Глава 094.3

Испытание, рождение безумия(3)

Напряженное лицо Сунь ИЛиня, наконец, немного смягчилось. По крайней мере, у него все еще имелись приемлемые качества. Если бы его эрудированность была не очень, то даже если бы он, Сунь И Линь, сталбы распоследним подонком, он все равно придумал бы способ разрушить эту помолвку.

Надо сказать, что нынешние Сунь ИЛинь и Ли Хун Юань принадлежали к двум крайностям. Ли Хун Юань достигалсвоих целей любыми средствами, но Сунь ИЛинь с юных лет, благодаря вмешательству своего отца, изучал путь дворянина. В случае с Цзин Вань, онхотел, чтобы с ней все былохорошо, а не шел путемподлеца, настаивая на том, чтобы схватить Цзин Вань. Он менялся, но то, что уже сидело в его костях, тоже не могло быть так легко отброшено.

Больше не заботясь о том, чемв конечном итоге закончится сочинениеЧэнь Чжэн Миня, Сунь ИЛинь начал пить вино, опрокидывая в себя одну чашу за другой.

Поначалу он по-прежнему не привлекал ничьего внимания, но постепенно все больше и больше людей сосредотачивались на нем.

Что именно случилось с Линь гунцзы?

Вскоре пить чашу за чашей стало для него недостаточно. Сунь ИЛинь сразу же поднял кувшин с вином и запрокинулголову. Прозрачное и холодное вино ручьем полилосьему в рот. Та порция, которую он не успел проглотить, выплеснулась и частично пропиталаодежду, а частично ―пролилась на пол. Допив одинкувшин, он отбросил егов сторону и взял второй. Всем было известно, что один кувшин шаосинского желтого вина может сравниться сдесятью кувшинами обычного.

―ИЛинь, так пить нельзя,―его друг не мог больше смотреть на это и протянул руку, желая силой отобрать кувшин с вином.

―Уйди,―Сунь ИЛинь шлепнул его по руке.

―И Линь, что случилось?

―Что случилось? ―Сунь ИЛинь безучастно повернул голову.― Ничего не случилось, все великолепно.

Сунь ИЛинь очень редко пил, так что его устойчивость к алкоголюбыла не так уж велика. Три кувшина выпитого виназаставили егосовершенно опьянеть.

Но он был таким же, как и подавляющее большинство людей.Опьянев, он не желал в этом признаваться.

― Вы закончили? Дайте-ка посмотреть,―он встал и в пьяном угаре выхватил сочинениеЧэнь Чжэн Миня. Покачиваяголовой, онбыстро начал читать.

Он не стал давать никаких комментариев, а просто взял кисть и начал писать. Несмотря на опьянение, его почерк все еще оставался стабильным. И, возможно, потому, что он был пьян, иероглифы, выходившиеиз-под его руки,казались очень необузданными. Почерк был безупречен, но содержание заставляло сердца окружающих выпрыгивать из груди от страха. Написанное былочрезвычайно язвительным ипроницательным, как говорится,тушь пропитала доску на сантиметровую глубину [1]. Даже они, зрители, чувствовали себя несколько неуютно, не говоря уже о том, как почувствовал бы себя, прочитай ончто-то подобное, его величество. Даже если Сунь ИЛинь нравитсяимператору, если содержание этого сочинениястанет известно снаружи, ему придетсяутопиться в алкоголе.

Когда он закончил писать, Сунь ИЛинь отбросил кисть и ошеломленно уставился на бумагу, погруженный в свои мысли. Возможно, даже он сам был немного смущен. Немного протрезвев, он помассировал опухшие и ноющие уголки глаз:

― Это поручение, которое его величество дал мне сегодня,завтра я отчитаюсьпо нему. Чэнь гунцзы может отдельно написать еще одно эссе о том, в чем вы хороши, но обратите внимание на приличия.

