Глава 238. Сыворотка правды и приговор.

− Нет, он сумасшедший, этот Блэк, − прошепталПеттигрю, − Кто знает, что ты мне там подсунул? Вдруг это яд…

− Это ниже твоего достоинства, старина Питер, − глухо и спокойно сказал Сириус, − я сам выпил то же самое. Можешь придумать оправдание получше.

− Ты мог принять противоядие! − взвизгнул Хвост. − И − кто знает − может, это яд, действующий только на меня!

Макгонагалл подняла брови и скептически хмыкнула. Лицо Крауча было очень мрачным, он пристально смотрел на испуганного Петтигрю.

− Сильно сказано,Петтигрю, − пробормотал Сириус.

− Мне тоже ещё не доводилось слышать о яде, действующем только на одного человека, − добавила мадам Боунс.

− Может, это крысиный яд? − съязвил кто-то.

Петтигрю обвёл взглядом десятки людей над собой. Его всего трясло, как будто его вели на казнь.

− Ладно, ладно, − дрожащим голосом проговорил Петтигрю, словно приняв решение. − Я выпью, я согласен.

Корнелиус Фадж с интересом подался вперёд:

− Ты согласен?

− Согласен… Но! − воскликнул Петтигрю. − Но вы должны связать Блэка − вы же видели, он хочет меня убить. Если вы его не свяжете, он обязательно воспользуется моментом, когда никто не смотрит, когда все будут смотреть на меня… Когда я подниму голову, чтобы выпить зелье… − он поднял полные слёз глаза, лихорадочно оглядывая лица, ища поддержки.

− Не вижу в этом необходимости. На мой взгляд… − Фадж как бы невзначай посмотрел в сторону Крауча, − Блэк находится в здравом уме и точно не станет убивать прямо в зале суда. Верно, Блэк?

− Я действительно хочу его убить, − спокойно ответил Сириус. − Он вызывает у меня отвращение. Если он подойдёт ко мне хоть на шаг, я наброшусь на него, перегрызу ему горло зубами, − он слегка дёрнул ногой, потянулся и подёргал верёвки на руках и стуле, будто пытаясь освободиться.

Фадж уставился на него, открыв рот, и наконец проговорил:

− Ладно… Раз так, свяжите его.

Ещё больше верёвок и заклинаний обрушились на Сириуса, практически превратив его в статую.

Как будто вспомнив, что Сириус уже однажды сбежал, Фадж махнул рукой, подзывая двух мракоборцев, стоявших в углу зала. Они неторопливо подошли к Блэку и направили на него волшебные палочки, целясь в шею и голову.

На глазах у всех присутствующих флакон с сывороткой правды в руке Сириуса поднялся в воздух и полетел к Петтигрю. Хвостуставился на маленький флакончик перед собой и глубоко вздохнул. Судьи снова загудели, обсуждая происходящее.

Петтигрю протянул руку − железные цепи на запястьях со звоном упали, давая ему возможность дотянуться до флакона − его рука дрожала так сильно, что он задел флакон, тот резко качнулся и чуть не упал на пол. Петтигрю вскочил, протягивая руки, чтобы поймать его − цепи на ногах тоже упали…

Питер резко развернулся и бросился к маленькой двери в углу зала. Именно через неё его сюда привели, а мракоборец, охранявший её, сейчас стоял рядом с Сириусом.

Сириус взревел. Петтигрю нёсся к двери с нечеловеческой скоростью, немыслимой для него − но Люпин оказался быстрее.

Антони только дотронулся до своей палочки, как заклинание Люпина уже поразило Петтигрю. Почти одновременно в него полетели заклинания мракоборцев и судей. Несколько волшебников и волшебниц вскочили на ноги. Макгонагалл тоже подняла палочку, её грудь часто вздымалась, будто она сдерживалась, чтобы не швырнуть в Петтигрю какое-нибудь Непростительное заклятие.

Корнелиус Фадж пришёл в себя и что-то закричал, но никто его не расслышал.

