Глава 093.2

Преграждение пути, Безымянная башня(2)

— Этаслуга оговорилась,—Цин Цзюйхлопнула себя по губам. — Цин Чжу цзэцзэ права, наша барышня — перваяв Поднебесной.

Цзин Вань не знала, плакать ейили смеяться. Она также не знала, когда эти ее людиначали думать о таких вещах.

—Не говорите ерунды, ваша барышняне можетносить такойтитул.

—Этаслуга не говоритерунду. Если вы не верите, барышня, просто спросите момо, думает ли она так же или нет?— довольно уверенно сказала Цин Чжу.

— Согласна,—Гун момо очень торжественно кивнула головой. Она не преувеличивала, ведь на самом деле чувствовала это.

На этот раз Цзин Вань, и правда,потеряла дар речи:

—Хорошо-хорошо, пусть будет так, как вы говорите. С вами всеми яне справлюсь. Просто забудьте об этом деле.

—Не беспокойтесь, барышня, — как они могли даже не знать о серьезности этого дела?

Надо сказать, что несколько дней назад, когда ее остановил Ли Хун Юань, рядом с ней были Цин Лань и Цин Мэй. Если бы эти два случая произошли один за другим, кто знает, какие бы мысли онивызвали!

Сунь ИЛиньна самом деле не вернулся прямов городскую герцогскую резиденцию Дин, а позволил кучеру бесцельно разъезжать по улицам, в то время как сам просто молча сидел в карете. Его мальчик-слуга, сидевший снаружи, и слуга, который правил каретой, с беспокойством переглядывались. Нынешнее состояние их юного господина было действительно плохим.

Даже когда герцог Дин ради старшего гунцзы заставил их молодого господина отступить, подавляя ине позволяя выделяться, создавая изнегочисто кабинетногоученого ине давая проявиться амбициямв сердце их гунцзы, тот встретил это молчанием, а не так, как сейчас — мертвойтишиной.

Хотя они ездили бесцельно, по большей части, это были места, которые обычно посещал Сунь ИЛинь. Цветочный рынок сгорел дотла. Даже магазины, которые не пострадали, тоже временно закрылись. Но любование цветамив это время, возможно,ранитих гунцзыеще сильнее. В конце концов, барышняЛо тоже любила цветы. Кто знает, заставят ли эти растениядумать о ней?

Родившийся в таком месте, какгерцогская резиденция Дин, где никто из поколения его отца или братьев не был "обычным" заурядным человеком [1], один Сунь И Линь, сохранивший моральную чистоту, казался белой вороной. Можно было сказать, что он совершенно с ними несовместим, что он "ненормальный". Однажды даже герцогиня Динзаподозрила, что, возможно, у ее сына скрытая болезнь, из-за которой он не хотел брать себе никаких постельных служанок. На самом деле Сунь ИЛинядаже открыто осмотрел императорский врач. Молодой человек нисколько этого не стеснялся, в результате диагноз все равно был один — он совершеннонормален.

Все его пристрастия и увлеченияне былилишеныэлегантности. Это не было преднамеренно, скорее,он будто бы уже родился таким. Помимо этих растений и цветов, другие интересы Сунь ИЛиня были такими же, как и у подавляющего большинства ученых:образцы каллиграфии, уникальные книги в единственных экземплярахи знаменитые картины.Когда ему нечего было делать, он встречался с друзьями и болтал о том, о сем. По сравнению с другими, кого интересовали двор, мир, простые люди, он на самом деле был более погружен в природу и прекрасные пейзажи путевых народных заметок. В конце концов, с теми вещами, о которых говорили другие, он уже сталкивалсяраньше, толькопо-настоящему соприкоснувшись с ними, вы, действительно, узнаете о горестях и трудностях изнутри. Ни в коем случае это не было чем-то, что всего лишь несколько слов праздногоразговора в стиле:"если бы это был я, тосделал бы вот так" могут решить проблему…

Вот почему места, которые часто посещал Сунь ИЛинь, на самом деле были местами встреч многочисленных интеллигентов и ученых. С приближением Чунь-вэй кандидаты со всей страны собирались группами по три-четыре человека, чтобы либо громко и высокомерно говоритьо своих амбициях, либо тихо бормотать, обсуждая научные учения.

