Глава 274. Химера и сова

Вероятно, почувствовав запах белого вина, рыжая кошка спрыгнула с кошачьего домика и последовала за Генри в спальню, усевшись рядом с миской для еды.

Антони сделал вид, что не заметил её, обошел лежавшую на полу лежанку и сел на край кровати, листая несколько книг, лежавших в прикроватной тумбочке. Кошка, немного подождав, запрыгнула на тумбочку, виляя хвостом и глядя на него.

— Может, вечером попьём? — попытался договориться Антони. — Могу превратить тебя обратно в скелет.

Кошка уставилась на него, и, неизвестно, поняла ли его слова, но гордо спрыгнула с тумбочки и направилась к двери.

— Кошечка? — позвал Антони. — Мы договорились?

Рыжая кошка ушла, не оборачиваясь и раздражённо махнув хвостом. Антони услышал громкий треск из-за двери — должно быть, кошка столкнула на пол его чашку или чайник. В голове у него уже разгорался гнев призрачного петуха.

Призрачная крыса выскочила из кабинета в спальню. Антони со вздохом взял книгу, встал с кровати и выглянул в кабинет. Как он и ожидал, кошка и петух сцепились, устроив настоящее побоище.

К вечеру Антони уже почти забыл, что согласился дать кошке выпивку. Он подумал, что кошка своим поведением отвергла его предложение, но перед тем, как Антони вошёл в туалет, кошка тихонько проскользнула в спальню. Выйдя, Антони увидел рыжую кошку, сидящуюу миски для еды.

— Ладно, ладно, — сказал Антони, открыл бутылку вина, налил в миску и одновременно избавился от всей рыжей шерсти и длинных белых усов.

Кошка-скелет нетерпеливо сунула голову в вино, и огонь души в её глазницах заплясал на поверхности жидкости.

Призрачный петух стоял поблизости, с любопытством склонив голову набок. Он попытался клюнуть вино, но кошка сердито его прогнала.

Антони потушил свет. Лучи света пробивались сквозь неплотно задёрнутые шторы, оставляя на полу длинные светлые полосы. Антони подошёл и поправил их. Снег перестал идти, и белый снег под лунным светом сиял в темноте.

Призрачная крыса высунула голову из его кармана и с интересом посмотрела на улицу. Антони погладил её и задёрнул шторы. В комнате остались только отблески догорающего в камине огня и ровное свечение от кошки-скелета, поглощающей белое вино.

Призрачный петух самозабвенно разгуливал по кабинету Антони. Когда тот лёг в постель, он слышал, как когти петуха стучат по полу. Крыса, шурша, забралась на кошачью лежанку. Антони закрыл глаза, вспомнив, что нужно напомнить Хагриду, чтобы тот поскорее избавился от этих химер.

Посреди ночи он проснулся от кошмара и почувствовал, как что-то твёрдое упирается ему в бок. Он немного пошевелил рукой и осознал, что прижался к куче холодных костей. Антони какое-то время пребывал в замешательстве, прежде чем понял, что кошка-скелет забралась к нему под одеяло. Недовольная питомица тут же укусила его.

Антони вздохнул, обнял свою костлявую любимицу и снова заснул.

На следующее утро Антони позавтракал и отправился к хижине Хагрида.

Лесник как раз расчищал снег у крыльца, сгребая его в кучи по обеим сторонам дорожки. Клык, уткнувшись носом в землю, с энтузиазмом всё обнюхивал. Увидев Антони, он резко поднял голову, радостно гавкнул и бросился к нему, пытаясь лизнуть лицо.

— Доброе утро, Клык, — сказал Антони, уклоняясь от бурного приветствия. — Ого, ты сегодня в хорошем настроении.

— Генри! — радостно воскликнул Хагрид. — Назад, Клык, назад! — полувеликан переложил лопату в другую руку, схватил его за ошейник и без усилий оттащил своего огромного пса. — Я всё думал, когда же ты ко мне зайдёшь, Генри, — заметил он.

— Клыку не помешало бы почистить зубы, — сказал Антони, вытирая лицо. — Доброе утро, Рубеус. Я принёс тебе бренди из «Дырявого котла»… И новости. Ты не против, если мы поговорим в доме?

Он уже положил руку на деревянную дверь.

— Подожди… — неловко протянул Хагрид.

— Что случилось? — спросил Антони, поворачиваясь.

