Глава 226. Римус Люпин

Короста отчаянно извивалась, пытаясь вырваться. Антони, сидя на земле, резко выхватил свою волшебную палочку и, угрожая, направил её на Риса:

— Отойдите, мистер Ламберт.

Рис замер, глядя на палочку Антони.

— У меня нет по отношению к вам дурных намерений, сэр, — сказал Рис, всё ещё крепко сжимая карман Антони.

Короста завизжала ещё жалобнее.

— Отпустите её! — потребовал Антони, глядя Рису прямо в глаза.

Рис глубоко вздохнул:

— Видите, я даже не использовал Экспеллиармус, — мужчина поднял палочку ещё выше. — Я могу объяснить… Это не просто крыса, сэр, это анимаг…

Короста наконец повернула голову и яростно укусила Риса за руку. Из раны тут же потекла кровь. Рис тихонько втянул воздух сквозь зубы, и на его лице впервые отразилась боль.

— А я ведь думал… — прошептал Рис, его пальцы сжались ещё сильнее. — У меня было так много вопросов, Питер. Почему ты не пришёл ко мне? Почему ты всё ещё жив? Но, похоже, мне больше не нужно спрашивать… Вы ведь поменялись, да? — его голос был ровным, но в глазах горел пугающий огонь.

— Боюсь, вы ошиблись, мистер Ламберт, это не анимаг, — произнёс Антони, медленно прижимая палочку к груди Риса. — Прошу вас, отпустите её, иначе её хозяин будет очень расстроен.

В этот момент Короста сделала отчаянный рывок. С громким треском рвущейся ткани толстая крыса вырвалась из крепких рук Риса, шлёпнулась на землю и, ловко перепрыгивая через пустые банки, бросилась наутёк вдоль стены.

— Петрификус Тоталус! — выкрикнул Рис, взмахнув палочкой. — Петрификус Тоталус! Остолбеней! Редукто!

Несколько заклинаний пронеслись в опасной близости от Коросты, врезались в землю и стены, поднимая облака пыли. Короста припустила ещё быстрее, ловко уворачиваясь от падающих обломков кирпичей, огибая порванный жёлтый резиновый шланг, и бросилась к оживлённой улице…

Где её путь преградило несколько разлагающихся крысиных тел. Трупики тех, кто умер от крысиного яда, сохранили целостность, а те, кого загрызли какие-то животные, валялись с распоротыми брюхами или вовсе без задней части. Короста, пища, отчаянно прыгнула, перемахнув через крысиную голову. Её задние лапы зацепились за один из трупов, но она, не колеблясь, продолжала бежать, царапая шерсть о грубую стену.

С щелчком обезглавленный крысиный труп окончательно лишился головы, которая покатилась по земле, а туловище, дёрнувшись, беспомощно закружилось на месте. Голова всё ещё болталась на лапе Коросты, зубы крепко впились в мягкую плоть, мотаясь из стороны в сторону во время бега.

Как порыв ветра, вокруг закружились мелкие косточки, с треском собираясь в новые и новые крысиные скелеты. Они устремились к Коросте, и в следующий момент, под отчаянный визг, крыса с неподъёмной ношей оказалась в руках Антони.

— Нельзя же так поступать, — пробормотал Антони, поднимаясь на ноги, и слегка виновато стряхнул с лапы Коросты крысиную голову. — Мистер Уизли вас заждался.

В это время Рис был прижат к земле несколькими окровавленными лисьими тушами — разорванные на части заклинанием, опутанные невесть откуда взявшимися верёвками, они уже почти оторвались от земли, — но, увидев Коросту в руках Антони, Рис замер. Его шея была в опасной близости от угрожающе оскаленных лисьих пастей, но он, похоже, не обращал на это никакого внимания.

— Отдайте её мне! — прокричал он, и в его голосе против воли прозвучала мольба. — Прошу вас, сэр, выслушайте меня. Мне нужно… Я должен…

Его слова прервал пронзительный визг.

И Антони, и Рис обернулись на звук.

Девушка в наряде современной бунтарки стояла за спиной Риса, прикрыв рот рукой, покрытой татуировками. Её глаза были широко раскрыты от ужаса. Взгляд метался от снующих по земле крысиных трупов, разорванных, но всё ещё шевелящихся лисьих туш, разбросанных у ног Антони костей, задержался на Рисе в выцветшей мантии, на зажатой в его руке волшебной палочке.

А потом её глаза встретились с глазами Антони. В них читался дикий ужас. Девушка попятилась.

