Глава 177. Спокойный Альбус Дамблдор

— Тридцать девять крыльев пикси, пинта драконьей крови, три унции драконьей печени, две банки глаз угря, пять рогов двурога, бутылочка глаз жука, бутылочка сока усиков крысы… — медленно перечислял Снейп, глядя в свой список. — Ах да, и бочка жаб.

— Просто напоминаю, что эту бочку жаб я собирал по одной, — язвительно заметил Антони.

Снейп кивнул.

— Совершенно верно, а потом я потратил в три раза больше времени, чтобы отмыть эту бочку, потому что рогатые жабы, пропитанные соком усиков крысы, приобретают сильные ядовитые и коррозийные свойства, теряя при этом все остальные полезные качества.

— Ах, ну да, — сказал Антони, усмехнувшись и посмотрев на Альбуса Дамблдора. Тот улыбнулся ему в ответ.

Несколькими минутами ранее Снейп широким шагом вошел в кабинет Директора, а за ним, нерешительно переминаясь, последовал Антони. Дамблдор, писавший письмо, поднял голову на звук открывшейся двери. Он только начал улыбаться вошедшим, как Снейп швырнул на стол пергамент.

— Вот, Директор, — коротко бросил Снейп. — Это список ущерба, причинённого Профессором Антони.

Снейп проигнорировал предложенный Альбусом Дамблдором стул и, продолжая стоять, принялся зачитывать девятнадцатидюймовый пергамент. Между названиями он вставлял комментарии о стоимости ингредиентов, время от времени пускаясь в пространные рассуждения о том, насколько редким и бесценным был тот или иной ингредиент.

Антони сидел на стуле, вертя в руках предложенный Дамблдором лимонный щербет. Время от времени он качал головой, но по большей части просто слушал лекцию Снейпа о Зельеварении.

Серебряные инструменты на столе Директора тихонько жужжали. Фоукс сидел на шкафу, держа в лапах Распределяющую Шляпу, и, склонив голову набок, разглядывал её. Перья на ней казались Антони ещё более красными, чем в прошлый раз. Антони посмотрел на него, и Фоукс, недовольно повернувшись, принялся клевать макушку Распределяющей Шляпы.

— Прошу прощения, но позвольте мне прервать тебя, — сказал Альбус Дамблдор. — Что же произошло… Нет, твою версию я уже услышал, Северус. Теперь я хотел бы узнать мнение Генри.

— Конечно, — с мрачным видом и преувеличенной вежливостью ответил Снейп. — Ведь моих слов недостаточно, чтобы заслужить ваше доверие, — он даже слегка поклонился, изображая издевательское почтение.

— Северус, — произнёс Альбус Дамблдор тоном, в котором одновременно слышались и вздох, и предупреждение.

— Ну… Полагаю, что бы вам ни рассказал Профессор Снейп, по крайней мере, часть этого — правда, — признался Антони. — Да, в итоге я разбил его песочные часы и уничтожил эти ингредиенты.

— Слышали, Директор? — с торжеством воскликнул Снейп.

— Я удивлён, Генри, — мягко проговорил Альбус Дамблдор. — Но что насчёт остального? Например, были ли вы вспыльчивы, высокомерны, вмешивались в исследования Северуса и с лёгкостью пустили на ветер его зелья…

Антони покачал головой.

— … а потом умышленно уничтожили ингредиенты и отказались извиняться?

— Ах, что касается этого… — начал Антони. — Это правда, сэр, — откровенно признался он.

Дамблдор с интересом посмотрел на него, сложив кончики пальцев вместе. Снейп подвинул стул и сел.

— И что вы можете сказать в своё оправдание? — спросил Дамблдор, пристально глядя на Антони.

— Хм… Как вы, наверное, знаете, Профессор Снейп не отличается дружелюбием, — ответил Антони, намеренно не глядя на Снейпа. — Он кое-что сказал, и я разозлился, — он подчеркнул последнее слово: — Сильно разозлился.

