Глава 237. Сириус Блэк

Мракоборец кивнул и молча вышел. Фадж раздраженно посмотрел вниз на Питера, затем на Крауча и объявил:

— Объявляю перерыв. Продолжим, когда приведут Блэка.

Зал суда наполнился шорохом одежды и бумаг. Люди заговорили громче, но их голоса по-прежнему напоминали невнятный шёпот, гулко разносившийся по помещению. Генри увидел, как профессор Бабблинг поднялась со скамьи и, обернувшись, заговорила с госпожой Боунс. Крауч по-прежнему сидел неподвижно с бесстрастным лицом.

Питер, моргая своими маленькими глазками, разглядывал людей на скамьях, время от времени быстро оглядываясь через плечо на боковую дверь, в которую вышел Кингсли. Он был крепко прикован к стулу железными цепями.

— Пойдемте, — сказала Профессор Макгонагалл, поднимаясь.

Генри и Люпин последовали за ней вниз по ступеням. Питер съежился в углу, подальше от них. Профессор Макгонагалл бросила на него полный ненависти взгляд, а Люпин прошел мимо с бесстрастным лицом. Генри немного задержался, заметив, как сильно дрожит Питер, как его редкие волосы растрепались на ветру, ворвавшемся в комнату, когда Профессор Макгонагалл распахнула дверь.

Профессора Хогвартса всё ещё ждали у входа. Увидев их, Профессор Стебль тут же поднялась и спросила:

— Ну как, Минерва? Мы видели, как Кингсли выбежал отсюда сломя голову.

— Объявили перерыв, — ответила Профессор Макгонагалл. — Крауч потребовал присутствия Сириуса. Кингсли отправился за ним в Азкабан.

— Что? — переспросила Профессор Стебль. — Прямо во время суда?

— Это законное требование, — сказал Профессор Флитвик. — Дайте вспомнить… Как там было в «Хартии прав Визенгамота»… Я не помню точных формулировок, но, говоря в общем, если важный свидетель не может присутствовать или давать показания, все судебное разбирательство может быть признано недействительным. Сириус Блэк… Это, безусловно… Очень важный свидетель.

— Но он же сумасшедший! — воскликнула Профессор Стебль.

— Боюсь, именно на это и рассчитывает Крауч, — серьезно сказала Профессор Макгонагалл. — Без показаний важного свидетеля Хвоста, возможно, оправдают. А это значит, что Сириус останется предателем, виновным в смерти Джеймса и Лили, а Крауч не ошибся в своем приговоре.

Снейп резко поднялся.

— А Дамблдор? — резко спросил он. — Что делает Дамблдор? Демонстрирует всем свое милосердие и всепрощение?

— Успокойтесь, Северус, — строго сказала Профессор Макгонагалл. — У Альбуса свои соображения. Приговор ещё не вынесен, сейчас не время делать выводы.

— Возможно, Сириус Блэк вовсе не сумасшедший, — сказал Генри. Он надеялся, что его голос прозвучал более уверенно, чем ему самому казалось, но, судя по выражению лиц коллег, он потерпел неудачу.

— Возможно, Питер… Хвост… Сам во всем признается, — сказала Профессор Стебль.

— Должен заметить, шансы на это невелики, — спокойно сказал Люпин, затем посмотрел на Генри и грустно улыбнулся. — И на то, и на другое.

Некоторое время все молчали, пока Профессор Флитвик с беспокойством не спросил:

— Ты в порядке, Северус?

Генри только сейчас заметил, что Снейп до безумия сильно сжимает кулаки, костяшки его пальцев побелели. В руках он сжимал флакон с сывороткой правды усиленного действия.

— Не делай глупостей, Северус, — осторожно проговорила Профессор Стебль.

— Даже если ты сейчас же ворвешься туда и зальешь сыворотку правды в глотку Хвосту, они всё равно смогут не принять его показания, — добавил Профессор Флитвик. — Скажут, что его память и разум искажены магией.

Снейп с искаженным от ярости лицом смотрел на дверь зала суда. В его глазах читалось отчаяние.

В этот момент в конце коридора послышались шаги.

