Глава 363: И что же мне делать?(3)
— Аббат!
Старейшина Шаолинь смотрел на Настоятеля с застывшим лицом.
— Что такое?
— … не лучше ли нам вернуть Хэ Ёна?
Аббат молча поднес чашку к губам.Запах, исходивший от чая, щекотал нос.
— Вернуть.Да, было бы неплохо.
— Как вы можете быть таким беззаботным?Хэ Ён такой талантливый ребенок, и однажды он возглавит Шаолинь.Но он еще не готов узреть мир, да и к тому же он ушел на гору Хуа…!
— Тогда что мне сказать, чтобы вернуть его?
— … Хм?
Аббат улыбнулся и посмотрел на старца.
— Сказать ему, что там, куда он ушел, Будды нет?
— Что…
Старец замолчал, и Настоятель тихо продолжил.
— Будда повсюду и нигде одновременно.Будду можно найти не только в сутрах.Где бы ни жили люди, там есть и Будда.Не эта ли идея является главенствующей в вере Шаолинь?
От нее нельзя было так просто отмахнуться или отказаться.Старейшина вздохнул.
— Верно.
— Именно Шаолинь дал сие наставление Хэ Ёну.Так можем ли сейчас отрицать собственное учение?
— …но Аббат.
Настоятель покачал головой.
— Какой же ты упертый.
— …
Его тон голоса чуть изменился.
— Хэ Ён — не тот ребенок, которого все время нужно учить.Благословенный самоуверен, не нуждается ни в каких наставлениях.Бодхидхарма создал свою собственную дхарму, такое может случиться и с ним.
— …даже на горе Хуа?
— Верно.Гора Хуа.
Глаза Аббата заблестели.
— Не пренебрегай горой Хуа.Гора Хуа — место, где быстро накапливаются достижения.Независимо от того, как ты на нее сморишь, мы должны признать, что гора Хуа — замечательная секта.
Старейшина вздохнул и кивнул головой.
— Не переживай так сильно.Учения горы Хуа не позволят им коснуться Хэ Ёна.В конце концов, боевые искусства и просветление не приходят без тяжелой работы.
— … Я не смог сразу распознать глубокий смысл, в отличие от Аббата.
— Ха-ха.
Аббат улыбнулся.
«Мне интересно».
Как будет выглядеть Хэ Ён после встречи с Чхон Мёном и после долгого с ним времяпровождения?
Настоятель тоже был немного взволнован.
«Скорее всего сейчас они перешли на более высокий уровень, сравнивая боевые искусства друг друга».
Было ясно, что Чхон Мён был великим воином.
— Амитабха.
Аббат тихо пропел сутру.
«Возвращайся более мудрым».
Мудрым.
__________________________________________________________________
— Ухахахахах!Выпивка!Выпивка!
— Врата Хуаён пользуются огромным успехом!Только сегодня пришли сотни воинов!
— Сколько ж это денег?Боги!
Хэ Ён зажмурился.
«Неправильно».
Прямо на его глазах происходило то, чего он и представить себе не мог.
Ученики горы Хуа и Врат Хуаён, независимо от их старшинства, пили вместе столпившись кучей.
«Что это…»
Происходящее шокировало Хэ Ёна, что рос слушая сутры и нравоучения Шаолинь по самоконтролю.
«Другие секты такие же?»
Не может быть…
Насколько он знал, не только Удан, но и другие места с древними традициями, такие как Южный край и Пять Великих Семей, придерживались своих правил.
Но сейчас он видел, как ученики второго и третьего поколения, а также ученики подсекты, вместе устраивали праздник, такого нельзя было увидеть больше нигде в мире.
— Амитабха.Амитабха.
Его сердце колотилось, а дыхание было трудно контролировать.Хэ Ён изо всех сил старался успокоить свое бешено колотящееся сердце.
— Куак
!Выпей!
— Сахён!Тебе тожеодну чашку!
— Ах, Лидер!Поздравляю!
Но как бы он ни воспевал, его сердце все не успокаивалось.
«Это естественно для людей?»
Хэ Ён проживший всю свою жизнь в Шаолинь, не мог понять.Затем кто-то громко позвал Хэ Ёна.
— Чего стоишь столбом!
— Хм?
— Возьми стакан!
— …
Как только он увидел приближающегося Чхон Мёна со алкоголем в руках, Хэ Ён моргнул.
— Я буддийский монах!
— И?
— Я не могу пить!
