Глава 115

Ли Тяньи, едва успев сделать несколько шагов, рухнул на пол с глухим "ба-а-ах!". Он дрожащей рукой указал на еду на столе и с трудом прохрипел:

— Эта еда… я… я…

Он не успел договорить, как его вырвало только что съеденным.

Увидев это, Цинь Сяолиу повернулся к хозяину, с подозрением взирая на того.

«Неужели этот старикашка действительно отравился?» — подумал он.

Хозяин, увидев эту сцену, побледнел, выставил вперед палец и хмуро проговорил:

— Десять тысяч!

Глаза Цинь Сяолиу загорелись при этих словах.

Он мгновенно подскочил, взвалил Ли Тяньи на плечо и, вытащив телефон, направил его на хозяина, небрежно произнеся:

— Хозяин, мелкий бизнес, без кредита.

Хозяин, в свою очередь, тоже проявил решительность, мгновенно вытащил свой телефон и перевел деньги Цинь Сяолиу.

«Если позволить им дальше поднимать шум, кто же потом будет у меня заходить поесть?» — пронеслось в его голове. Ему просто хотелось поскорее отправить эту троицу восвояси.

Цинь Сяолиу, услышав звук поступления денег на счет, облегченно вздохнул. Затем, неся Ли Тяньи на плече, он поволок за собой Толстяка Хуанга и помчался к выходу из ресторана.

Словно опасаясь, что владелец передумает.

Остановившись вдали от ресторана, они увидели, как оба отвратительно блевали, и Цинь Сяолиу с отвращением отступил подальше.

Зажав нос, он обратился к ним:

— Я же говорил, вы оба чересчур переигрываете.

— Уж вышли из ресторана, а все еще играете!

Ли Тяньи и Толстяк Хуанг презрительно посмотрели на него, прохрипев:

— Кто… тьфу… кто с тобой играет!

После чего снова вывернули себя наизнанку.

Видя это, лицо Цинь Сяолиу исказилось, а затем он спросил их:

— Вы правда имеете в виду, что в еде был яд?!

Услышав это, они снова закатили глаза.

«Бог ты мой, какой яд!

— Мы просто переели, вот и тошнит!»

Цинь Сяолиу, услышав их слова, растерялся, а затем с жалостью уставился на этих персонажей из семьи Ли.

— Я же говорил, вы все-таки Ли.

— Как? Разве семья Ли не следит за тем, что ест?

Услышав это, они с презрением махнули на Цинь Сяолиу рукой и продолжили блевать, облокотившись о стену.

Через некоторое время рвота двух друзей растеклась по всему тротуару.

Они, словно не замечая, вытерли рты и глубоко вздохнули.

«Слава богу, наконец-то вырвало!» — подумали они.

Цинь Сяолиу с ужасом наблюдал за рвотой на земле.

«Господи, сколько же они жрали?!»

Но Цинь Сяолиу все еще терзали сомнения.

Он посмотрел на Ли Тяньи и сказал:

— Если вы блюете, потому что переели, то зачем вы падали на землю?

— И указали на еду, словно умираете?

Ли Тяньи с неловким выражением лица ответил:

— Потому что я слишком много съел, вот и упал прямо на землю.

— А насчет еды… я хотел сказать, что просто слишком много съел!

— Не знаю, как я успел проглотить слова, не договорив до конца.

Губы Цинь Сяолиу дернулись, услышав его слова.

«Ну и дела, оказывается, все так просто и незатейливо.

— Посмотрите, как вы напугали хозяина!»

Цинь Сяолиу повернул голову и посмотрел на Толстяка Хуанга, его лицо исказилось от ужаса.

Он увидел его разорванную одежду и засохшие остатки рвоты на ней.

Настоящий нищий.

— «Помню, в старину у нищих был обычай, сидя на помойке, подставлять под себя таз, чтобы люди давали милостыню.

— Стал бы Толстяк Хуанги так поступать, думаю, люди бы бросили ему не мало монет!» — подумал Цинь Сяолиу.