Генри вместе с остальными обернулся и увидел человека, спускающегося по лестнице. На его высокой, худощавой фигуре свободно висела грязная мантия. Длинные спутанные волосы падали на плечи, почти скрывая изможденное лицо, но невозможно было не заметить горящих огнём глаз.

За ним следовал Кингсли, направляя на него волшебную палочку.

— Сириус! — ахнула Профессор Макгонагалл.

— Минерва, — хрипло произнес Сириус. Голос его звучал так, словно он долго не говорил, напоминая скрип сломанных мехов.

— Если хотите что-то сказать, — тихо произнес Кингсли, — говорите быстро. У вас есть пять минут, не больше.

— Спасибо, Кингсли, — отозвалась Профессор Макгонагалл.

Но все молчали, безмолвно глядя на Сириуса — человека, которого они считали сумасшедшим.

— Если суд пройдёт по всем правилам, — наконец произнесла Профессор Макгонагалл, — боюсь, приговор будет один — Поцелуй дементора. Министру нужна сенсация.

— Поцелуй дементора, — повторил Сириус. — Замечательно.

Взгляд его медленно переместился с Профессора Макгонагалл на Профессора Стебль и Генри. Некоторое время он смотрел на него отсутствующим взглядом, словно пытаясь вспомнить, кто он такой. Профессор Макгонагалл коротко представила его. Сириус кивнул. Наконец, он посмотрел на Люпина.

Долго он вглядывался в его лицо.

— Боже мой, как ты постарел, — хрипло произнес Сириус.

— Кто бы говорил, — отозвался Люпин.

Сириус пристально посмотрел на Люпина.

— Я слышал, ты его поймал? — медленно проговорил он.

— Да, — ответил Люпин. — А вы, значит, поменялись местами?

Сириус медленно кивнул. На его лице отразились сложные эмоции, но он так ничего и не сказал. Некоторое время они молча смотрели друг на друга, затем Люпин слегка улыбнулся и покачал головой.

Сириус усмехнулся, обнажив пожелтевшие зубы. Он опустил взгляд и увидел Профессора Флитвика. Как и в случае с Профессором Стебль, ему потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, кто он такой.

— Давно не виделись, Профессор Флитвик, — произнес он уже более свободно.

— Рад вас видеть, мистер Блэк, — пискнул Профессор Флитвик.

Сириус улыбнулся и перевел взгляд на Снейпа.

Тот стоял у стены, и его лицо выражало неприкрытое отвращение. Казалось, Снейпа больше огорчало то, что Сириус оказался в здравом уме, чем если бы он действительно сошел с ума.

— Что этот Пожиратель Смерти здесь делает? — презрительно спросил Сириус.

— Северус тоже Профессор Хогвартса, — строго ответила Профессор Макгонагалл. — Он нам очень помог.

Сириус хрипло рассмеялся:

— Он? Помог?

— Больше, чем ты в своей камере, разумеется, — ответил Снейп с не меньшим презрением.

— Он действительно нам помог, Сириус, — вмешался Люпин. — Он даже приготовил для Питера сыворотку правды усиленного действия.

— Нам пора, — напомнил Кингсли.

Сириус с недоверием посмотрел на Снейпа.

— Дай мне её, — неожиданно сказал он.

— Что? — переспросил Люпин.

— Сыворотку правды, — повторил Сириус.

— Что ты задумал, Сириус? — спросила Профессор Макгонагалл. — Я же сказала, нам нужно, чтобы суд прошел по всем правилам!

— Я сказал, дай мне её, Снейп! — повторил Сириус, протягивая руку.

На лице Снейпа отразилась лютая ненависть. Казалось, он готов был сломать тощие пальцы Сириуса. Тот смотрел на него с не меньшей ненавистью, но продолжал протягивать руку.

— Сириус, нельзя использовать сыворотку правды! — раздались голоса. — Не надо! Мистер Блэк!

— Проходите, — сказал Кингсли, открывая дверь зала суда.

Снейп резко вложил флакон с сывороткой правды в руку Сириуса. Тот удовлетворенно сжал пальцы и, подталкиваемый палочкой Кингсли, вошел в зал суда.