— Что?Все, кого я знал, выпивали.
— А?И кто же?
Чхон Мён улыбнулся.
«Кто, спрашиваешь?Твои предки».
Хотя сейчас их отношения испортились, было время, когда Гора Хуа и Шаолинь не ненавидели друг друга.
Конечно, Шаолинь тяготила скорость развития горы Хуа.И все же, у них был враг в лице Удана, и гора Хуа никогда не была враждебно настроена по отношению к Шаолинь, и потому сокрушение Удана было их приоритетом.
Возможно, история сложилась бы иначе, если бы Демоническая Секта объявила о себе в другое время, но этого не произошло.
Тогда…
-Налей и мне одну чашу, ученик.
— Можно ли монаху пить?
-Хах.Странно слышать такое от человека, осушающего свою бутылку.
-Потому что гора Хуа позволяет нам выпивать.
-Есть ли что-то, чего нам нельзя, но при этом позволительно ученикам?Один стакан!
-Вааах!
Даже монахи пили.
Конечно, поскольку правила были строгими, те, кто не был уверен в своих силах, не осмелились бы.Характерной чертой Шаолинь было то, что, если ученики были достаточно опытны и сильны, они могли делать что угодно.
— На вот, возьми стаканчик.
— Нет.Это неправильно.
— Тц.Прекрати стоять в стороне.
— … А?
Чхон Мён посмотрел ему прямо в глаза.
— Ты проделал путь от самого Шаолинь, чтобы отыскать что-то?
— Все так.
— Взгляни.
Чхон Мён указал в сторону.
Все были пьяны, угощая и принимая друг от друга стаканы.
— Вот та жизнь, где ты хотел что-то найти.
— …
— Но ничего не изменится, если ты останешься простым наблюдателем, жизнь пронесется мимо тебя.Нужно погрузиться в нее с головой.Ты пришел сюда, потому что хотел узнать способ, которого не было в учениях Шаолинь, верно?Но почему же тогда ты стоишь в стороне?
Чхон Мён плеснул алкоголя в стакан и протянул его Хэ Ёну.
— Выпей.
— Я…
— Я не знаю, чему учит тебя дхарма, но то, что ты хочешь узнать, здесь.
Хэ Ён посмотрел на чашку, которую держал Чхон Мён.
А затем кивнул, и принял стакан обеими руками.
«Я…»
Правила важны.Но существовали и куда более важные вещи, чем простое соблюдение правил.
Если он не потеряет себя в алкоголе, то можно считать, что он вместе со всеми выпил по чашечке чая?
Хэ Ён довольно медленно поднес напиток к губам и закрыл глаза, выпивая его.
Глоть, глоть
.
— …кхм
?
Хэ Ён открыл глаза.И поднял взгляд.
— Ну как?Обжигает?
— … нет… мм приятно.
— А?
Хэ Ён наклонил голову и продолжил.
— Как мёд.
— …
Чхон Мён недоуменно взглянул на него, повернул бутылку, что держал в руке и проверил ее.
«Белое вино».
Среди алкогольных напитков этот был известен как самый крепкий.
(*Наверное, имеется ввиду, байцзю — крепкий алкоголь, близкий к водке, крепостью от 40 до 60%. Сорт Фэньцзю – сладкое ароматизированное вино, производится в провинции Шэньси).
И впервые выпивая, он сказал, что оно было сладким?Чего?
— Не слишком крепкое?
— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.
— … выпей еще стаканчик.
Чхон Мён снова наполнил стакан, и вручил Хэ Ёну, он тут же опустошил его.
— Куак!
— Ну, что думаешь?
— Потрясающе.Сначала сладко на языке, прохладно в горле, а потом в животе горячо.Тебе не хочется испить всю бутылочку?
— …
Глаза Хэ Ёна были прикованы к бутылке, которую держал Чхон Мён.
— Такого нет в моих учениях.Кажется, я понял, что это значит.Если бы я не попробовал этот напиток, я бы и не знал, что в мире есть такое, верно?То, что ты видишь и слышишь, никогда не воздает должное, а то, чего ты добиваешься сам, доставляет тебе радость!
— … ты считаешь возвышенным, что ты хорошо умеешь пить?
Чхон Мён усмехнулся.
Не было ли это ужасно для Шаолинь?Сейчас самым дисциплинированным учеником Шаолинь являлся именно Хэ Ён.
— Не говори чепухи и выпей.Благодаря тебе все стало легче.
