Глава 029

Вина и поддержка

Эти слова заставили Кан циньвана вскочить и ударить вестника ногой. Те, кто ничего не знал, подумали, что, услышав о внезапной кончине супруги, он не осмелился в это поверить ипнул эконома вгневе. Но на самом деле это произошло потому, что шестой брат только что испортил некоторые вещи, а теперь эта женщина покинула мир живых. В общем, ему все равно чтооплеуху отвесили. Ли Хун Юаньбудто предсказалее смерть, и теперь старший принц чувствовал себя невыносимо неловко.

— Возвращаемсяв ванфу!

Эконом упал на землю и никак не мог встать, ноон сам виноват:пришел и напрямую все рассказал, не зная произошедшего.

Кан циньван поспешно ушел. Вскоре после этого почти все услышали, что Кан циньванфэй скончалась. Затем они посмотрели на Сунь И Цзя, и в их глазах былокакое-то странное выражение: девушкепридется подождать еще год, прежде чем выйти замуж.

Это не значит, что Сунь И Цзя ничего не понимала, но она все еще держалась в стороне. Просто никто не знал, что руки, спрятанныев рукавах,крепко сжаты, а впивавшиеся в ладони ногти практически поранили кожу. В конце концов, она сейчаспросто подросток. Герцогская дочь не испытывала никаких жизненных потрясений и никогда не находилась в опасности, разве могло ей бытьвсе равно?

Она родилась благороднойи носилапарчовыеодежды,и ела с нефритовыхблюд, у нее было высокоеположениеи богатствос самого детства. Девушка просто никогда не думала стать еще более благородной, не говоря уже о том, чтобы выйти замуж за вдовца. Ей постоянно говорили, что в будущем она превратится в императрицу, самую благородную женщину мира, ну и что? Сунь И Цзяэтого не хотела. С другой стороны, самая благородная женщина, в конце концов, не обязательно являлась самым благородным человеком. Ее тетя по отцовской линии сидит на своем троне, но разве она когда-нибудьспала нормально? Когда у нее не было проблем? Ее муж не дал ей ничего, кроме этой поверхностной чести.Не было ни капли сожаленийили любви.

Более того, в глазах других людей Сунь И Цзя, вероятно,просто женщина, укравшаячужого мужа. Раньше жена бяогэ любила ее, но с год назад чужойвзгляд начал окрашиваться ядом. Тогда, как она поняла, жена бяогэ узнала то, о чем думаливсе остальные, то, что та никогда не знала. В то время герцогской дочеритоже только что сказали о решениисемьи и тетипо отцовской линии. Глубоко в душе девушка этого не хотела. Она чувствовала себя так, словно собиралась погрузиться в грязь, а угрызения совестипо отношению к женебяогэ стали еще сильнее.

Прежде чем она смогла хоть раз высказать своимысли, мать снова и снова прерывала ее, говоря, что не имеет значениято, что дочьстанет второйженой после смерти первой, что результат важнее всего. Она будет императрицей, ее сын — императором, она превратится во вдовствующую императрицу…

Как смешно. Сможет ли ее бяогэ, Кан циньван, стать императором, пока неизвестно. Сунь И Цзя все еще не замужем, но ей нужно думать о том, что случится спустя десятилетия? До результатов все этопустые надежды. Они сами говорят, что те, кто смеется вконце,и есть победители. Тогдана основании чегоони думали, что Кан циньван сможет смеяться досамогоконца? Откуда такая уверенность, что герцогская резиденция продержится, чтобы посмеяться вместе с ним? Даже если она выйдет замуж за Кан циньванаи тотвзойдетна престол, на основании чего, по их мнению, она сможет смеяться до конца? Ничто в мире не постоянно, где уж тут думать о грядущем…

Сунь И Цзя вспомнила жену своего бяогэ, котораяв конце концов умерла от ненависти. С тех пор, как девушкаузнала о планируемом замужестве, она не смела снова увидеться с этой женщиной. Не потому, что боялась ее обиженных взглядов, нет. Онабоялась, что та станет убиваться от горя еще сильнее, что разозлится, увидев ее, и болезнь обострится. В конце концов, одно существование Сунь И Цзя заставляло жену двоюродного брата чувствовать себя плохо, как будто девушка намеренно пыталасьнапомнить о некоторых вещах. Этот прошедший год был болезненным и мучительным для умирающей, но кроме Кан циньванфэй, вероятно, никто не знал, насколько.

