Глава 095.3

Дело закончилосьтак просто? (3)

Увидев огромное количествохороших вещей, Ли Хун Юань даже глазом не моргнул ― случайным образом вознаградилдоставившего все это богатство чиновника, а затем отправил их в свою сокровищницу. Емуне нужно было учить своих людей, как с ними обращаться. Евнух Му прекрасно могсправиться сними сам. В любом случаедостаточно действовать в соответствии с основными принципами.Все вещи, которые могли понравиться будущей ванфэй и были пригодны дляиспользования, аккуратно расставляются в хранилище. Что же касается остального, то каким бы ценным оно ни являлось, все это просто раскидывается по сундукам и задвигаетсякуда подальше.

Ли Хун Юаньобладал крайне дурным характером, но когда приходило время что-то доставлять в его ванфу, все чиновники из Дворцового управленияборолись за эту задачу. Тут уж ничего не поделаешь. Ли Хун Юаньбылщедр:каждый раз, когда он кого-то награждал, сумма составляла не меньше сотни таэлей. Такогоне было ни в одном другом месте.

Новости о поведенииимператора Лэчэна в очередной разсталиизвестнывсей столице, распространившись со скоростью лесного пожара.

Независимо от того, были ли это те, кто давно знал о его снисходительности к Ли Хун Юаню, или те, кто только что въехал в столицу и слышал впервые, все они надолго теряли дар речи. Впоследствии знакомые с ситуациейрассказали незнающим, что в столице, независимо от того, кого вы оскорбляете, не провоцируйте этого живого Янь-вана, Цзинь циньвана, Ли Хун Юаня. Если вы встретите его, вам лучше сразу бежать далеко-далеко.

Тем временем в чьих-то особенно отчаянных головах закрутились определенных мысли. Поскольку Цзинь циньван пользуется такой благосклонностью, возможно, в будущем он мог бы… встань они под его знамена… Ноэта мысль оказалась безжалостно разрушена. В прошлом такуже пытались сделать. Однако конец таких смельчаков былочень печальным. Прежде чем они успели войти в ворота Цзинь ванфу, им сломали обе ноги и вышвырнули вон. А тех, кто не сдался, превратили в трупы и поступили так же, как и с первыми.

Когда человек лишался жизни, о какихславе и богатстве еще можно говорить?

Однако даже император Лэчэн сказал всем, что этоне более чем недоразумение. В конце концов, ничего не произошло, но Сунь ИЛиньгунцзывсе же заливал горе алкоголем, доводя себя до сумасшествия.Почему?

Пьяный Сунь ИЛинь,вернувшийся в городскую герцогскую резиденцию Дин, естественно, встревожил всех. Независимо от того, беспокоились ли они искренне или притворялись, все они стайкойнаправились в его двор. К сожалению, независимо от того, кто его спрашивал, Сунь ИЛинь держал рот на замке. Но из-за непрерывных вопросов он, наконец, разозлился, и просто и ясно сказал имубраться куда подальше. Когда спокойные люди сердятся, то становятся очень страшными!

Когда Сунь ИЦзя прибыла, входные двери оказались полностью перекрыты тихо перешептывающимися людьми.Но из-за такойтолпы, все эти звуки звучалираздражающе, прямо какжужжание мух.

Сунь ИЦзя холодными глазами наблюдала за происходящим, как вдруг на нее сбоку налетела какая-то служанка инамеренно или нетсорвала с ее лица вуаль.

―А-а!.. ―пронзительный крик мгновенно привлек всеобщее внимание. Затемвсе увидели ужасную рану на лице Сунь ИЦзя, иинстинктивно закрыли рты. Раньше никто толкомне видел, насколько серьезны ее травмы, просто они никогда не думали, что все окажется так страшно. Некоторые сочувствовали ей, но еще больше людей радовалось ее несчастью.