Дамблдор посмотрел на Снейпа, но ничего не сказал.

— До тех пор, пока он не извинится за свои слова, я не извинюсь за свои действия, — продолжил Антони. — Я согласен, что причинил огромный ущерб, но, учитывая, что я на этот раз сумел сдержаться… — Снейп фыркнул. — Почти сумел сдержаться. Я считаю, что это уже прогресс.

— Что вы сказали, Северус? — спросил Дамблдор, и его лицо стало серьёзным.

Снейп на мгновение замолчал. Альбус Дамблдор смотрел на него поверх очков-половинок, и Снейп сухо ответил:

— Я спросил его, почему он не пытался воскресить своего деда.

— Это правда, Генри? — низким голосом спросил Альбус Дамблдор.

— Частично, — ответил Антони, глубоко вздохнув. — Позвольте, я объясню. Мы говорили о моём дедушке, и… И Снейп заявил, что моя скорбь — не более чем показуха, ведь я даже не думал об этом. Я попросил его прекратить, потому что я… Уже начинал выходить из себя… Но он не воспринял это как предупреждение…

— Достаточно, Генри, — прервал его Директор — Всё было именно так, Северус?

Снейп, по-видимому, кивнул, потому что на лице Дамблдора появилось неодобрительное выражение.

— Северус, думаю, вам следует извиниться.

— Правда? За то, что я задал вопрос? — холодно отозвался Снейп. — Боже мой, в Хогвартсприбыл некромант, компанию которому составляют кошка, крыса и петух. И ни одного человека. Странно, что никто не задаётся вопросом, почему так произошло. Я ведь не спрашивал: «Скажи-ка, ты не сам убил своего дедушку?» или «Ты не хранишь скелеты всей своей семьи в шкафу?»…

— Ты задал вопрос? — странным тоном переспросил Антони. Снейп тут же замолчал. — Если ты называешь это вопросом, Снейп, то мне искренне жаль всех, кого ты когда-либо «расспрашивал». Как ты там выразился? — Антони услышал собственный голос, чётко произносящий: — «Не более чем показуха», «Дорогой дедушка, прости, твои кости уже обглодали дикие собаки»…

Он замолчал, снова глубоко вздохнув. На него вдруг накатила усталость. Возможно, ему не стоило сегодня приходить в Хогвартс.Возможно, ему вообще не стоило сюда приходить.

Он чувствовал на себе взгляд Дамблдора. Антони не стал встречаться с ним взглядом, начав вместо этого разглядывать струйки белого дыма, вырывавшиеся из серебряных инструментов. Окна в кабинете Директора были плотно закрыты, и дым, кружась, медленно плыл по комнате. Антони с удивлением отметил, что слышит собственное дыхание — на мгновение оно заглушило даже дыхание Дамблдора и Снейпа.

— Северус, — серьёзно произнёс Альбус Дамблдор. — Я… Разочарован. — Снейп сидел неподвижно, и вдруг побледнел. Альбус повернулся к Антони. — Прошу прощения, Генри, мне очень жаль.

— Это не ваша вина, сэр, — покачал головой Антони.

— Я хотел бы поговорить с Северусом наедине, ты не возражаешь? — спросил Альбус Дамблдор, положив горсть разноцветных леденцов Антони на колени.

Антони тихо поблагодарил его, смел леденцы в карман, отодвинул стул и встал.

— Если ты хочешь вернуться домой, Генри, я прекрасно тебя пойму, — сказал Дамблдор ему вслед. — Но если ты всё ещё не против выпить со мной чаю…

— Я не против, — заверил Антони Дамблдора. — Я пойду покормлю гигантского кальмара.

— Буду очень признателен.

