Глава 099.1

И закончилась удивительная пьеса, и осела после пыль (1)

Это правда, что великая старшая принцесса не возражала против того, чтобы другие причиняли какой-то вред во время банкета, но только если жертва не имела к ней отношения. Прямо сейчас она уже считала Цзин Вань настоящей гостьей, своейгостьей! Осмелившийся действовать у неенаглазах, как только она узнает, независимо от того, был ли это кто-то из ее резиденции или посторонний,она заживо кожу сдерет с этого смельчака.

Вот почему, даже если у великой старшей принцессы довольно хороший характер, какта, кто вырос в таком гнетущем месте, как императорскийдворец, могла быть такой простой?

Говоря об этомцине, Цзин Вань тоже должна была признать, что он хорош. Первоклассным было все: и используемые материалы, имастерство создателя. Единственная проблема — слишком туго натянутые струны. У кого не имелосьни малейшей силы в пальцах, не смог бы даже ущипнуть их.Идаже если получится, процесс значительно утомити с завершением всей пьесы определенно возникнут трудности.

Но самое большое преимущество этого цинязаключалосьв том, что эффектзначительно усилится, если играть величественные и преисполненные мощипроизведения.

Цзин Вань подняла голову и спокойно посмотрела на Ло Цзин Ин. Та улыбалась, самодовольно улыбалась, вызывающе улыбалась, улыбалась все шире, видя, как Цзин Вань становится позорищем. Она уже раструбила на весь свет об этой доброй старшей сестре тан, так что лучше ей не предавать еедобрыенамерения.

Цзин Вань тоже неожиданно улыбнулась. В самом деле, эта ее добрая младшая двоюродная сестра уже создала для нее такую возможность, так что она, естественно, не может ее подвести.

Улыбка Цзин Вань заставила сердце Ло Цзин Инподпрыгнуть в горло, внезапно ее накрыло дурное предчувствие.

Видя, что девушка на сцене все еще не двигается, некоторые из гостей-мужчин даже начали издеваться: пусть либо поторопится и сыграет, либо спустится и получитнаказание. Однако, поскольку их места находились на некотором расстоянии, и, кроме того, чем ближе к женской стороне, тем более благородным был статус, они, разумеется, не делали ничего слишком вульгарного. Те молодые люди, которые осмеливались поднимать шум, не дерзнули подходить слишком близко к этим высокопоставленным особам, а также не осмеливалисьгромко насмешничать. Таким образом, Цзин Вань могла слышать только звуки, доносящиеся с той стороны, но не знала, что именно тамговорят.

— Заткнулись все,—Ли Хун Юань держал чашу с вином, в его глазах светилась злоба. Эти два слова не считались тяжелыми, но их эффект шокировал. Почти мгновенносторона гостей-мужчин погрузилась в мертвую тишину, не слышалось ни карканья ворон, ни щебета воробьев. Вот почему использование этого живогоЯнь-ванав качестве шумоподавителя было слишком эффективно.

Ли Хун Юань пошевелился, словно желая принять более удобную позу, и закрыл глаза. Те, что шумели раньше, все облегченно похлопали себя по груди. Похоже, они нарушили покой этого изверга. Они не могли не проклинать про себя: "если вы хотитеспать, почему бы не вернуться домой и не поспать?" Однако они могли так ругать его только про себя. Не то чтобы не существовало людей, которые однажды обмочились из-за него.

Неужели Ли Хун Юань на самом деле спал? Естественно, нет. Этим способом он просто скрыл свой неистовый гнев. Когда его глаза были открыты, он больше не мог скрывать свое состояние. Вот, до какой степени все уже дошло.

Вань Вань не тотчеловек, который любит нарочитохвастаться, но ине из тех, которые притворяются, что знают или разбираютсяв чем-то, в чемна самом деле ни в зуб ногой. Но в то же времяраз уж она поднялась, то вполне способна сделать это. Согласно тому, что он знал, три года назад Вань Вань, правда,изучала цинь,но занятия продолжались не очень долго и, более того, постоянно прерывались. Люди, которых он послал в Циань Фу, тоже не знали точно, какого уровня она достигла. Даже в прошлой жизни он не слышал, чтобы она пользовалась какой-то известностью в этом отношении. Однако на основании его предыдущей гипотезы, независимо от того, насколько шокирующими будут ее действия, Ли Хун Юань все равно не удивится.

Просто в этот день в его прошлой жизниэтого не было. Хотя Юй Яо играла в эту забавную игру, этоне коснулось Вань Вань. Может, где-то опять произошла непредвиденная перемена? Этотсдвигмогпривести и к другим перестройкам. Тем не менее, даже он использовал этот банкет, чтобы организовать некоторые вещи, так что в других изменениях тоже не было ничего странного.

Он злился из-за того, что Вань Вань снова вовлекли в заговоры, и еще больше злился из-за ее страданий, ведь у нее такие нежныепальцы!Даже одна песня травмирует их,но под многочисленными взглядами он не мог встать и стащить ее вниз.