Похоже, он планировал, чтобы то сочинение, котороеон написал, было представлено его величеству вместе со своим собственным. Окружающие люди с шипениемвтянули в себя холодныйвоздух. Не слишком ли дерзко? Но если подумать, кажется, это, и правда,самый мудрый способ. Сунь ИЛинь, несмотря ни на что, ― членфракции Кан циньвана. Этот очерк, в сущности,таинформация, которую можно использовать против него. Поскольку многие это видели, то вместо того, чтобы позволить противнику использовать эту бумагупротив него, он мог представить ееи сам. Возможно, его смелость даже заслужила бы благосклонность его величества.Почувствовав, что он достаточно смел, правитель, в свою очередь, оценитего еще выше. Даже если его, в конце концов, накажут, это все равно лучше, чем попасть под ложное обвинение.

Однако именно благодаря этому сочинениюони поняли, что Сунь ИЛинь ни в коей мере не пустышка. Его слава заслужена, иондостоин называться одним из четырех корифеевстолицы. Он не позорилэтот титул. Присутствующие, за исключением небольшого числа высокомерных и тщеславных, внутреннесравнив себя с Сунь И Линем, поняли,чтоони намного ниже его.

―Линь гунцзы, вы…

― Много слов и мало дела!Пишите быстрее!Или вы способны только на это и уже выдохлись [2]? ―раньше он был просто закаленным металлом, но сейчас стал совсем ледяным.

Возможно, его и спровоцировали, но у Чэнь Чжэн Минянеожиданно родилось желание посоревноваться с ним.

Поэтому, когда очередное сочинение родилось на свет, все поразились. Это эссе, по сравнению с предыдущим, оказалось сильнее не на один или два пункта. Более того, это не означало, что его предыдущеесочинение не былохорошим. Неужели этот сопляк раньше скрывал свои способности, чтобы поскромничать?

Столкнувшись с сомнениями толпы, Чэнь Чжэн Минь почувствовал себя немного смущенным. По правде говоря, даже он сам несколько удивился после того, как закончил писать. Он превзошел самого себя!

―Отлично, ― даже Сунь ИЛинь дал такую оценку.―Так держать,―он сложил три сочинения и аккуратно засунул их в рукава. ―Помогите мне встать.

Эти последние слова были адресованы Чэнь Чжэн Миню.

Видя, что Сунь И Линь больше не может нормально стоять, остатки гнева Чэнь Чжэн Миняиз-за этих сочинений более или менее уже рассеялись, поэтому он не отверг его просьбу.

Когда слуга и сопровождающий Сунь ИЛиня услышали, что их гунцзы напился с тоски, они очень встревожились. Но из-за правил они не могли войти и только с тревогой ждалиснаружи. Увидев выходящего человека, они поспешно поднялись ему навстречу.

Оказавшись рядом с каретой, Сунь И Линь схватил Чэнь Чжэн Миня:

―Если вы плохо будете с ней обращаться, не вините меня за то, что я ее украду.

Чэнь Чжэн Минь был совершенно сбит с толку, не понимая, что он имел в виду:

―О чем вы,Линь гунцзы?

―Барышня Ло.Если бы мне не мешали дела, настала бы ваша очередь?

Чэнь Чжэн Минь мгновенно изменился в лице. Он, наконец, понял, почему его отношение к нему такоестранное. Неудивительно, что его поторапливали. Не только он один был высокого мнения о третьейбарышне семьи Ло. Он никогда не думал, что у него есть такой сильный соперник.

―Я не дамЛинь гунцзытакой возможности.

Сунь ИЛинь холодно улыбнулся, позволив своим людям помочь ему сесть в карету. Надо сказать, что если бы он не выпил, то, наверное, не произнес бы таких слов. В конце концов, если бы кто-то столкнулся с таким мелочным мужчиной, он, скорее всего, заподозрил бы невесту внепостоянствеи легкомысленности[3]. Тогда Цзин Ваньопределенно ждали бы неприятности. Но он перебрал с алкоголем, поэтому его рациональность помахала ему ручкой. Если он не даст Чэнь Чжэн Миню знать о своем существовании, то всегда будет испытывать раздражение. Если он не надавитна негонемного, то Чэнь Чжэн Минь даже подумал бы, что держать такуюкрасавицу в своих объятиях ―это в порядке вещей. Не имея препятствий,он не будет знать, как правильно лелеять ее.

Чэнь Чжэн Минь смотрел, как карета медленно отъезжает. Насердце становилось все тяжелее. Какая разница, Линь гунцзы ты или нет?Мгновение назад он все еще благоговел перед ним, а сейчаспожалел, что не может пнуть его куда-нибудь подальше. Бяомэй принадлежала ему. Они уже помолвлены. Он резонно и справедливо ее жених, никтоне должен думать, что может прийти и украсть ее.