Вокруг Петтигрю возникла ледяная корка, один из мракоборцев поскользнулся и упал. Кингсли ловко обошёл скользкий лёд, но в дверном проёме внезапно вспыхнула стена огня, опалив край его мантии. К счастью, обе ноги Петтигрю уже примерзли к полу, а его ступни странным образом раздулись, из них торчали какие-то отростки, похожие на крысиные хвосты. На шее у него висел Старый Роджер-Змей. Одна рука неестественно выгнулась, кости в ней явно были сломаны. Он скорчился от боли, прижимая руку с бутыльком сыворотки правды к животу, будто у него был приступ аппендицита. Слёзы капали на лёд.

− Презирает суд! − взвизгнула седая волшебница, целясь в Петтигрю, и метнула молоток прямо в его редеющую макушку. Макушка мгновенно покраснела.

Петтигрю снова втолкнули в кресло с цепями.

− Влейте ему сыворотку в глотку! − взбешённо приказал Фадж.

− Сколько сыворотки правды вообще приготовил Снейп? − тихо спросил Антони у Профессора Макгонагалл. После этой схватки он сомневался, что зелье вообще осталось.

Профессор Макгонагалл нахмурилась и ничего не ответила.

Мракоборец вырвал сыворотку правды из рук Петтигрю, силой разжал ему челюсти и поднёс флакон − Петтигрю мотнул головой и укусил его. Мракоборец вскрикнул, и флакончик с глухим стуком провалился Петтигрю в глотку.

Раздались удивлённые возгласы. Петтигрю закашлялся, хватая ртом воздух. Он вытянул шею, пытаясь вытолкнуть флакон языком. Мракоборец протянул руку, чтобы помочь ему − но в горле у Питера что-то булькнуло, и в следующее мгновение он сглотнул, проглотив флакон целиком.

В зале суда воцарилась тишина.

Хвост побледнел, как полотно, и пробормотал:

− Я не… − на его лице мелькнуло подобие радости, голос его окреп. − Я не предавал Джеймса и Лили, я не переходил на сторону Волан-де-Морта… Не предавал!

− Похоже, немного, − прошептал Люпин Антони.

− Можно ли верить чему-либо из того, что говорит этот человек? − громко спросил Фадж, указывая на следы заклинаний на полу и на двери.

− Вы отрицаете выдвинутые против вас обвинения, Питер Петтигрю? − спросил Крауч.

− Да, отрицаю, − ответил Петтигрю.

Его взгляд на мгновение стал отсутствующим, но Крауч, просматривая бумаги, этого не заметил.

− Итак, что произошло в 1981 году, когда вы с Сириусом Блэком встретились на улице? − спросила мадам Боунс.

− Сириус остановил меня и сказал, что убьёт, − совершенно спокойно ответил Петтигрю. − Я сказал: «Но там же Лили и Поттер, Сириус, как ты мог подумать такое?»

Крауч поднял голову и внимательно посмотрел на Петтигрю. Члены Визенгамота нахмурились и начали перешёптываться.

− Это правда? − хрипло спросил волшебник с длинной седой бородой, вставляя монокль в глазницу и наклоняясь вперёд, чтобы получше разглядеть подсудимого. − Вы сейчас говорите правду, Питер Петтигрю?

− Да, − безучастно ответил Петтигрю.

− Кто вы?

− Питер Петтигрю.

− Сыворотка подействовала, − констатировал бородатый волшебник. − Он говорит правду.

− Сыворотка правды, наконец, подействовала, − пробормотала Профессор Макгонагалл.

− А до этого, до этого тоже? Он не переходил на сторону Того-Кого-Нельзя-Называть? − удивлённо спросил сидевший рядом с ней член Визенгамота.

Фадж поспешно повернулся к Дамблдору. Директор Хогвартса молчал, сложив кончики пальцев вместе и спокойно глядя на предателя тайны.

− Но, мистер Огден, а как же определить, подействовала ли сыворотка правды? Нужно ли отвечать на вопрос о своём имени? − спросила Долорес Амбридж невинным голоском маленькой девочки.

− Вопросы о зельях мы обсудим позже, − перебил её Крауч. − Я доверяю суждению мистера Огдена. Продолжайте, Хвост.

− Потом я вытащил палочку, он тоже, − бесстрастно продолжал Петтигрю. − Я знал, что нужно действовать тонко… Я взорвал улицу, убил всех ближайших магглов, которые могли всё видеть, и взорвал канализацию. Потом отрезал себе палец, бросил его в руины, превратился в крысу и сбежал по канализации. Всё прошло точно так, как я и планировал…

− Ты планировал? − переспросил кто-то.