―Цзецзе, п-прости, мэймэй просто внезапно испугалась, вот почему…н-нет, на самом деле, это… ― несравненно изящно одетая девушка с испуганным выражением лица стояла там и дрожала. Она насильно притворялась спокойной, заикалась, когда пыталась объясниться, и выглядела при этомочень жалкой. И та служанка, которая столкнулась с Сунь ИЦзя, тоже опустилась на колени и несколько раз поклонилась, прося прощения.

―Ой!Лицо Цзя эр…

Раздался резкий звук удара, и все дружно замолчали, недоверчиво уставившись на Сунь ИЦзя, которая только что кого-то ударила,небрежно надевавшуювуаль.

―Шумно,―Сунь ИЦзя скользнулавзглядом полежавшейна земле служанке.―Пусть эту нетерпеливую особьпятьдесят раз выпорют.

После пятидесяти ударов те, кому посчастливилось, все еще могли дышать, однако большинство просто умирало.

Эта служанка наконец-то поняла, что ей страшно, и искренне начала кланяться и просить прощения. После несколькихударов о землю, ее лоб уже кровоточил. Но Сунь ИЦзя осталась совершенно равнодушна к этиммольбам, и две крепкие служанкишагнули вперед, заткнули ей рот и утащилипрочь.

Девушка, получившая пощечину, закрыла лицои ее глаза наполнились ненавистью, но, вероятно, потому, что она привыкла сносить все молча, она не набросилась на свою обидчицу. Просто ее слезы напоминали разорванное жемчужное ожерелье, падаякрупными каплями, она явно чувствовала себя крайне обиженной:

― Цзецзе, я…я просто…

―Посмеешьсказать еще хоть слово, и я сделаю твое лицо таким же, как и мое,―Сунь ИЦзя многозначительно погладила себя по щеке.

В глазах толпы Сунь ИЦзя с ее разрушенной внешностью походила на бешеную собаку. Кто знает, поступит ли она так, как говорит, на самом деле.

Другие не осмелились подать голос, но родная мать этой девчонкичувствовала себя совершенно невыносимо. Ее дочь получилатакую сильную затрещину, щека уже явно распухла, ачерез три днядень рождения великой старшей принцессы. Если к этому сроку они не смогут уменьшить опухоль, торазвеэто хорошо?

―Цзя эр, есть такая поговорка: "по возможности прощайте людей". Более того, твоямэймэй просто слишком робкаи не…

Сунь ИЦзя окинула ее холодным взглядом:

― Эта барышня наказывает служанку и преподает урок своей младшей незаконнорожденной сестре.Ты просто иньян, какое ты имеешь право вмешиваться? Откуда такаясмелость? Это двор моего пятого брата, зачем ты, иньян, пришла сюда? Это внешний двор, и пятый брат не трехлетнее дитя. Неужелиприличий совсем нет? Что такое? Может, ты презираешь моего отца за старость и поэтому пришлак моему пятому брату, чтобы предложить себя в любовницы?

Слова Сунь ИЦзя были чрезвычайно злобны и, более того, даже перевернули все с ног на голову [1]. Толпазевак мертвецки побледнела и перестала выглядеть так уж замечательно.

―Цзя эр, как ты можешь так говорить, где твое воспитание?

Сунь ИЦзя взглянула на жену одного из младшихбратьевееотцаи сказала:

― Воспитание? Тогда почему бы вам всем не сказать мне, что именно я сказала или сделала не так?

Им нечего было на это ответить. Им сюда,действительно, нельзя или нежелательно приходить. В лучшем случае,достаточно того, что молодого человека навестят братья и сестры. Даже если жены младших братьев отцазахотят прийтис визитом, им все равно нужно выбрать подходящее время. Сейчас все еще "рабочий" день. Возможно,в гости придут хорошие друзья Сунь ИЛиня. Будет нехорошо, столкнись они с ними, не говоря уже о тех иньян, которые обычно не могут даже выйти из вторых ворот без разрешения главной жены.

―Моя мать просто расслабилась на несколько дней, но выосмелились пренебречь правилами и выбежать во внешний двор, а кто-тодаже дерзнул читать нотации этой барышне. Просто на основании вашего нынешнего поведения я могу запереть вас всех в храме предков.