Антони сидел на берегу Чёрного озера, глядя на воду, и вдруг почувствовал себя глупо. Он забыл взять хлеб. Но ему не хотелось вставать. Каникулы ещё не закончились, в Хогвартсеоставалось всего несколько профессоров, и, по опыту Антони, в это время суток они все должны были быть в замке. Вряд ли кто-нибудь собирался спускаться к озеру.

Его кошка-скелет наверняка снова пыталась открыть бутылку зубами, и, если это была уже вторая бутылка, призрачный петух прилетел бы и начал бы клевать её по черепу. Они бы дрались, пока не столкнули бы яблоко призрачной крысы.

Волны тихо плескались о камни на берегу. Антони бросил в воду камешек, вспомнив, как в школе учительница рассказывала о гравитации. Она говорила, что приливы и отливы вызваны не тем, что киты переворачиваются, а Луной, Солнцем, гравитацией. Он бросил ещё один камень, наблюдая, как тот, описав параболу, падает в воду. Гигантский кальмар, по-видимому, заинтересовался странными звуками: он лениво всплыл и выпустил на поверхность одно щупальце.

— Я уж боялся, что не найду тебя, Генри.

Антони сунул самый гладкий из ближайших камней в щупальце кальмара — влажное и холодное — и поспешно встал.

— Профессор Дамблдор…

— Я должен извиниться перед тобой, Генри, — остановил его пожилой волшебник. — Я намеренно позволил Северусу участвовать в исследовании, но не ожидал подобных последствий.

Антони невнятно хмыкнул, гадая, что именно Альбус Дамблдор подразумевает под «подобными последствиями». Даже если Альбус Дамблдор чувствовал себя виноватым, Антони сомневался, что тысяча семьсот галлонов — это такая уж большая проблема. Если только Дамблдор не собирался сообщить, что Хогвартсна грани банкротства, и тогда Антони посоветовал бы ему урезать финансирование исследований Снейпа и предложил бы свою собственную отставку.

— Он больше не будет вмешиваться в твои исследования без твоего согласия, — серьёзно сказал Дамблдор. — И если ты готов снова довериться мне, Генри, я с радостью обсужу с тобой весь процесс, от деталей ритуала до используемых проклятий. Тебе не нужно больше ходить к нему в кабинет, мы можем найти более удобное для тебя место, ведь я довольно неплохо владею Трансгрессией…

Чем дольше говорил Альбус Дамблдор, тем больше Антони недоумевал. Он ожидал, что Дамблдор заставит Снейпа извиниться, а сам Антони согласится компенсировать половину ущерба. Учитывая, что они не швырялись друг в друга склянками, а все ингредиенты были уничтожены исключительно по его вине, Антони даже немного беспокоился, не будет ли деление ущерба пополам несправедливым по отношению к Снейпу.

Но сейчас Дамблдор вёл себя так, будто это Снейп кричал на него и пытался задушить шкурой бумсланга.

— Однако, боюсь, нам всё же придётся воспользоваться помощью Северуса, чтобы сымитировать кровь единорога. Я не мастер зелий, Генри, как, полагаю, и ты.

«Вот оно что, — подумал Антони. — Снейп всё-таки меня придушил».

— Я… Не понимаю, — произнёс Антони, пытаясь представить, как Снейп может задушить того, кто не дышит.

Альбус Дамблдор улыбнулся, словно прочитав его мысли. Он неспешно направился к замку, и Антони последовал за ним.

— Итак, на кухне или где-то ещё? — спросил Дамблдор.

— Простите, что?

— На кухне или где-то ещё? — терпеливо повторил Директор. — Время чаепития, Генри.

— Вы не против пойти ко мне в кабинет? — предложил Антони, припоминая. — У меня, кажется, оставалось ещё четыре коробки кокосового мороженого.

— Прекрасно, — улыбнулся Дамблдор.

Антони пододвинул к Директору чашку. Только сейчас до него дошло, насколько было странно видеть Альбуса Дамблдора у себя в кабинете, да ещё и сидящим на месте гостя. От этого становилось только более неловко.