Члены Визенгамота явно поняли, что сыворотка правды подействовала, и теперь слушали, затаив дыхание.

− Конечно, − ответил Петтигрю, моргнув. − Ещё до того, как с Джеймсом и Лили это случилось, («Как ты смеешь называть их имена!» − выкрикнул Сириус) до того, как Волан-де-Морт пришёл к ним, я собрал вещи и сбежал из дома. Я знал, что Сириус меня не пощадит, что Орден Феникса меня не пощадит. К счастью, никому из них и в голову не пришло навестить меня. Я не ожидал только одного: что Волан-де-Морт проиграет. Получалось, что меня теперь искали не только Сириус, но и Пожиратели смерти… Я сразу вернулся, чтобы убедиться в этом, и весь следующий вечер думал, как инсценировать свою смерть. Я был в ужасе.

− Тьфу! − выплюнула какая-то ведьма.

На лице Петтигрю появилась тень улыбки.

− К моему удивлению, Сириус никому не сказал, что настоящим Хранителем был я. Он обезумел, он повсюду меня искал, но ему и в голову не пришло, что я могу превратиться в крысу и следовать за ним… Он всегда меня игнорировал, вот и в этот раз не заметил, что я осмелился… − Сириус заёрзал на стуле, веки Петтигрю снова дрогнули. − Конечно, мне было очень страшно. Но чем страшнее мне становилось, тем яснее я понимал, что это мой единственный шанс. Я проследил за ним до подходящей улицы с магглами, превратился в человека и разыграл перед ним этот спектакль.

− Подходящей, чтобы убивать магглов, улицы, − холодно заметила Профессор Бабблинг.

Питер продолжал:

− Министерство Магии явилось так же неспешно, как я и предполагал, − улыбка Фаджа стала немного кислее. − Если бы Сириус не стоял на месте и не хохотал, его бы точно не арестовали. Я-то думал, что он продолжит меня преследовать, а когда опомнится, Министерство Магии уже узнает «правду» от магглов, слышавших мой крик. Орден Феникса тоже решит, что он пытается скрыться, и ему придётся потратить много времени, чтобы доказать свою невиновность. А я тем временем буду уже далеко. Узнав о его аресте, я немного забеспокоился, боялся, что он расскажет о смене Хранителя на допросе в Министерстве Магии. Какое-то время я жил в канализации, трясясь от страха, подрался с другой крысой за её гнездо, а потом − ещё больше обрадовался, потому что Сириуса без суда и следствия отправили в Азкабан! Некоторое время я скитался в облике крысы, воровал еду на кухнях маггловских ресторанов или пробирался в мир волшебников, забирался на крыши и подглядывал за людьми, читающими «Ежедневный пророк», пока меня не приютила одна волшебная семья. С тех пор у меня не было проблем ни с едой, ни с питьём.

− До этого суда я отказывался верить, что кто-то может быть настолько бесстыжим, настолько преступным, − произнёс Крауч, поднимаясь на ноги. Мышцы на его лице дёрнулись. − Он не просто был последователем Того-Кого-Нельзя-Называть, но и подлым предателем, хитрым обманщиком! − он говорил с отвращением. − Мне стыдно за тот ошибочный приговор, который я вынес одиннадцать лет назад! Всё предельно ясно − я требую, чтобы Визенгамот строго наказал этого трусливого негодяя!

Он сел.

Корнелиус Фадж дружелюбно сказал:

− Не волнуйтесь, Барти, мы все знаем, как сильно вы ненавидите тёмную магию, и понимаем, что вы не стали бы умышленно совершать подобную ошибку. Конечно, иногда излишняя поспешность может привести к некоторым… Недоразумениям…

"Недоразумение" разглядывало бывшего друга, явно всё ещё желая перегрызть ему горло.

− Благодарю вас, Министр, − ответил Крауч. − Предлагаю перейти к голосованию.

− Кто считает, что обвинения в адрес Питера Петтигрю в предательстве Поттеров, убийстве магглов-свидетелей, незаконном превращении в анимага и краже имущества волшебной семьи несостоятельны, прошу поднять руку, − провозгласила мадам Боунс.