Оставшиеся снаружи не успели его остановить. Профессор Макгонагалл бросила взгляд на прозрачный флакон в руке Сириуса, затем укоризненно посмотрела на Снейпа и вместе с Генри и Люпином вошла в зал суда.

Тяжелая черная дверь закрылась за ними.

— Важный свидетель доставлен, Министр, — сообщил Кингсли.

Генри, Профессор Макгонагалл и Люпин вернулись на свои места.

В зале суда воцарилась тишина. Все взгляды были прикованы к Сириусу, стоявшему у входа. Некоторые удивленно распахнули глаза, поражаясь, что он вообще может стоять, другие выглядели довольными. Генри посмотрел на Дамблдора. Тот стоял рядом с Фаджем и смотрел на Сириуса, но с такого расстояния Генри не мог разобрать выражения его лица.

Питер съежился на стуле и бросил на вошедшего робкий взгляд. Сириус тут же поймал его взгляд и криво усмехнулся, от чего его лицо стало ещё страшнее. Питер встретился с ним взглядом и тут же с криком вжался в спинку стула.

— Сириус Блэк! — воскликнул кто-то из членов Визенгамота, словно не веря, что тот действительно пришел.

— Он самый, — ответил Сириус. Его слова вызвали новый вздох удивления.

Питер, казалось, дрожал так сильно, что даже железные цепи на стуле издавали лязг. Сириус насмешливо улыбнулся. Рядом с Генри Люпин выпрямился, положив руку на волшебную палочку.

— Не волнуйтесь, у мистера Блэка отличные шансы, — сказал Генри.

Люпин убрал руку с волшебной палочки и улыбнулся.

Фадж смотрел на Сириуса сверху вниз с некоторым недоумением, словно не понимая, почему тот говорит так ясно. Но румянец на его лице уже сменился довольной улыбкой. Фадж сел на свое место.

— Суд возобновляется! — громко объявил он. — Важный свидетель прибыл, мистер Крауч. Прошу!

Члены Визенгамота торопливо зашуршали бумагами, но Генри видел, что они не читают, а просто ищут, чем бы занять руки. Секретарь поднял перо и, подобрав челюсть, поспешно начал записывать.

— Если у вас есть вопросы, можете задать их Сириусу Блэку, — добродушно сказал Корнелиус Фадж. — Можете начинать, мистер Крауч.

Крауч с серым лицом смотрел на Сириуса.

— Вы уверены, что находитесь в здравом уме, мистер Блэк? — с трудом выдавил он.

— Никогда не был в нём так уверен, — ответил Сириус. Он повернулся к Питеру и тихо добавил: — Никогда.

Крауч издал странный сдавленный звук. Питер, казалось, вздрогнул, словно Сириус ударил его. Он отчаянно пытался отодвинуться подальше.

Члены Визенгамота тоже это заметили.

— Прошу свидетеля говорить с места, — раздался голос.

— Свидетель может давать показания рядом с подсудимым, — возразил Фадж.

— Мистер Фадж явно на его стороне, — тихо заметил Генри, обращаясь к Профессору Макгонагалл.

Та кивнула, плотно сжав губы.

Несколько человек перешепнулись между собой и неохотно согласились.

— Я совершенно точно нахожусь в здравом уме, — повторил Сириус, повернувшись к судьям.

— Но… Но как это возможно? — спросил один из членов Визенгамота. — Неужели тюремщики Азкабана халатно отнеслись к своим обязанностям?

— Невозможно, — сладким голосом пропела Долорес Амбридж. — Они никогда не проявляют снисхождения к преступникам.

— Однако перед нами живой пример обратного, — произнес Крауч. — Под присмотром ваших тюремщиков, в которых вы так уверены, человек провел одиннадцать лет, сохранив при этом здравый рассудок и здоровье. У нас есть все основания подозревать, что Пожиратели Смерти попросту проводят отпуск в Азкабане.

— Прошу вас не обсуждать вопросы, не имеющие отношения к данному делу, — вмешалась госпожа Боунс. — Продолжайте ваши показания, мистер Блэк.

— Задавайте ваши вопросы, — хрипло сказал Сириус. — Обещаю отвечать правдиво.