— Я ничего не видела… — пролепетала она. — Я ничего не видела! — и, резко развернувшись, бросилась бежать, крича: — Помогите! Кто-нибудь! В том переулке…

В следующее мгновение Рис направил палочку на убегающую девушку. Сердце Антони ухнуло куда-то вниз.

— Нет! — рявкнул он, свирепо глядя на Риса. Лисы бросились на него, Антони тоже рванул вперёд, на Риса.

Заклинание «Страшная жуть» заставило Риса на мгновение замереть. Короста в руках Антони закатила глаза и обмякла.

Антони сбил руку Риса с волшебной палочкой, от удара тот пошатнулся, и только в этот момент Антони расслышал выкрикнутое заклинание:

— Остолбе…

…Голова Риса встретилась с пивной бутылкой, валявшейся у стены.

Он ещё какое-то время смотрел на Коросту, которую Антони всё ещё сжимал в руке, его губы шевелились, но в итоге он, не издав ни звука, отключился.

Антони какое-то время смотрел на него сверху вниз, потом поднялся на ноги.

Он стоял посреди захламлённого переулка, усеянного костями, рядом лежал без сознания Рис, покрытый пылью и синяками. В руке Генри держал Коросту, на которой явно прибавилось царапин, а где-то неподалёку, должно быть, вопила от ужаса девушка-подросток. Флакончик с крысиным укрепляющим зельем в его кармане разбился, и по одежде стекали липкие капли.

— М-да, — только и смог выдавить Антони.

— Боже мой! — ахнула Профессор Макгонагалл, оглядывая лежащего на кровати Антони мужчину. — Что здесь произошло?

Кошка, сидевшая на подоконнике, глянула на неё, грациозно потянулась на пушистой подушке и выпрыгнула в окно.

До прихода Профессора Макгонагалл она и так была вне себя от того, что Антони вернулся без обещанного вина, а внезапное появление Антони в спальне с живой ношей на руках, да ещё и с помощью Коко, никак не могло улучшить ситуацию.

— Боюсь, я немного влип, Минерва, — виновато сказал Антони, плотно прикрывая за собой дверь. — Мы с этим джентльменом подрались, и нас видели магглы.

— Генри!

— Знаю, прости, — вздохнул Антони. — Но, если позволишь мне оправдаться, вина лежит на нём. Я просто нёс питомца Уизли в «Волшебный зверинец» — ты ведь знаешь, она поранилась, — а он набросился на меня с криками, что это никакая не крыса, а анимаг!

— Не может быть, — отрезала Профессор Макгонагалл. — Уизли держат эту крысу уже много лет, ни один разумный человек не согласился бы быть чьим-то питомцем так долго. Да и вообще, стать анимагом — это очень сложная трансфигурация. Все, кто хочет ею овладеть, должны зарегистрироваться в Министерстве Магии, чтобы получить надлежащий уход. Не припомню, чтобы у кого-то анимагической формой была крыса.

Антони кивнул:

— Я тоже сказал мистеру Ламберту, что он, должно быть, ошибся, но он и слушать не хотел!

— Ламберт?

— Рис Ламберт. Я не уверен, что это его настоящее имя, — сказал Антони. — Он работал в «Волшебном зверинце», точнее, работал раньше, его только что уволили. Но я знаю, что до этого он использовал другое имя, когда работал в магазине сов… Господи, это такая долгая история.

Профессор Макгонагалл подошла ближе и, поджав губы, принялась разглядывать лежащего на кровати мужчину. Она внимательно осмотрела его, потом, выхватив палочку, легонько постучала ею по его голове.

На глазах у Антони тёмные волосы мужчины поседели и стали короче.

Профессор Макгонагалл пробормотала ещё одно заклинание, схватила мужчину за воротник и как следует протёрла ему лицо рукавом. Бледная кожа, словно смытая водой, исчезла, обнажив бледное морщинистое лицо. И Антони, и Профессор Макгонагалл ясно увидели шрамы.

— Не может быть… — прошептала Профессор Макгонагалл. — Римус!

Она растерянно переводила взгляд с измождённого лица лежащего на кровати мужчины на Антони и обратно, потом снова посмотрела на его жалкую фигурку, на потрёпанную одежду.

— Римус Люпин, — пояснила она Антони. — Выглядит он неважно… Что у него с головой?

— Э-э, ударился о пивную бутылку, — пробормотал Антони, чувствуя себя ужасно неловко.

Профессор Макгонагалл бросила на него взгляд. Антони смущённо пожал плечами.

— Так не пойдёт, — пробормотала Профессор Макгонагалл себе под нос. Антони прямо видел, как в её воображении он размахивает бутылкой — совсем как тролль дубиной — и бьёт несчастного Люпина по голове.