Было уже поздно: дверь открылась. Он услышал донёсшийся из комнаты испуганный крик, а затем рёв. Антони обернулся и увидел, как детёныш химеры со львиной головой, козьим туловищем и драконьим хвостом бросился к двери… И угодил прямо в руки Хагрида.

Антони подавил в себе почти непроизвольное желание применить заклинание обездвиживания. Клык, испуганно взвизгнув, бросился наутёк и теперь с опаской наблюдал за происходящим из-за угла хижины.

— Вот поэтому я и попросил тебя подождать, Генри, — сказал Хагрид, не обращая внимания на попытки химеры его атаковать. Он схватил существо за шею, поднял и бросил в ящик.

С громким скрежетом лопата, прислонённая к сугробу, соскользнула вниз. Хагрид с грохотом захлопнул ящик. Химера яростно заколотила в него, и послышался ужасный скрип гвоздей и досок.

Антони последовал за Хагридом в хижину и закрыл за собой дверь.

— Я как раз за этим и пришёл, Рубеус, — сказал Антони. — Тебе нужно как можно скорее связаться с тем торговцем и избавиться от этих милых кусачих котят. Рождество на носу, не забывай, что мы ещё собирались навестить Норберта, — он подошёл к буфету, взял два стакана и сполоснул их водой. Повернувшись, чтобы поставить их на стол, он вдруг заметил в комнате ещё одного человека.

Рон Уизли в нелепом самодельном шлеме с будто бы львиной гривой и перчатках из драконьей кожи, держа в руке кусок окровавленного мяса, ошарашенно смотрел на него. На нём висело лоскутное одеяло Хагрида, и, стоя в углу, он был похож на странную вешалку.

Антони почти рефлекторно убрал бутылку бренди обратно в буфет и достал коробку чая.

— Мистер Уизли? — Антони только сейчас понял, что крик, который он слышал, принадлежал именно ему.

— Рон и ребята иногда приходят помочь мне покормить химер, — с энтузиазмом пояснил Хагрид.

— Подождите-ка, Рубеус, — уточнил Антони. — Только мистер Уизли? Никого больше? Помню, когда я пришёл, вы с Клыком были на улице.

— У Гарри сегодня утром тренировка по квиддичу, иначе он бы тоже пришёл, — сказал Хагрид. — Иногда ещё приходит Гермиона, но… — он покосился на Рона, лицо которого покраснело. Хагрид наклонился к Антони и прошептал: — Они поссорились.

Рон покраснел ещё сильнее — похоже, на этот раз от гнева.

— Мы не ссорились, Рубеус! Просто Гермиона не желает признать, что не права… Она просто невыносима! Всё твердит Сириусу, чтобы он освободил своего домового эльфа, говорит, будто только испорченные и закоснелые слизеринцы держат домовиков в рабстве. Я сказал ей, что домовикам нужен хозяин и работа, так она меня отругала!

— Да уж, — сказал Рубеус Хагрид, — не стоит вам из-за этого ссориться. В конце-концов, вы же друзья.

— Ещё она сказала, что я такой же упрямый, ленивый и бессердечный, как и любой слизеринец, раз хочу, чтобы домовой эльф всё за меня делал! — возмущённо добавил Рон.

— Я знаю, — снисходительно сказал Хагрид. — Гермиона мне об этом говорила, когда в прошлый раз приходила их кормить.

— Мисс Грейнджер тоже кормила химер одна? — недоверчиво переспросил Антони. — Хагрид, ты не можешь оставлять учеников одних в комнате, полной химер! Конечно, для начала тебе вообще не следовало им показывать химер или содержать их незаконно… Но это уже чересчур опасно!

— Да они же ещё маленькие… — пробормотал Хагрид. — И потом, они нападают только на людей…

Антони снова бросил взгляд на нелепый костюм Рона, который должен был сойти за шкуру льва — или это химера? — и твёрдо сказал:

— Нет, Рубеус, это никуда не годится. Ты должен отдать их всех. Мне всё равно, кому: торговцу, Профессору Кёттлберн или какому-нибудь специалисту по химерам… Но ты должен убрать их отсюда, пока они не натворили бед.