Ли Хун Юань небрежно встал и отряхнул наряд, казалось, он собиралсяуходить.

— Шестой брат, это…

—Дасао умерла. Как младшимбратьям, естественно, нам нужно утешить старшего. Третий, разве ты обычно не лучший на поверхностном уровне?На что ты все еще тратишь свое время? — когда Ли Хун Юань срывал чью-то маску, он делал это без особых усилий.

Жуй циньван хотел избить его до смерти. Как и следовало ожидать, он слишком рано радовался. Не стоилонадеяться, что этот ублюдок встанет на его сторону и будетвсем сердцем помогать.

— Естественно, мы должны идти. Просто для шестого брата нехорошо оставлять здесь незавершенные дела, — Жуй циньван с усилиемсдержал свой гнев и попытался донести до него свои намерения.

—Не похоже, что этот принц Юэ Лао [1] — ему было достаточно пойти на все, чтобы связать красные нити только для Вань Ваньи его самого. Что касается других, то на что они рассчитывают? Какоеотношение к нему имеет, удачен их бракили нет? Даже если Сунь И Цзя пострадала, он рано или поздно компенсирует это Сунь И Линю. Каждое его приложенное усилие другие должны окупитьдесятикратно,а то изаплатить в сто раз больше. Ты, Ли Хун Мин, хочешь заставить меня работать? Яуже позволил тебевоспользоваться дешевым преимуществом, что все на поверхности идет по-твоему, поэтому за твоей спиной я позволю тебе понести еще большие потери.

"Значит, ты просто забавлялся,дразнякучу людей, верно?" — так подумал Жуй циньван, бросивна него взгляд, и ушел, раздраженно взмахнув рукавом. Муфэй всегда заставляла его быть этому ублюдку идеальным старшимбратом, но из-за способности Ли Хун Юаня бесить всех людей без разбора третий императорский принцпросто не мог продолжать притворяться.

Независимо от того, ушли или нет эти трое, большене было никакой необходимости продолжать этот банкет. Кто-то предложил разойтись, а все остальные последовали его примеру. Семья Сунь, разумеется, не настаивалана том, чтобы гости остались. Они заставили себя взбодриться и отослали гостей.

Когда Цзин Вань уходила, тостолкнулась с Сунь И Цзя лицом к лицу и поразилась. Раньше та все еще выглядела нежным цветком в полном своем расцвете, но теперь походила на засохшее дерево. Казалось, чтобезнадежностьее второе имя. ЦзиньВань сразу поняла, что у нее нет никаких намерений в отношении Кан циньвана.

— Вы…—сначала Цзин Вань хотела что-то сказать, но сейчас было не время.

Сунь И Цзя, казалось, услышала, как она открыла рот. Герцогская дочьпосмотрела на Цзин Ваньи кивнула, не говоря ничего лишнего. Однако она увидела беспокойство в глазах этой девушки. Сердце Сунь И Цзя слегка согрелось. Никто из семьине заметил ее состояния, своебеспокойство выразила незнакомка. Хотя это было не так много, кроме того, она могла сделать так, чтобы попытаться сблизиться, этовсе жепозволилоейпочувствовать себя чуть лучше.

К тому времени, когда остались только люди семьи Сунь, потому что герцог Дин,так же как и старший сын, все еще не вернулись из ямэня, несколько ключевых людей собрались во дворе Суньлаофужэнь.

Кан циньван оставил близкого телохранителя, чтобы рассказать им, что Сунь И Цзя придется выдать замуж за другого. Присутствующие думали каждый освоем. Сунь И Линь изначально хотел утешить свою младшую сестру,но, увидев короткую вспышку радости на ее лице, он, наконец, узнал ее истинные мысли. Юноша тоже не хотел, чтобы Кан циньван стал его зятем. Хотя у Кан циньвана не было цэфэй, он держал довольно много наложниц, а также имел нескольких детей. Его определенно нельзя назвать очень хорошейпарой. В душе он даже поблагодарил Цзинь циньвана.

Больше всех, естественно, злилась герцогиня Дин. Сначала он усложнилжизнь ее сына, а теперь испортил брак дочери. Она даже выкрикнула несколько проклятий, совершенно ни на что не обращая внимания.

—Довольно,—Суньлаофужэньпотерла лоб, чувствуя головную боль. Все же после таких волнений пожилая женщина немного устала.