В прошлом, возможно, у него все еще хватало бы духу спокойно слушать об их "прекрасныхперспективах", но теперь эти вещитолько раздражали его. Как раз когда он хотел вернуться в герцогскую резиденцию, он вдруг услышал голос своего слуги:

— Гунцзы, здесь молодой господин семьи Чэнь, Чэнь Чжэн Минь.

Сунь ИЛинь практически инстинктивно раздвинул занавески кареты. Кроме того, ему очень хотелось узнать, что же за человексмог опередить его и утащить понравившуюся ему девушку, а также под статьли он барышнеЛо.

Возможно, в других местахмало ктоузналСунь ИЛиня, но в этом районе их определенно таких людей было довольно много. На самом деле, как только он показался, кто-то из самых внимательных сразу же увидел его и быстро подошел поприветствовать:

—Линь гунцзы, давно вас не видел, не найдется ли у вас сегодня времени зайти в Башню, присесть и выпить?

Сунь ИЛинь, наконец, заметил, что это место— Безымяннаябашня. "Безымянная", естественно, означало, что у неенет имени. На горизонтальной табличке с надписью на входене было никаких слов, только в левом нижнем углу стояла печать. В этом местепринимали только образованных людей, и, кроме того, эти "образованные" былине из тех, что знали только пару-тройку умных слов. Сначала нужно доказать, что у вас есть квалификация, чтобы переступитьчерез этот порог.

Там звучала переливчатая чудесная музыка, нужнолишь попасть туда,итогда любой, кто умел наслаждаться музыкой, определенно смог бы искупаться в этих божественных мелодиях. Там было прекрасное вино и хороший чай, сравнимыес теми, что предлагались как даньимператорской семье. Если у вас есть возможность, вы можете свободно насладиться ими. Там хранились знаменитые и ценные каллиграфии и живопись, которые можно было получить, если вы на это способны. Даже если вы не сможете забрать их с собой, вы все равно сможете ими любоваться. Там была огромная библиотека, и разрешалосьбесплатноделать копии. И вообще все это было совершенно бесплатно. Для ученых Безымянная башня — самое желанное место пребывания, особенно для тех людей из бедных и скромных семей, которые ненавидели то, что не могли проводить внутри круглые сутки. Конечно, у этого места имелись своиправила. В противном случае егобы наводнили студентыиз бедных и скромных семей.

Помимо этого, самой определяющей чертой Безымяннойбашнибыло ограничение количества входящих в неелюдей. Когда она полностью заполнена людьми, только когда кто-то уходит, новички могут войти внутрь. Даже если это люди, которые так же благородны, как и циньваны, они все равно должны соблюдать это правило. Так у кого же было стольковысокомерияи власти, чтобы осмелиться установить такое правило? Слов"как в присутствии этогоимператора" на горизонтальной табличке было более чем достаточно, чтобы все объяснить. Кто посмеет чинитьздесь неприятности?

Были люди, которые говорили в частном порядке, что, возможно, только Цзинь циньван осмелится нарушить здешние правила, но этот великийживойЯнь-ванне интересовалсяэтим местом. Оно существует уже несколько лет, но никто никогда не видел, чтобы он хоть раз переступил здешний порог.

Вероятно, никто не знал, что этаБезымяннаябашняне былани результатом внезапной прихоти императора Лэчэна, ни результатом какого-то мудрого и блестящего решения. Ее создали исключительно ради того, чтобы позволить этому необразованному и некомпетентномусыну, рожденному ради его наказания, поднабратьсяхоть каких-тонаучных знаний. Мысли императора Лэчэна были очень просты: пусть сынбольше общаетсяс учеными, и, возможно, он сможет полюбить учебу. Однако реальность показала, что образ мыслей императора Лэчэна слишком наивен. После того, как он снова разозлился до потери пульса, он закончил тем, что просто сбросил еена Ли Хун Юаня, чтобы тот разбирался с ней, как ему заблагорассудится. С самого созданияу нее не было имени, и все так и осталось в дальнейшем. Император Лэчэн насмехался над сыном за то, что онбыл самосознательным.Зная, что у него нет никаких знаний, он не осмеливается написать что-тона горизонтальнойвывеске [2], какаянеловкаявещь.

