Глава 129
«`html
Часть 2
Всё ещё от лица Ханны
— Эта вышивка — ваша собственная работа? — спросила я у человека, который указывал на мою одежду. Он впоследствии стал моим торговцем. Я не могла позволить себе купить новую одежду, поэтому носила только подержанную, которую раздавала церковь. После многолетних стирок и носки ткань истончилась и износилась. Чтобы укрепить её, я вышила узоры — это были мои собственные рисунки. Торговцу понравилась моя вышивка, узоры которой никогда не встречались ни в столице, ни в других странах. Так я была нанята швеёй в сезон балов, а в остальное время работала его помощницей. Его оплата была в разы выше, чем я могла бы заработать в деревне.
Интересно, почему я сбежала… Торговец спас мою жизнь и стал благотворителем нашей семьи. Даже если я была занята, мне не следовало уходить. Но иногда невозможно становится реальностью. Мои вышитые узоры стали популярными, и я была занята каждый сезон балов. Я справлялась изо всех сил, отправляла деньги семье и ждала следующего сезона как помощница. Однако в этом году королевская семья неожиданно устроила два вечерних приёма. Буквально на прошлой неделе я думала, что наконец-то выбралась из ада, но, похоже, меня ждёт ещё большие испытания. Я посвятила всё своё время шитью, не ела, не спала, но платьев, которые нужно было сшить, почему-то становилось всё больше.
Даже если я была предельно занята, мне не следовало убежать. Я была единственной швеёй в этой лавке. Чтобы я могла остаться там зимой и отправить своей семье как можно больше денег, торговец не стал нанимать другую швею. Это не его вина. Это… моя… вина.
Приятный запах щекотал мои ноздри. На столе стояли прекрасные десерты, каких я раньше никогда не видела. Трое братьев и сестёр с самыми красивыми и блестящими светлыми волосами, которые я когда-либо встречала. Лёд в чёрном чае, который подал веснушчатый мальчик, казался невозможным в это время года, приятно позванивая в чашке. Это был другой мир. Я ахнула. Видимо, пока я еле держалась на ногах и с трудом соображала, меня привели в магазин веснушчатого мальчика. Этот магазин, который я раньше не видела, так как долгое время не выходила на улицу, был украшен яркими клубничками у входа и заполнен милыми аксессуарами. К тому же пахло невероятно приятно.
За этим сказочным пространством для девочек находился второй этаж, разделённый напополам: на одной стороне лежало множество видов лучшего палацкого шёлка. Другую сторону описали как кафе, где продавались закуски, но я увидела десерты, украшенные драгоценными фруктами и густыми сливками, которые выглядели ужасно сладкими и вкусными. Это сказочное зрелище, которое я увидела в своём полубессознательном состоянии, когда меня нёс высокий мальчик, заворожило меня.
Когда меня подняли на третий этаж, где, по разговору, жил веснушчатый мальчик, мои плечи расслабились. Это была простая комната, лишённая лишнего. Да, она была большой, но, в отличие от первого и второго этажей, была такой простой, что даже простолюдинке вроде меня не было страшно. Но вот эта занавеска на большом окне… Я никогда не видела оригинала… но это же лучший палацкий шёлк, шёлк Эммы… да? Такой величины… нет, скорее, использовать шёлк Эммы… для занавески? Эм-м?
— Этот парень… в своём уме? — подумала я, когда наши глаза встретились, и веснушчатый мальчик с улыбкой обратился ко мне.
— Я принесу вам что-нибудь, так что, пожалуйста, присаживайтесь, — сказал он, и высокий мальчик опустил меня на диван.
…диван был таким удобным, что я подумала: «Диваны, на которых я сидела раньше, вообще не были диванами».
— Сестрица, с вами всё в порядке? Вам нехорошо? Как насчёт раны на руке? Болит? — Девушка со шрамом на щеке, которую я случайно сбила с ног, выразила свою озабоченность, когда села рядом со мной.
— Ты выглядишь бледной. Хочешь что-нибудь съесть?
Эта девушка, безусловно, благородной крови, по какой-то причине искренне беспокоилась обо мне. Невозможно. Во-первых, уже чудо, что я осталась жива после столкновения с дворянином. Тот высокий парень тоже был благородным, но он принёс меня, простолюдинку, в это место. Дворяне презирают всякую связь с простыми людьми, так что это тоже должно быть невозможно.
— Не-сама. Я думаю, что обычный человек не мог бы есть, когда плохо себя чувствует? Единственные, кто может поправиться, когда едят в больном состоянии, это не-сама и резиновый человек, да?
Милый светловолосый мальчик сделал замечание девушке со шрамом. …резиновый??? человек? Я полагаю, они были братом и сестрой. Каждое из троих выражало мне сочувствие. …невозможно.
— У-у-ух, — я опустила голову и покачала из стороны в сторону, не в силах принять реальность. — Тебя что-то беспокоит? Может, станет легче, если ты расскажешь об этом?
Девушка наклонила голову и мягко накрыла своей рукой мою, которая была даже бледнее её (а я редко выхожу на улицу). Когда тепло её тела перетекло в меня, я начала рассказывать о своей семье, о себе и о своей работе. Более молодая, красивая благородная девушка с глубоким шрамом. А я — простолюдинка, старше её и убежала с работы швеи. Это абсурд. Это абсурд и немыслимо… даже так… Пожалуйста, спасите меня… Судорожно вцепившись в эту тонкую маленькую руку, я продолжала без умолку.
«`
http://tl..ru/book/45449/3825194