Он покачал головой и сказал им:

— Ладно, я сыт.

— Пойдемте в отель.

— Наверное, Хуан Ган скоро приедет.

Затем он поднял телефон и посмотрел на время.

Было уже пять часов вечера.

Он поднял взгляд и сказал:

— Как только закончим дела, вы оба можете перестать быть такими жалкими.

— И сможете вернуть мне деньги, которые мне должны.

— Ради того, чтобы видеть, как вы страдаете.

— Ну что, брат Тяньи, тебе нужно будет вернуть мне 1,4 миллиона.

— Толстяк, с тебя все так же 7 миллионов.

— Как? Тронут ли вас действия Шестого брата?

…

Глава 116: Маленький Шестой выдает «золотую мазь» за деньги

Услышав слова Цинь Сяолиу, Ли Тяньи и Толстяк Хуанг «растрогались» до слез.

Видя влажные глаза обоих, Цинь Сяолиу подошел к ним и похлопал по плечам.

— Ничего, ваш Шестой брат такой.

— Не плачьте, возможно, мы будем вместе всегда.

Цинь Сяолиу говорил с ними серьезно.

Толстяк Хуан, услышав слова Цинь Сяолиу, завопил:

— О-о-о-о!

По его щекам текли две слезы.

Ли Тяньи, подняв голову к небу, хотел плакать, но не мог.

Увидев эту сцену, Цинь Сяолиу невольно покачал головой.

«Вот и правда, два настоящих брата!» — подумал он.

Помня о своем деле, Цинь Сяолиу пошел в отель вместе с ними.

В холле отеля.

Перед входом было припарковано две большие грузовые машины.

То и дело кто-то заносил что-то в отель.

Все трое с недоумением подошли к входу, и тут услышали старый голос, обращающийся к ним:

— Мастер!

Цинь Сяолиу был потрясен, услышав эти слова.

Он, изображая из себя потрясенного человека, посмотрел на источник звука: Хуан Ган с красным от смущения лицом шел к ним.

Как раз в тот момент, когда Хуан Ган собирался крепко обнять Цинь Сяолиу, тот поднял руку.

Хуан Ган, увидев это, тут же затормозил, остановился на месте и неловко похлопал себя по голове.

Ли Тяньи, наблюдая за происходящим, был в недоумении.

«Этот старик – ученик Цинь Сяолиу? ? ?» — подумал он.

Ему казалось, что в голове у него промелькнули три громадных приветствия.

Он видел как людей брали в ученики красивых женщин, а также талантливых людей.

Но он впервые видел, чтобы в ученики брали старика!

Толстяк Хуан с невозмутимым видом наблюдал за происходящим — очевидно, он уже привык.

Цинь Сяолиу с подозрением посмотрел на Хуан Гана и спросил:

— Ты так быстро добыл все лекарственные травы?

Услышав это, Хуан Ган выпятил грудь и кивнул.

Увидев это, глаза Цинь Сяолиу загорелись.

«Как только травы будут в наличии, я приготовлю лекарство.

— Как только лекарство будет готово, я заберу Ли Тяньи и Толстяка Хуанга.

— Вернувшись, смогу получить свои деньги! !»

— Думая об этом, Цинь Сяолиу непроизвольно залился слюной.

Видя это, Хуан Ган протянул руку и потряс ею перед лицом Цинь Сяолиу.

— Мастер, что с вами?

Цинь Сяолиу, услышав эти слова, мгновенно пришел в себя, похлопал Хуан Гана по плечу и сказал:

— Старый Хуан, ты сделал большое дело! Великое дело!

Хуан Ган, услышав это, склонился в поклоне перед Цинь Сяолиу и сказал:

— Лишь бы это помогло мастеру, все в порядке.

Цинь Сяолиу удовлетворенно кивнул ему.

Затем он обратился к нему:

— Ладно, поставь сначала остальные травы.

http://tl..ru/book/110626/4221304