Но ответ Ли Хун Юаня снова заставил его упасть в обморок от гнева:

— Этот сын один из тех, кто не учится, но, возможно, в будущем возьмет в жены эрудированнуюивысоко образованную женщину, так что в будущем просто позвольте вашей невестке назвать ее.

Император Лэчэнжестоко изругалего. Годы шли.Он хотел, чтобы его невестка пришла и написала эти слова, но этой невестки просто не существовало.

Безымяннойбашней управлял Ли Хун Юань, но в глазах императора Лэчэна это наказаниеникогда не беспокоилось оней. Все внутри организовалон, в том числе иперсонал. Но император никогда не узнает, что нанятый им персонална самом деле состоял из людей Ли Хун Юаня. Его сынбыл владельцем Башни на поверхности, но на самом деле являлся еефактическим владельцем во всех смыслах этого слова.

Поскольку многие аспекты Безымяннойбашнибыли очень привлекательны, не говоря уже о молодежи, даже тронутые всем этим известные великие ученыеоставили здесь после себя немало шедевров каллиграфии. Те, кто знал, что это место тесно связано с его величеством, возможно, считали, чтосмогут привлечь его внимание через него и воспарить в небеса. Благодаря этому, когда люди, не жалея усилий, проявляли свою начитанность,можно было очень легко обнаружить среди них способныхи выдающихся ученых. Благодаря тщательному отбору, Ли Хун Юань сделал часть этих людей своей собственностью. После этого он передал их в руки императора Лэчэна. Вто время как император был безмерно доволен собой за то, что снова обнаружил еще одного талантливого человека, который может внести свой вклад в управление этойстраной, все эти люди, глубоко преданные тому самому "грешному сыну", о котором он говорил, отдавали все свои силы его служению. Но об этом он тоже никогда не узнает.

В любом случае, поскольку Сунь ИЛинь уже показал свое лицо, в дополнение к тому, что он, и правда, хотел проверить Чэнь Чжэн Миня, который уже вошел в Безымяннуюбашню, он вышел из кареты:

— Есть ли еще места в Башне?

— Только послушайте, что говорит гунцзы!Когда вы здесь, как тут не может быть мест?

Сунь ИЛинь понимал, что этотак называемое "на действия сверху всегда есть противодействие снизу". Встречаясь с кем-то из знатного сословия, даже если не было свободных мест, всегда найдется кто-то, кто добровольно уйдет, либо желая воспользоваться этой возможностью, чтобы завязать знакомствои стать друзьями, либо просто из уважения и почтения. Как глупо, что он не замечал этого в прошлом из-за того, что не обращал внимания на мирские дела!

Как и ожидалось, кто-то вышел из Башни и церемонно сложил ладони в сторону Сунь ИЛиня:

— Уменяесть ещедела, и мненужно уйти.Линь гунцзы, пожалуйста, проходите,— вэто времяникто другой не собирался заходитьвнутрь раньше него.

Сунь ИЛинь кивнул:

— Дорогой друг[3] можетоставить свою карточку с именем. Если представится случай, мы можем поболтать как-нибудь в другой раз.

Конечно же, вышедший из Башни былвне себя от радости от неожиданнопредоставленной ему хорошей возможности.

[1] было обычным для дворянских сыновей иметь несколько наложниц и сексуальных игрушек, поэтому в ретроспективе, Сунь ИЛинь является ненормальным в этом аспекте.

[2] Имя, начертанное на горизонтальной вывескев древние времена, не могло быть случайным. Само название должно было не только передавать чувства того, кто его назвал, но и включать в себя функции и характеристики здания. Кроме того, оценивалисьи навыки каллиграфии человека, называвшего его, так что действительно требуются довольно обширные знания для того, чтобы сделатьнадпись на доске.

[3] 兄台(сюнтай)—это небрежное и вежливое обращение для кого-то близкого по возрасту

http://tl..ru/book/19909/938939