Герцогиня Дин тут же закрыла рот. Контролируягородскую резиденцию герцога Дина, она все равно не смела вести себяопрометчивоперед своей свекровью. Не только потому, что Сунь лаофужэнь —матьее мужа, о которой она должна внимательно заботиться, но и потому, что знала, насколько мощныспособности этой пожилой дамы. Не думайте, что вы можете ее недооценивать, потому что она сейчас ни за что не отвечала, ела овощи и молилась Будде весь день.

—Я знаю, что ты беспокоишься обэтих двух детях, но твои действия и поведение сегодня неуместны. Цзинь циньван— это сын его величества, кто ты такая, чтобы говорить, что он ошибается? Кроме того, я также убеждена, что Цзинь циньван не выбрал кандидатку для Линь гэра. Прямо сейчасне говоривсю эту ерунду. Дождись окончания похорон Кан циньванфэйи быстро позаботьсяоб их браках. Не будь такойразборчивой, сойдут практически любые более-менее нормальные кандидаты. Не жди, пока Цзя эрстанет старой девой, а то узнаешь, что такоесожаление.

—Бабушка, ведь уимператрицы и Кан циньвана, вероятно, будут другие договоренности по браку младшей сестры, верно?—Сунь И Линь говорил, в душе чувствуя себя неловко.

У герцогини Дин даже не получилось порадоваться за сына, прежде чем она услышала эти слова. По правде говоря, женщина не могла вмешиваться в брак дочери. Это было так в прошлом, нои сейчас все осталось по-старому. Несмотря ни на что, это все еще расстраивало.

—Я отправлюсь во дворец и поговорюс императрицей. Предположительно, онавсе же хотя бы на поверхности поддержитмое доброе имя,—это была ее собственная дочь. Тогда она насильно хотела обручить Цзя эр с Кан циньваном, и в тот разСунь лаофужэнькак мать уступила. На этот раз у императрицы не имелось причин, чтобыопровергать ее. Просто разногласия между нимиснова усилятся.

—Бабушка…— тронутая Сунь И Цзя все же чувствовала себя виноватой.

—Хорошо, возвращайтесь все к себе. Я устала и хочу немного отдохнуть,— Сунь лаофужэнь махнула рукой.

У них не было выбора, кроме как уйти.

—Линь гэр, подожди.

Сунь И Линь обернулся:

— Какие еще инструкции есть у бабушки?

Суньлаофужэнь вновь махнула рукой другим,что уже стояли у дверей, позволяя им быстро уйти. Через некоторое время она, наконец, сказала:

— Есть ли уЛинь гэра, девушка, которая емунравится? Если да, просто скажибабушке, я хотя бы однажды смогувыполнить твое желание.

Примечание автора (автор включила некоторые пояснения для сюжетав сноски. Если быть честной, то это практически ящик Пандоры для меня, но это ее слова, а не мои): много людейспрашивают одвух жизняхглавного мужского персонажа (ГМ) иявляется ли главныйженский персонаж (ГЖ) одним и темже человеком или нет. Так вот вам ответ — мое твердое и незыблемое да.

ГМ —"шэцзинбин"(蛇精病), у него навязчивая идея по отношению к ГЖ и началось это впрошлой жизни. Если человек изменится, он определенно узнает об этом первым.

(п/п: это каламбур и интернет-сленг от слова "шэньцзинбин"(蛇精病), что означает "быть психически больным"; эта версия — более беззаботный способ назвать кого-то сумасшедшим. "шэцзинбин"(蛇精病) буквально означает "болезнь змей-оборотней"; она используется только потому, что звучит очень близко к оригинальному слову)

ГЖ — "трансмигрант плода", ГМ возвращается к своему десятилетнему "я".В начале истории ГЖ— 14, а ГМ — 22. Другими словами, когда ГМ переродился, ГЖуже исполнилось 2 года. Конечно, через 6 лет после возрождения ГМ, когда он покинул дворец, чтобы открыть свою резиденцию в 16 лет, он, наконец, отправил своих людей кГЖ. Относительно сроков нет проблем.

(п/п: на самом деле оригинальное слово буквально переводится как "путешествующий во времени плод". Любой современный человек, возвращающийся вдревние времена,на китайском языкеобозначается как "путешественник во времени", будь то реинкарнация или трансмиграция. В то время как слово 重生 "чуншэн"означает "возвращаться к жизни снова".)

Что касается того, когда ГМначал зацикливаться на ГЖв предыдущей жизни, то ей тогда было около 17 лет.

[1] Легенду о Юэ Лао можно прочесть в главе Исторические заметки: культура и искусство

http://tl..ru/book/19909/759980