— Спасибо.Пожалуй, я приму еще одну чашку.
— Хе-хе-хе.Монах умеет пить?Просто замечательно.
Когда Чхон Мён и Хэ Ён начали подливать друг другу в чаши алкоголь, ученики горы Хуа, присоединились и окружили их.
Первым, кто выступил вперед, был Чо Голь.
— Эй монах!Монах!Ты помнишь меня?
Посмотрев на Чо Голя, выражение лица Хэ Ёна стало извиняющимся.
— Конечно, ученик Чо Голь.
— Ха-ха!Отлично!Тогда выпей!
Когда Хэ Ён выпил напиток, что предложил Чо Голь, перед ним появился еще один.
— Ах!
— Возьми.
— Ученица Ю Исоль!
Глаза Хэ Ён загорелись, когда Ю Исоль вышла вперед.
На него произвел глубокое впечатлении ее меч.Меч, полоснувший его, все еще был ярок в его памяти.
— Я тоже налью тебе.
Хэ Ён взял бутылку и налил в стакан.Ю Исоль взглянула на него, и молча выпила.
И вскоре пустой, чистый стакан поставили на стол.
— В следующий раз я выиграю.
— Я всегда и с нетерпением буду ждать.
Кроме того, многие люди подходили к Хэ Ёну и без колебаний предлагали ему выпить.Для них Хэ Ён был странным человеком, которого они хотели узнать получше.
Лицо Хэ Ёна начало гореть.
Его лицо, обычно красное от застенчивости, теперь окрасилось румянцемопьянения.
— Куак!Наш монах пьян!
— Выпей еще!Напьемся!
— Да.Давно я не видел, чтобы кто-то пил так хорошо, кроме Чхон Мёна.
— А теперь выпей еще!
— Алкоголь течет рекой!Выпивка!Вино!
— Не избавляйся от алкоголя своей ци!Если ты вытеснишь весь алкоголь, на который нам пришлось потратиться, то будешь наказан!
Ученики горы Хуа захихикали и дали Хэ Ёну выпить.А Хэ Ён ни о чем не подозревал и просто наслаждался компанией и выпивкой.
Наблюдая за ними позади, Пэк Чхон взглянул на Чхон Мёна, что отошел от них на расстояние.
— Разве мы не должны остановить его?
— Зачем?
— …потому что могут быть серьезные последствия?
Губы Чхон Мёна растянулись в злой улыбке.
— Оставь их.Обычно, когда выпивают, то узнают друг друга получше.Нужно увидеть истинный цвет другого, чтобы построить дружбу.
— …
Пэк Чхон покачал головой.
И ситуация, которой он опасался, произошла еще до того, как закончился пир.
— Хе-хе-хе!Я чувствую себя просто замечательно!
— …
Хэ Ён был настолько пьян, что его лицо было полностью красным, и он шатался из стороны в сторону.
— Боги!У нашего монаха отличный настрой!
— Еще один!Выпей еще!
А ученики горы Хуа, что тоже были пьяны, продолжали угощать Хэ Ёна напитками и радостно окружали парня.
При этом Пэк Чхон прикусил губу.
«Что бы люди подумали, увидев, что Шаолинь и гора Хуа веселились вместе?»
Конечно, две горные секты выстраивают крепкую дружбу!
Не хватало только костра, на котором жарили бы свинью, тогда весь здравый смысл осыпался бы прахом.
— Чхон Мён, возможно, нам придется прервать… Чхон Мён?
Пэк Чхон обернулся и обнаружил, что Чхон Мён уже сбежал.
— …
Чхон Мён заливал алкоголь в рот Вэй Лишаню.
Рядом с ним хихикал Хён Ён.
— …
Чхон Мён придерживая бутылку, посмеивался, а бедный Вэй Лишань откинулся назад, опустошив ее.
Пэк Чхон безмятежно улыбнулся.
«Я больше ничего не знаю».
Делайте все, что хотите.
— И мне тоже дайте выпить.
Даже Пэк Чхон решил отпустить себя и бросился к остальным.
Пир и попойка устроенные для того, чтобы поприветствовать Хэ Ёна перестала быть подконтрольной и приняла неожиданный вид, но приятная ночь продолжалась.
Если бы Аббат увидел творившееся безобразие, у него пошла бы пена изо рта, но, к счастью или, может быть, к несчастью, он не мог знать всего этого, находясь на далекой горе Сун.
Как бы горько не было, все так…
http://tl..ru/book/96839/2807250