Он знал, что Хагрид иногда просит Гарри, Рона и Гермиону покормить химер — по правде говоря, он и сам несколько раз помогал ему. Но всякий раз, когда он их видел, рядом с детьми находился Хагрид. А учитывая, что Хагрид мог с лёгкостью справиться с любой взбесившейся химерой, кормить магическое существо класса XXXXX в его присутствии было не так уж и опасно. Но оставлять учеников с химерами один на один — совсем другое дело.

Хагрид хотел что-то возразить, но Антони его опередил:

— Амбридж скоро прибудет в Хогвартс в качестве Старшего Инспектора. Рубеус, поверь мне, ты не захочешь иметь с ней никаких дел. И уж точно не захочешь, чтобы она обнаружила здесь… Всю эту живность. Прости, Хагрид, но я не хочу, чтобы ты попал в Азкабан.

— Ну ладно… — удручённо протянул лесник. — А ведь они такие забавные…

— Зато, когда ты вернёшь их торговцу, — сказал, утешая его, Антони, — то сможешь купить для Норберта на Рождество шкуру взрывопотама.

— Ты прав, Генри, — сказал Хагрид, и в его голосе послышалась решимость. — Я свяжусь с ним сегодня днём.

Краем глаза Антони заметил, как львиная голова в углу резко опустилась — Рон явно испытал облегчение.

— Сегодня утром, — сказал Антони. — Мы можем вместе сходить в Совятню.

В Совятне царил настоящий хаос: везде летали перья, пол был усеян совиным кормом, длинными и короткими перьями. Совы то и дело влетали в квадратные окна наверху, садились на жёрдочки, чистили перья или, хлопая крыльями, пили воду.

Как только Антони и Рубеус Хагрид вошли в Совятню, все совы повернули к ним головы.

— У меня письмо, — громко объявил Хагрид, размахивая конвертом и доставая из кармана несколько мёртвых мышей.

Несколько сов тут же слетело вниз и село на протянутую руку Хагрида. Они склонили головы, разглядывая имя на конверте.

— Да, не знаю, где он живёт, — сказал Хагрид совам, которые всё ещё изучали имя. Немного погодя одна из них тихонько ухнула, и остальные улетели обратно на жёрдочки.

— Спасибо тебе большое, — радостно сказал Хагрид, протягивая мёртвую мышь сове, которая всё ещё сидела у него на руке. Он, казалось, совсем не обратил внимания на то, как амбарная сова попыталась проглотить первую мышь целиком, прямо с шерстью: длинный хвост мелькнул у неё в клюве и исчез.

Антони прислонился к стойке у двери и, наблюдая, как Хагрид протягивает сове вторую мышь, задумался, не стоит ли ему тоже носить с собой мёртвых мышей для сов или же они больше обрадуются кошачьему корму.

В этот момент он увидел, как в окно влетела сова, села на жёрдочку рядом с ним, попила воды и клюнула немного корма. Похоже, она только что вернулась из долгого путешествия. Сова посмотрела на конверт и мышей в руках Рубеуса Хагрида, а затем повернула голову и увидела Антони.

На глазах у Антони сова отпрыгнула в сторону.

— Что такое? — тихо спросил он. — Ты ведь та самая сова, что относила моё письмо Чарли, да? Я думал, мы уже помирились с помощью бекона?

Сова укоризненно ухнула, сердито посмотрела на него, а потом перевела взгляд на Хагрида, который как раз протягивал третью мышь прожорливой амбарной сове.

— В следующий раз принесу тебе мышь, — пообещал Антони.

Сова продолжала сверлить его круглыми глазами.

— Три штуки, — сказал Антони.

Сова щёлкнула клювом.

— Четыре? — неуверенно спросил Антони. — Пять?

Щелчки прекратились.

— Хорошо, но только если твой желудок выдержит пять мышей, — с беспокойством сказал Антони.

Сова, похоже, осталась довольна и прикрыла глаза, чтобы немного отдохнуть. Хагрид привязал письмо к лапке амбарной совы и выпустил её в окно.

— Отправил, Генри, — сказал Хагрид, наблюдая, как сова улетает. — Пошли.

— Хорошо, — сказал Антони и уже было направился к выходу, как вдруг его осенило. — Хочешь попробовать сушёный корм для кошек? — спросил он у совы.

Он решил, что если сова бесшумно перелетела на самую верхнюю жёрдочку у противоположной стены, то это означает «нет».

И тут же подумал, что в следующий раз принесёт шесть мышей.

http://tl..ru/book/114294/4539432