшуан. Теперь, когда его так внезапно и серьёзно смутили, всё, что он мог сделать, — это держаться из последних сил и просто терпеть.

Возможно, он был расстроен неуместным выбором слов Чжао Цяня, но как бы он ни злился, он не осмеливался дать волю гневу на Чжао Цяня.

Дело было не только в том, что Чжао Цянь был близким доверенным лицом императора. Даже если бы он им не был, всё равно существует поговорка: «Никогда не бей улыбающегося человека по лицу».

Если бы он выместил свой гнев на Чжао Цяня, это отразилось бы только на самом Лонг Чи — он выглядел бы крайне мелочным.

Лу Тинчэнь слегка приподнял брови и учтиво сказал Лонг Чи: «Ваше Высочество, неужели ваш визит в наш особняк связан с чем-то важным? Пожалуйста, входите и присаживайтесь».

Лонг Чи глубоко вздохнул, и напряжённое выражение на его лице наконец исчезло. К тому времени, когда он перевёл взгляд на Лу Тинчэня, он вновь обрёл самообладание.

«Изначально нам нужно было решить кое-какие вопросы, но принцесса-наследница получила травму при падении. Я волнуюсь за неё и хотел бы вернуться в Восточный дворец, чтобы позаботиться о ней. Как только Шуаньэр поправится, я снова привезу её сюда, чтобы она поприветствовала вдовствующую герцогиню. Пожалуйста, передайте это вдовствующей герцогине от моего имени, Наследный Принц».

Лу Тинчэнь усмехнулся про себя, но его выражение лица не выдало его мыслей. «Вашему Королевскому Высочеству не стоит беспокоиться; я обязательно передам вдовствующей герцогине ваши слова».

«Очень хорошо», — ответил Лонг Чи. Взгляд скользнул по Лу Лянвэй, стоявшей рядом с ним. По какой-то причине его лицо на самом деле вспыхнуло, когда его глаза встретились с её прохладным, ясным взглядом; ему стало немного неловко.

Он отвернулся так, как будто всё в порядке. На самом же деле, его руки под рукавами сжались ещё сильнее.

Младшие евнухи как раз закончили выгружать всё из повозки. Лицо Чжао Цяня сияло улыбкой, когда он передал Лу Лянвэй список. «Вторая госпожа Лу, всё уже выгружено. Вот список. Проверьте, пожалуйста, чтобы я мог вернуться во дворец с выполненным поручением».

Лу Лянвэй взяла список, тоже улыбаясь. «Дворецкий Чжао, это доставляет вам слишком много хлопот. Нет необходимости проверять список. Я хотела пригласить вас на чашечку чая, но, как я вижу, вы очень торопитесь вернуться во дворец, поэтому не буду вас больше задерживать».

Чжао Цянь был доволен, когда услышал первую половину её фразы, но вторая его немного расстроила.

Он проделал такой долгий путь, чтобы отвезти её домой, и даже хлопотал то о том, то об этом. А в итоге даже чашку чая не заслужил.

Очевидно, вторая госпожа Лу неохотно развлекала его.

В его выражении появилось немного обиды. «На самом деле я не совсем…»

Перед тем, как он смог произнести: «Тороплюсь», его прервал Лу Тинчэнь: «В добрый путь, дворецкий Чжао!»

Чжао Цянь слегка удрученно посмотрел на него.

Похоже, эти родственники действительно были сотканы из одного куска.

Он ответил слегка недовольным тоном: «Молодой господин наследник, не нужно провожать меня. Я сам уйду». С этими словами он повернулся к Луну Чи и почтительно сказал: «Ваше Высочество, вернемся во дворец».

«Хорошо», — бесцветно ответил Лу Чи и забрался в экипаж.

Когда экипаж наконец оказался на достаточном расстоянии, Лу Лянвэй больше не нужно было скрывать веселье в своем выражении.

При мысли о том, как испачкано лицо Лу Юньшуана, она повернулась и прислонилась к плечу Лу Тинчэня, чтобы рассмеяться, совершенно не заботясь о своем образе.

«Ха-ха, я умру от смеха!»

http://tl..ru/book/56172/3827961