Какие все молодцы!Если кто-то должным образом не отплатит вам, то вы, действительно, можете в конечном итоге подумать, что его Вань Вань легко запугать!

—Дон…—прозвучал голос цинь. Руки Цзин Вань,наконец, начали двигаться.

Возможно, из-за того, что она давно не играла, первые несколько нот звучали не очень гладко и стройно.

Ло Цзин Ин презрительно улыбнулась. Первоначально онавсе еще раздумывала, насколько "соперница" способна, но если она никогда этому не училась, зачем притворяться? Но это тоже хорошо. Напускать на себя вид знатока,когданичего не понимаешь, такие вещи, напротив, более ненавистны, чем прямое признание своего невежества.

Великая старшая принцесса тихо вздохнула. Как и следовало ожидать, это слишком сложно. Этот цинь никогда не предназначался для пальчиков юных барышень.

Однако вскоре после этого что-то изменилось. Звук постепенно становился ровным и четким. Пальцы Цзин Ваньбыстро скользили по струнам, она была глубоко сосредоточенаи исключительно серьезна.

— Ого!.. — выдохнули одновременно довольно много людей. Все, кто изначально не воспринимал эту детскую игру всерьез, постепенно увлекались лившейся из-под струн мелодией, сосредотачивались, чтобы не упустить ни звука.

Эту пьесу никто раньше никогда не слышал. Оназвучала мощно и убедительно, чрезвычайно внушительно, ее переполняли мрачное, суровоебряцаниеметаллическихкопийи перестук копыт железныхконей целой армии.Перекатывающиеся звуки от страха заставляли неметь кожу головы,акровь в жилах —кипеть. Раскраснелись даже эти спокойные и сдержанные старые чиновники. Был также некий "обычно холодный и сдержанный, всегда эффективно справляющийся с делами, говорящий кратко и посуществу и известный как фанатик цинь" престарелый сановникиз кабинета министров, который вскочил на ноги так резво, что, волнуясь,даже опрокинул свой стул.Он пристально смотрел на Цзин Вань, играющую нацине, взглядом впервые влюбившегося незрелого юнца.

Когда пьесадостиглаапогея, обе руки Цзин Вань задвигались так быстро, что появилось остаточное изображение. И когда она всем сердцем и душой погрузилась в музыку, ее тело следовало заруками. Ее движения, естественно, были несколько размашистыми, но никто не только не чувствовал, что ей не хватает приличий, но и, следуя за ее движениями, слушатели, по-видимому, еще больше проникались этим художественнымдухом.

Лишь небольшое количество людей не увлеклисьмелодией циня, а заметилиненормальность Цзин Вань. Лицо ее раскраснелось, на лбу выступили мелкие капельки пота. Хотя и не было слышно, но, видя ее слегка приоткрытые красные губы и раздувающиеся крылья носа, можно было сказать, что она дышала быстро и очень поверхностно. И самое главное, ее пальцы уже насквозь пропиталиськровью. Однако из-за того, что цвет перевязококазался относительно темным, ее нельзя было разглядеть отчетливо. Только из-за струнцинь, отражавших окружающее освещение, быливидныалые отблески.

Ли Хун Юань несколько раз с трудом подавил желание прервать ее. Он хотел спрятать такую ослепительную Вань Вань, но в то же время желал, чтобы весьмирсклонился перед ней. Это хорошая возможность прославиться, хотя сама она не стремилась к этому. Но до сих пор она была так настойчива, и если ее усилияиз-за него пойдут прахом, она все равно почувствует некоторое сожаление внутри, даже если никому не пожалуется.

Дело не в том, что Цзин Вань не осознавала своего нынешнего состояния, но то, что она чувствовала, было не болью от израненных пальцев, а скореепогружениемв высшее состояние души. Выражаясь более глубокомысленно, она вошла в "зону". Ее тело, возможно, находилось в ужасном состоянии, но это не относилоськ ее духу. Если будет следующий раз, Цзин Вань не обязательно сможет достичь чего-то подобного снова. Такое состояние слишком уникально. Она не хотела останавливаться и не могла остановиться.

Мелодия заканчивалась.Пальцы Цзин Ваньдернули струны в последний раз, и после этого последнего рывка одна из струн цинь, не выдержав нагрузки, громко щелкнула, обрываясь…

Однако она лопнула в самом конце, так что, естественно, никак неповлияла на общее впечатление.

— Хорошо!.. — некий престарелый сановниккабинета министров несколько исступленно захлопал в ладоши. Своей безумной похвалой онпривлекк себе косые взгляды многих людей. Однако те, кто его знал, только качали головами и беспомощно улыбались. Никто не мог винить его за такое поведение. Эта пьеса была слишком хороша. Даже не разбиравшиесяв игре на цинечувствовали, что онапрекрасна, включая и тех необразованных военных чиновников. Это было, действительно, слишком захватывающе.

http://tl..ru/book/19909/941553