Успехна экзамене, в карьереи тому подобное…пока он еще не женился на младшей двоюродной сестре, он, возможно, не сможет посмеяться вконце. Ну и что с того, что последний предварительный этап экзаменапочти наверняка былерундой?После того, как он осознал разрыв между Сунь ИЛинем и самим собой, его целью, по крайней мере, должнастать первая степень. Если он даже не может попасть в список первых, какое право он имеет говорить о других вещах?

Чэнь Чжэн Минь вернулся в Безымяннуюбашнюи попрощался со своими немногочисленными друзьями. Ему нужно вернуться и продолжить учебу, а не тратить время на эти бессмысленные дела.

Все были озадачены, но,вконце концов, посчитали, что его спровоцировал Сунь ИЛинь.

Ситуация только разрешилась, номногие ужеполучили новости. Тут уж ничего не поделаешь. Сунь ИЛинь в последнее время находился в центре всеобщего внимания. Даже малейшее движение могло насторожить их, не говоря уже о такомбеспорядке.

Его противники внутренне вздохнули. Даженапившись, он все равнопедантичен и осторожен. Все это доказывало, что представитьимператору его сочинение раньше него самого невозможно. Однако это не означало, что они не могли сделать какую-нибудь мелочьи напасть на него с критикой его безрассудностии бесстыдногохвастовства. Если они смогут свести благоприятное впечатление его величества о нем к нулю, то лучше и быть не может. В конце концов, за него сражались два принца, и это общеизвестный факт. На сердце его величества не может не быть некоторого недовольства и тяжести.

Однако это дело сильно впечатлило их.Обычно нежный и теплый Сунь ИЛинь неожиданно мог превращаться вбезумца. На самом деле раньше такого о нем нельзя было сказать.

Ли Хун Юань, естественно, узнал об этом деле в первых рядах. По сравнению с другими, которые получили только полное содержание этих трех сочинений, Ли Хун Юань завладел "оригиналами". Правильно, в Безымяннойбашнебыли даже такие специалисты. С одного взгляда они могут скопировать что-то практическисостопроцентной точностью. Причина, по которой копиябыла "практически" оригиналом, заключалась, главным образом, в том, что форма моглабыть точно такой же, но написанному иногда немного не хватало очарования. С этим тоже ничего нельзя было поделать. Каким бы впечатляющим ни был человек, он все равно не сможет легко войти в чье-то психическое состояние, когда пишет. Например, копия сочинения Сунь ИЛиня.Вглазах Ли Хун Юаня уже было неплохото, что в ней имеласьхотя бы капля очарования оригинала.

Даже если Сунь ИЛинь был его любовным соперником, Ли Хун Юань никогда не отрицал егоспособностей.

Он также просмотрел оба сочиненияЧэнь Чжэн Миня. Расхождениебыло довольносильным, но уж что есть, то есть.

Все три сочиненияон отбросил в сторону.

― Поскольку Сунь ИЛинь настолько добросердечен, что хочет порекомендовать Чэнь Чжэн Миня, это сэкономит нам время иусилия. Если даже с этим он не сможет стать обладателем первой степени, тогда не стоит винитьэтого принца за дарованиеему жены гораздо более худшей.

Что касается Сунь ИЛиня, простите его, но такого рода поведениеон принять не мог, только презрительно усмехнулся.

[1] 入木三分―[тушь] пропитала доску на глубину трех фэней (обр.проникать в самую глубь; глубокий, проникновенный)

1 фэнь = 3,3 мм, 3 фэня = 1 см

[2]黔驴技穷―искусство осла из Гуйчжоу иссякло (обр. в знач.:выбиться из сил, выдохнуться, исчерпать все средства).

По притче Лю Цзун-юаня о тигре, никогда не видевшем осла и испугавшемся его рева.

"Когда тигр подошел к ослу, онлягнул его;

― Только всего и уменья!― вскричал тигр и загрыз осла."

[3]水性杨花― текучая вода, цветы ивы (обр. в знач.:легкомысленная, ветренная, непостоянная, ветреница)

http://tl..ru/book/19909/938942