Он решил, что нужно срочно внести ясность:

— Он ударился о бутылку, которая стояла у стены… Ну, это… После того, как на него набросились три лисьих трупа. А ещё до этого он столкнулся с моей «Страшной жутью»…

— С твоим чем? — переспросила Профессор Макгонагалл.

— С заклинанием «Страшной жути», — тихо сказал Антони. — Минерва, я же некромант.

— Спасибо, что напомнил, я уже начала забывать, — строго сказала Профессор Макгонагалл. — И как же ты умудрился с ним подраться, Генри? Просто уму непостижимо…

— Как я уже говорил, он хотел отобрать крысу мистера Уизли, а я не позволил, — напомнил Антони. — Он вёл себя очень странно… Хотя, как он сам сказал, зла он мне не желал. Но он с таким маниакальным упорством требовал отдать ему Коросту, что, когда нас увидела та маггла, я инстинктивно решил, что он может ей навредить.

Профессор Макгонагалл бросила на него взгляд. Её лицо оставалось непроницаемым, она явно о чём-то напряжённо размышляла.

— Из всех моих знакомых Римус меньше всего был склонен к безумию, — наконец произнесла она. — Но я не видела его уже много лет… Предательство Блэка и смерть Джеймса и Питера, должно быть, сильно ударили по нему…

— Жаль, что вы не видели этого своими глазами… — начал было Антони и резко осёкся.

— Что такое?

— Погоди-ка, смерть Джеймса и Питера? — переспросил Антони. — Но ведь мистер Ламбе… То есть мистер Люпин упорно называл Коросту Питером и спрашивал, почему он жив.

Профессор Макгонагалл изумлённо подняла брови:

— Что?!

— Да-да, он всё время называл её" Питер", как будто это кролик в голубой жилетке, — подтвердил Антони. — Кто такой Питер?

Лежащий на кровати мужчина издал тихий стон. В следующее мгновение его глаза распахнулись, он настороженно посмотрел на потолок, а рука потянулась к волшебной палочке, лежащей у него на груди. Потом он приподнялся на локте, повернул голову и увидел Антони и Минерву. Люпин на мгновение прикрыл глаза, убрал руку от палочки и, опираясь на изголовье, сел.

— О боже, — пробормотал он. — Добрый день, Минерва.

Профессор Макгонагалл молчала, поджав губы.

— Только не говорите мне, что уже не день, — с лёгкой улыбкой сказал Люпин и перевёл взгляд на Антони. — Сэр, прошу меня извинить… Полагаю, вы уже в курсе, но я — Римус Люпин, — добавил он. — Это моё настоящее имя.

— Генри Антони, — представился Антони. — Рад с вами познакомиться, — увидев, что Люпин трогает внушительную шишку на затылке, он поспешно добавил: — И ещё раз простите за это. Я немного перестарался.

— Взаимно, — улыбнулся Люпин, не обращая внимания на его слова. — Не могли бы вы сказать, где сейчас та крыса? Я помню, вы её поймали.

— Прямо за дверью, — ответил Антони. — В кабинете.

— Римус… Это правда был Питер? — наконец спросила Профессор Макгонагалл, но уже направлялась к двери кабинета Антони и теперь резко распахнула её. — Где она, Генри?

Её взгляд быстро скользил по кабинету.

— На столе, — ответил Антони, следуя за ней. — Я решил, что за ней нужен глаз да глаз, раз уж на неё тут же объявился охотник. Не волнуйся, она от меня никуда не денется.

— Генри, анимаги сохраняют разум… — начала было Профессор Макгонагалл и замолчала. — О.

Перед ними стояло изящное беговое колесо для хомячков, в котором Короста с трудом помещалась. Она отчаянно грызла металлические прутья, но на них не оставалось ни малейшего следа. Призрачная крыса, восседавшая на стопке книг, бдительно наблюдала за ней.

Увидев Профессора Макгонагалл и Римуса Люпина, Короста, кажется, ещё больше испугалась. Она взвизгнула, с удвоенной силой вцепилась зубьями в прутья, отчаянно пытаясь когтями открыть запертую заклинанием дверцу, но колесо даже не шелохнулось.

Призрачная крыса спрыгнула со стопки книг и, словно желая показать Коросте, как нужно правильно пользоваться колесом, встала на задние лапки, ухватилась за перекладину и изо всех сил толкнула её.

Колесо медленно завращалось, и Короста беспомощно закувыркалась внутри.

— У меня очень прочное беговое колесо, — невозмутимо заметил Антони. — Да и вообще, вся мебель очень крепкая, потому что у меня живёт довольно буйная кошка.

http://tl..ru/book/114294/4523842