— Пожалуйста, опишите события, произошедшие перед смертью четы Поттеров, — официальным тоном попросил кто-то из Визенгамота. — Затем сообщите нам, предали ли вы чету Поттеров и несете ли вы ответственность за их смерть.

Глаза Сириуса заблестели.

— С удовольствием. В тот вечер, канун Дня всех святых, мы собирались немного отпраздновать, но перед самым выходом я получил предупреждение, что Тот-Кого-Нельзя-Называть и Пожиратели Смерти напали на наших людей. Я боялся, что он в опасности, — Сириус указал на Питера, тот вздрогнул, — поэтому сразу же отправился к нему домой. Но там было пусто, никаких следов борьбы.

— Почему вы решили отправиться именно к Хвосту… К Питеру? — спросил один из волшебников Визенгамота.

— К этому я и веду, — тихо сказал Сириус. — Я не предавал Джеймса и Лили, никогда. Но… — он запнулся. — Но я действительно виновен в их смерти, потому что это я убедил Джеймса сменить Хранителя Тайны… На Хвоста… На этого предателя…

Он сделал шаг к Питеру. Тот, широко раскрыв глаза, смотрел на него. По его щекам катились слезы.

— Сириус… Сириус Блэк! — пролепетал Питер. — Как ты смеешь… Это ты предал Джеймса…

— Ложь! — взревел Сириус и бросился на Питера. Высокая, худая фигура нависла над Хвостом. — Ты всё ещё лжешь… Ты смеешь…

Он схватил Питера за горло, и тяжелое кресло для допросов едва не перевернулось. Питер закричал и забился на стуле. Его лицо побагровело.

— Сириус! — крикнул Люпин.

Но Сириус не обратил на него внимания. Он не сводил глаз с Питера, в его глазах горел безумный огонь. Он вжимал Питера в кресло всем своим весом, его сухие пальцы впились в пухлую шею. Питер открывал и закрывал рот, издавая хриплые звуки. Глаза его ужасающе вылезли из орбит.

С мест Визенгамота сорвались заклинания, оттаскивая Сириуса от Питера. Несколько веревок, вылетевших из волшебных палочек, обвили Сириуса. Дамблдор поднялся и, взмахнув палочкой, создал из воздуха кресло из ситца, усадив в него связанного Сириуса.

Сириус тяжело дышал, откинув голову на спинку кресла.

— Всё по правилам! — тихо прокомментировала Профессор Макгонагалл.

— Он сумасшедший! Убийца! — пронзительно кричал Питер. — Вы же видели! Он пытался убить меня прямо в зале суда!

Раздался одобрительный гул. Многие волшебники сердито показывали на Сириуса, перешептываясь и качая головами. Лица их выражали крайнюю степень оскорбленного достоинства. Фадж сидел, открыв рот. Амбридж сверлила Сириуса взглядом.

— Прошу соблюдать порядок в зале суда, — с удовлетворением произнес Крауч, бросив взгляд на кресло, в котором сидел Сириус. — Иначе вы заставите нас усомниться в искренности ваших слов… Собственно говоря, я прошу суд обратить внимание: можно ли считать заслуживающими доверия показания этого человека?

— Я уверена, члены Визенгамота способны вынести собственное суждение, — отрезала госпожа Боунс. — Прошу вас, не пытайтесь на них повлиять, мистер Крауч.

— Свидетели утверждают, что мистер Блэк убил нескольких магглов, — монотонно зачитал один из членов Визенгамота, листая бумаги. — Блэк стоял на улице и смеялся, а вокруг лежали трупы магглов… Дамблдор подтверждает, что Блэк был Хранителем Тайны четы Поттеров…

— На тот момент я, очевидно, ошибся, — спокойно сказал Альбус Дамблдор.

— Прошло одиннадцать лет, Блэк, разумеется, может говорить все, что ему вздумается, — язвительно заметил один из волшебников Визенгамота. — Хранитель Тайны был заменен, но, если только чета Поттеров не восстанет из могил, никто не сможет этого подтвердить…

Генри тихонько хмыкнул. Профессор Макгонагалл строго посмотрела на него.

