Глава 260

— Твой талант не поддается описанию, Лин Гуан. — похвалил Джирайя.

— Спасибо за комплимент. — Лин Гуан отступил на шаг, демонстрируя скромность.

— Ты готов стать моим учеником? Я могу обучить тебя стать непревзойденным ниндзя. — сказал Джирайя.

— Хе-хе, извините, я уже ученик Хокаге-сенсея. — улыбнулся Лин Гуан.

— Так ли? Тогда мы братья! — заявил Джирайя.

— Ха-ха, я давно слышал о великом имени старшего брата Джирайи Саннина. — похвалил Лин Гуан.

— Раз ты стал учеником Сандайме, значит, твой талант превосходит других. Я не стану испытывать твой талант. — сказал Джирайя.

— Тогда я подожду, когда Наруто освоит технику призыва. — ответил Лин Гуан.

Джирайя кивнул и принялся обучать Наруто тонкостям техники призыва.

— Как редко бывает свободное время. — вздохнул Лин Гуан, лежа на большом камне, словно человек, пребывающий в вечной спешке.

Он будто забыл, что только что принял очень комфортную ванну, а экзамен на Чунина для него – лишь игра.

Наруто тем временем счастливо призывал головастиков, а Джирайя подошел и отругал его за глупость, после чего они принялись обзывать друг друга «глупым» и «развратным».

Наконец, Наруто придумал способ тренировать призыв, используя технику «Множественных теневых клонов».

Так как знания теневых клонов в конечном итоге возвращались к первоначальному телу, Наруто создавал одновременно сотни теневых клонов.

Но последствия этого заключались в том, что чакра в теле распределялась по каждому теневому клону, в результате чего у всех было меньше чакры.

А для первоначального тела Наруто скорость затрат чакры увеличилась в сотни раз, из-за чего Наруто устал как собака после нескольких минут тренировок.

Но способности Джирайи к обучению все же были очень сильными. Наруто действительно добился определенных результатов в своей тренировке этим вечером.

Он не только стал очень искусным в искусстве призыва духов, но и, наконец, призвал не головастиков, а маленьких лягушек.

Хотя маленькая лягушка была размером с кулак, для Наруто этого было достаточно.

Дело в том, что независимо от того, какую ниндзюцу практиковал Наруто, Девятихвостый Лис в его теле устраивал неприятности.

Потому что в настоящее время количество чакры Наруто было ничтожным по сравнению с количеством чакры Девятихвостого Лиса.

Поэтому поток чакры Наруто был по сути уменьшенной копией потока чакры Лиса.

Вот почему Наруто не мог контролировать собственную чакру.

Фактически, Наруто сегодня действительно многому научился. Во-первых, это техника призыва, а во-вторых, установление связи с Горой Мьобоку.

Гора Мьобоку – одно из немногих мест в мире ниндзя, где практикуется искусство бессмертных.

Также есть третий пункт, а именно то, что Наруто научился ходить по воде.

Это означало, что Наруто получил еще больший контроль над собственной чакрой, что действительно стоило празднования.

— Неужели уже так поздно… — Джирайя взглянул на небо и увидел, что ночь уже наступила.

У ниндзя отличное зрение, и даже ночью они могут ясно видеть многое.

— Лин Гуан, прекращай валяться, похотливый бессмертный хочет пригласить нас на ужин! — крикнул Наруто Лин Гуану.

— О! Я иду. — Лин Гуан легко спрыгнул и оказался рядом с Наруто и Джирайей.

— Я давно не был в Конохе. Куда хочешь пойти? — спросил Джирайя.

— В «Ичираку Рамен»! — хором ответили Лин Гуан и Наруто.

— Ну, раз всем хочется в «Ичираку Рамен», тогда пойдем вместе! Я так давно не был в «Ичираку Рамен», что даже не знаю, остался ли прежний вкус! — сказал Джирайя.

Втроем они помчались в «Ичираку Рамен» в величественной процессии.

— О! Ты похож на Джирайю! — дядя Ичираку был особенно рад видеть Джирайю.

— Это я. Не ожидал, что спустя столько лет ты все еще помнишь меня, Илэ. — сказал Джирайя.

Лин Гуан и Наруто переглянулись: неужели эти двое знакомы?

Но им было лень задавать столько вопросов, главное, что они знакомы, а лапша сегодня уже была увеличена в количестве, а потом увеличена еще раз.

Через полчаса Наруто и Лин Гуан, поддерживая друг друга, вышли из лапшевой.

— Хорошая поддержка… — двое, наконец, добрались до дома и смогли только сесть на кровать. Лечь было опасно, вид был бы слишком прекрасным.

Оплатив счет, Джирайя немного поболтал с дядей Ичираку, прежде чем покинуть ресторан «Ичираку Рамен».

— Мастер Джирайя! — рядом с Джирайей, лежащим на крыше и смотрящим на луну, появился ниндзя из Анбу.

— Что случилось? — Джирайя все еще смотрел на луну.

— Господин Хокаге спрашивал, не столкнулись ли вы с какими-нибудь трудностями за пределами деревни, когда вернулись в деревню на этот раз? — спросил ниндзя Анбу.

— «Какие трудности могут возникнуть у меня за пределами деревни?» — спокойно произнес Джирайя, что было также проявлением его уверенности как одного из трех великих ниндзя.

— Верно, как долго вы останетесь в этот раз? — спросил ниндзя Анбу.

— Я не могу оставаться надолго, может быть, завтра уеду, я приехал только сообщить новости. — ответил Джирайя.

— Понятно… — ниндзя Анбу отступил на два шага, поклонился Джирайе и исчез на крыше.

— Старик, наверное, знает об Орочимару, правда? Хотя он и стар, но не глуп. — подумал Джирайя, но все же чувствовал, что должен предупредить его.

— Нет, в этот раз Орочимару проник в Коноху, у него явно есть большой замысел! — Джирайя все еще помнил, что Орочимару был изгнан Сандайме из-за своих плохих намерений и неудачи в попытке стать Хокаге.

Орочимару должен быть иметь какой-то тайный план, и если он не уверен в успехе, то не осмелился бы возвращаться в Коноху.

— Похоже, что я не могу покинуть Коноху в ближайшее время. Мне нужно помочь старику! — подумал Джирайя.

— Джирайя, раз ты тоже в деревне Коноха, я подожду еще немного! — Орочимару, скрывающийся в темноте, услышав о возвращении Джирайи, был готов действовать, но снова спрятался.

Два дня спустя Джирайя покинул деревню, чтобы собрать различную информацию для Конохи, а третий тур экзамена на Чунина проходил по плану!

Место проведения было огромным стадионом, на котором могли уместиться десятки тысяч человек.

В этот день как обычные люди, так и ниндзя пришли на соревнование, чтобы посмотреть, как нынешние генины будут соревноваться и станут чунинами.

— «Хокаге-сама, Джирайя-сама покинул деревню». — на сцене Anbu шепнул Сарутоби Хирузену.

— Я понимаю, Казекаге, ты иди и объяви о начале матча. — Сарутоби Хирузен кивнул, а затем обратился к Четвертому Казекаге, стоящему рядом с ним.

— Тогда я буду неучтив. — Четвертый Казекаге объявил в Конохе, что третий тур экзамена на Чунина начинается сейчас.

Это также было способом сказать, что он не будет отдавать предпочтение ниндзя Конохи.

http://tl..ru/book/112382/4316971