— Вы хотите оплатить все испорченные ингредиенты? Но…

— Это я посадил вас с Северусом в одном кабинете, — улыбнулся Дамблдор. — Конечно, это моя ответственность. Мне следовало это предвидеть.

— Простите, сэр, но я не понимаю, почему всё так обернулось, — признался Антони, делая глоток чая.

Это был травяной чай от Профессора Стебль, который хранился у него уже довольно давно. Он был не таким вкусным, как тот, что они заваривали в учительской во время учебного года. Казалось, Снейп был единственным, кто не мог оценить прелесть травяного чая, поэтому он хмуро косился на свой чёрный чай без сахара, слушая, как остальные расхваливают Профессора Стебль.

— Потому что я знаю Северуса, — спокойно ответил Дамблдор, как будто это всё объясняло.

Антони снова вспомнил вопрос Снейпа. Если отбросить язвительные намёки, то, возможно, в словах Снейпа и был какой-то смысл.

— Я думал об этом, — неожиданно произнёс Антони. — До того, как… Стать некромантом, я думал, как было бы здорово, если бы их можно было воскресить. Они были хорошими людьми, они заслуживали прожить дольше. Как и все магглы, я думал: «Вот бы повернуть время вспять и вернуться в детство», «Вот бы найти волшебную лампу и загадать три желания», «Вот бы получить магические силы и снова поговорить с умершими близкими»…

Чашка Альбуса Дамблдора со стуком опустилась на блюдце. Он удивлённо посмотрел на неё и поставил на стол.

— Вы знакомы с доской для спиритических сеансов? — спросил Антони. — Я пробовал… Однажды зашёл в магазин и сказал продавцу, что хочу купить такую, чтобы поиграть. По правилам, нельзя пользоваться ею в одиночку, но я подумал: «Какая разница? Кого ещё, кроме меня, захотят увидеть дедушка с бабушкой?»

— И?

— Планшетка не двигалась, — ответил Антони. — Может, на том свете была вечеринка, и им было некогда, или ещё что-то. Может, они меня не услышали. Может, я просто купил тарелку со странным узором, которая выдавала себя за средство связи с духами.

Дамблдор молчал.

— Потом я передвинул планшетку на «до свидания»… Было такое чувство, будто я только что повесил трубку после неудачного звонка, — Антони пожал плечами. — Потом я пробовал ещё несколько раз, но всё было так же. Может быть, у меня слишком твёрдая рука. Я сказал себе, что однажды я и сам окажусь по ту сторону, и тогда узнаю, что к чему.

— Но ты вернулся, — тихо произнёс Альбус Дамблдор.

— Да, потому что Смерть любит меня, или потому что ненавидит, — Антони устало вздохнул. — Я был так близок… — он щёлкнул пальцами, показывая крошечное расстояние. — Совсем чуть-чуть, и я бы действительно умер. Но в тот день Смерть решила сыграть в гольф, и она… Она отбросила меня одним ударом.

— Гольф… — задумчиво повторил Альбус Дамблдор.

— Нет, это метафора. Забудьте. Я не знаю точно, что произошло, но я вернулся. Не призраком, не упырем, — Антони вздохнул. — Возвращаясь к вопросу: я думал об этом, когда ещё не знал, что такое Смерть. Я был эгоистичен: мне казалось, что с ними рядом я буду чувствовать себя спокойнее. Это я нуждался в них, а не они во мне.

Он ненадолго замолчал. Пожилой волшебник терпеливо ждал.

— Но теперь я так не думаю, — заключил Антони, поднимая чашку. Чай остыл. Он заметил приподнятые брови Дамблдора и усмехнулся: — Я не буду рассказывать вам о том, на что похожа Смерть, сэр. Помните? Не задувайте свечи до того, как загадаете желание.

http://tl..ru/book/114294/4495603