— Генри!

— Ничего такого, — успокоил её Генри. — Просто я подумал… То, как он это сказал… У меня сложилось впечатление, что он пытался намекнуть мне.

Профессор Макгонагалл покачала головой:

— Ты еще туда же…

Люпин с некоторым удивлением посмотрел на них, но тут же снова переключил внимание на суд.

— Почему вы не подали апелляцию, когда вас приговорили к заключению одиннадцать лет назад? — спросил один из судей. — Даже в Азкабане… Если бы вы потребовали пересмотра дела… Заявили, например, что хотите покаяться и готовы сообщить важную информацию о Пожирателях Смерти…

— Я не Пожиратель Смерти, откуда у меня информация о них? — с вызовом спросил Сириус, подняв голову.

— Вас обвинили в том, что вы Пожиратель Смерти, а вы не стали этого отрицать, — заметил член Визенгамота.

Сириус хотел что-то сказать, но Крауч не дал ему такой возможности.

— Полученные нами доказательства свидетельствовали о том, что семья Блэков всегда была верна Темному Лорду. Исходя из этого, — продолжил Крауч, — Сириус Блэк, будучи двойным агентом, с одной стороны, притворялся другом четы Поттеров, чтобы завоевать их доверие, а с другой — передавал информацию Тёмному Лорду. В конце-концов, он предал чету Поттеров…

— Блэк, Джеймс так тебе доверял! Должно быть, он сам сделал тебя Хранителем Тайны! Как ты мог… — закричал Питер.

— Нет никаких доказательств… — начал кто-то.

— Вы требуете пересмотра дела… Дамблдор… — послышался ещё один голос.

— Тишина! — крикнул Фадж.

Никто из них так и не договорил. Их голоса потонули в изумленных возгласах.

Сириус, дернувшись, разорвал несколько веревок, сковывавших его руки. Несмотря на то, что Питер был прикован к стулу, он испуганно захлопнул рот и вжался в спинку кресла.

Но Сириус больше не смотрел на него. Большим и указательным пальцами он взял прозрачный флакон и поднял его.

Пробка со звоном упала на пол и покатилась по грубым половицам.

Флакон был очень маленьким, с такого расстояния Генри не мог разглядеть, что в нём находится. Сириус запрокинул голову и нетерпеливо встряхнул рукой.

Генри не видел, что произошло, но в рот Сириусу, вероятно, попала капля зелья. Взгляд его мгновенно стал пустым.

Он опустил голову, несколько раз кашлянул и глухо произнес:

— Сыворотка правды усиленного действия. Клянусь, каждое мое слово — правда, — голос его был лишен всяких эмоций, взгляд — осмысленности, но в его поведении по-прежнему чувствовалось безумие.

Он поднял голову и оглядел Визенгамот, остановив взгляд на Дамблдоре.

— Я бы никогда не предал Джеймса и Лили. Я бы скорее умер, чем предал их, — очень медленно произнес он.

В зале суда воцарилась тишина. Люпин тихонько вздохнул и откинулся на спинку кресла.

— Я верю тебе, — раздался голос Альбуса Дамблдора.

— Он сумасшедший! Он сумел избежать воздействия дементоров, кто знает, какими еще трюками он владеет! — завизжал Питер.

— Сыворотку правды нельзя считать доказательством, — послышался чей-то голос.

— Но она может значительно повысить доверие к показаниям, — возразила госпожа Боунс, не скрывая волнения.

— Хотите знать, как я сохранил рассудок? — обратился Сириус к Краучу. Голос его был спокоен. Несмотря на то, что он сидел внизу, связанный по рукам и ногам, с растрепанными волосами и изможденным лицом, он каким-то образом умудрялся смотреть на Крауча сверху вниз.

— Я скажу вам, — продолжил он. — Я сохранил рассудок, потому что знал, что невиновен.

— Но… — начал кто-то.

Сириус перебил его, поднял флакон и посмотрел на Питера.

— Здесь ещё несколько капель, — сказал Сириус. — Почему бы тебе не выпить одну, Питер? И повторить то, что сказал я?

http://tl..ru/book/114294/4527131