Сунь ИЦзя хотя и говорила об иньян, но как она могла не намекнутьна что-то еще?

― Дитя мое, ты права. В последние дни я была слишком занята и пренебрегала своими обязанностями. В результате, кое-кто начал пытаться прыгнуть выше головы. Пошли все вон. Все оштрафованы на три месяца, и на эти же три месяца вам запрещено покидать свои дворы. И скопируйтетысячу раз "Наставления женщинам",―герцогиня Дин надела свое парадное платье, отправившись за императорским указом, и еще не успела переодеться. Она казалась достойной и величественной, а по холодному выражению лица чувствовалась ее мощь. Она была грознаи внушительна, ей даже не требовалось показыватьгневили злость.

Этот наряд, казалось, резал глаза каждой из присутствующих замужних женщин. Это был символ ее статуса и положения.

―Герцогиня, вы не можете… ― "взбрыкнула" иньян, которая выглядела ненамного старше Сунь ИЦзя.

―Ты, действительно, хочешь переселитьсяв храм предков? Ах, да, конечно же, ты можешь пойти и просить герцога. Посмотрим, придет ли онпоговорить со мной из-за тебя,―вее словах было три части насмешки и три ― презрения.

Мужчины обычно не вмешиваются вдела внутреннего двора, пока их мозги несломаны или у них нет на то какой-то уважительной причины. Столкнувшись с добродетельной, мудрой и великодушной главной женой, скромные иньяндолжны благодарить небеса и воскурять фимиам. Как только главная жена отбрасывала притворнуюсердечность, больше не собираясь играть в игры, аты все еще осмеливаешься пойти против нее, тогда это ничем не отличается от танцевсосмертью.

―Чего это невестки все еще тянут время? Ждете, что я,старшая невестка, предложу каждой из вас уйти персонально?

Первоначально все они думали, что на этот раз она на самом делепотеряет свою власть, и эти молодые и красивые иньянсо взрослыми дочерями смогут подняться на ее место. Ведьее дочь и сынстолкнулись снесчастьем один за другим, а она сама практически каждый день ругалась с герцогом Дин, и, более того, из-за отсутствия ее тотального контроля заднийдвор герцогской резиденции, действительно, сталнесколько расхлябанным. Оказалось, что это не так. Тигрица все еще оставаласьтигрицей. Не думайте, что только потому, что она вздремнула, вы можете самодурствовать. Как только она проснется, тосможет раздавить вас до смерти одной лапой.

Похоже, что с ума сошла не только Сунь ИЦзя, но и хозяйка герцогской резиденцииДин.

В одно мгновение все онирассеялись, как вспугнутая охотником стая птиц или зверей. Даже те юные барышни, которые оказались лишены возможности поехать в резиденцию великой старшей принцессы, не осмелились ничего сказать.

Герцогиня Дин смягчила выражение лица:

―ИЦзя, я позволила тебе страдать.

Сунь ИЦзя скривила рот в улыбке, но, вспомнив, что ее мать все равно ничего не видит из-за вуали, перестала заставлятьсебя улыбаться. В конце концов, между матерью и дочерью все еще существовала отчужденность. Даже если на первый взгляд их отношения казались более близкими, чем раньше, на самом деле это было не так.

―Я в порядке.

После этого они обезамолчали и одновременно направились внутрь, желая развеять повиснувшую в воздухенеловкость.

К этому моменту Сунь ИЛинь уже немного протрезвел. Столкнувшись лицом к лицу с теми, кто был ему ближе всех, с теми, кто знал его дела сердечные, Сунь ИЛинь не выгнал их. Увидевих тревогу, он прямо сказал правду:

― Она обручилась.

[1] буквальный перевод оригинальной фразы: "один бамбуковый шест, опрокидывающий группу людей". Примерно означает перечеркивание всего сделанного одной фразой. В этом случае слова Сунь ИЦзя опровергают их оправдание, что онипришли к Сунь ИЛиню из-за беспокойства.

http://tl..ru/book/19909/938945