Петтигрю смотрел пустыми глазами на несколько поднятых рук, словно не понимая, что это значит. Одна рука, встретившись с его взглядом, дрогнула и опустилась. Лицо Крауча выражало глубочайшее отвращение.

− Кто за то, чтобы признать его виновным, прошу поднять руку.

Поднятые вверх руки напоминали густой лес. Среди них была и рука Альбуса Дамблдора.

Фадж выглядел очень довольным. Он обвёл всех взглядом и громко провозгласил:

− Виновен! Предлагаю освободить Сириуса Блэка и приговорить Питера Петтигрю к Поцелую дементора!

− Поддерживаю, − сказал Крауч.

Веки Петтигрю дрогнули, он заёрзал на стуле. Сириус посмотрел на него, потом перевёл взгляд на присутствующих. Антони тоже обернулся, чтобы посмотреть на Люпина и Профессора Макгонагалл: Минерва смотрела на Альбуса Дамблдора, а Люпин, глядя на Петтигрю, тихо вздохнул, будто сжалившись.

− Я против, − произнёс Альбус Дамблдор. Крауч и Фадж одновременно повернулись к нему, словно не поверив своим ушам.

− Что ты сказал, Альбус? − спросил Фадж.

− Я против, − очень чётко и медленно повторил Альбус Дамблдор.

− Я считаю его виновным, − подал голос сидевший внизу волшебник, оборачиваясь, − но предлагаю вернуть Сириуса Блэка в Азкабан, а для Питера Петтигрю забронировать лучший номер в «Дырявом котле» в качестве награды за информацию, которая привела к падению Волан-де-Морта, − он очень почтительно спросил: − Как вам такая идея, Альбус?

Фадж одобрительно посмотрел на него.

− Я против того, чтобы по собственной воле отдавать душу кого бы то ни было дементорам, − мрачно произнёс Дамблдор. − Я считаю, что никто − никто на свете − не заслуживает подобного наказания.

Питер Петтигрю бесстрастно посмотрел на Дамблдора. Антони с некоторым смущением порадовался, что не рассказал Альбусу Дамблдору о своей способности пожирать души.

− Боюсь, это не вам одному решать, − пронзительно произнесла Долорес Амбридж.

− Учитывая, что из-за лжи Петтигрю единственный наследник Дома Блэк провёл в тюрьме одиннадцать лет… − Крауч хмыкнул, − вероятно, потребуется более суровое наказание, чтобы унять гнев народа.

− Дайте мне его убить, и вам не придётся беспокоиться ни о душе, ни о свершившейся судебной ошибке, − мрачно сказал Сириус.

Но члены Визенгамота в багряно-красных мантиях, не обращая на него внимания, шептались и переговаривались. Люпин снова положил руку на палочку.

Через несколько минут мадам Боунс объявила:

− Приступаем к голосованию. Все, кто за то, чтобы приговорить Питера Петтигрю к Поцелую дементора, поднимите руку.

Антони поднял глаза. Сначала одна рука, затем три, четыре… Нерешительно, но всё же поднялись.

− Если такие отвратительные преступления будут прощены, то какой же смысл в законе? − возмутился Фадж.

Медленно поднялись ещё несколько рук.

− Хорошо, благодарю, − кивнула мадам Боунс. − Все, кто против того, чтобы приговорить Питера Петтигрю к Поцелую дементора, поднимите руку.

Поднялась только рука Альбуса Дамблдора. Некоторое время он держал руку поднятой, оставаясь в одиночестве. Затем, с явной неохотой, поднялись ещё две руки. Оба волшебника смотрели на Директора Хогвартса с выражением, которое говорило: «Только ради вас».

− Голосование окончено, − радостно сообщил Корнелиус Фадж. − Поцелуй дементора! Отправить этого человека… − он махнул рукой в сторону Петтигрю, − в Азкабан в ожидании казни!

Члены Визенгамота начали собирать бумаги. Альбус Дамблдор опустил руку, поднялся и спокойно произнёс:

− Раз уж таково решение Визенгамота, вмешиваться не буду.

Мракоборцы подняли Хвостаи потащили к маленькой двери в углу. Антони встал и поздоровался с подошедшей Профессором Бабблинг. Профессор Макгонагалл и Люпин быстро спустились по ступенькам к Сириусу.

http://tl..ru/book/114294/4527133