137

Глава 137

* * *

Эхи и Юриен сняли последнюю дверь с кухни, чтобы временно закрыть ею вход вместо разбитой двери винного погреба. Из-за дракона окрестности превратились в пылающий ад, и, вероятно, именно поэтому скелеты виверн пока держались на расстоянии. Но никто не мог сказать, когда они нападут снова.

— Не перенапрягайтесь, Юра. Ваша левая рука сильно пострадала, — произнесла Эхи, пытаясь осторожно отстранить его и выполнить работу самостоятельно.

Юриен поднял левую руку, собираясь возразить, что всё в порядке, но вдруг замер, и лицо его побледнело. Через мгновение на нём отразилось отчаяние от осознания чего-то ужасного.

— Юра? Вам больно? Что-то не так? — встревоженно спросила Эхи, заметив это выражение.

Юриен дрожащей рукой провёл по лицу и покачал головой.

— Нет… ничего.

— Не похоже, что ничего! Не скрывайте от меня! Если больно, не терпите! Может, у вас есть другие раны?

— Нет, мне не больно, и других ран нет. Не обращай внимания.

— Как я могу не обращать внимания?!

Она была расстроена и злилась оттого, что он, возможно, пытается скрыть серьёзную травму. Эхи схватила его за воротник потрёпанного мундира, явно готовая раздеть и осмотреть самостоятельно. Юриен, удивлённый её решительностью, поспешно остановил её, перехватив руку.

— Правда, дело не в этом. Других ран нет.

— Тогда почему вы так испугались?

— Я… — Юриен замялся, затем сжал левое запястье и тихо ответил: — Подарок, который ты мне дала… Прости.

Только теперь Эхи поняла, о чём он говорит. Левая рука была покрыта ожогами, и, конечно же, манжета и запонка, подаренные ею, исчезли. Вероятно, манжета сгорела, а запонка упала и расплавилась в пасти дракона. Ошеломлённо заморгав, Эхи невольно усмехнулась.

«Рука в таком состоянии, а он переживает из-за какой-то запонки… Вот же упрямец».

— Не извиняйтесь за такие пустяки.

— Но…

— Если уж хотите извиниться, то за то, что поранились. Меня это гораздо больше огорчает.

Эхи резко оборвала его и направилась к двери, но вдруг остановилась и обернулась.

— Хотя нет, я вовсе не говорила, что вам действительно нужно извиняться!

— …

Юриен отвёл взгляд, явно чувствуя себя виноватым. Если бы она его не остановила, он, пожалуй, и правда начал бы извиняться за свои раны. Эхи вздохнула и ударила Аметистом по дверным петлям.

Юриен мрачно посмотрел на левое запястье, затем на правое, где ещё оставалась вторая запонка. Он собирался снять её и спрятать в безопасное место, но вспомнил, что именно Эхи сама прикрепила её к его манжете, и остановился. В итоге он так и не снял запонку.

«Когда вернёмся, закажу специальную витрину и буду хранить её вместе с манжетой», — подумал Юриен, представляя, как ужаснётся Эхи, узнав об этом.

Вместе они аккуратно сняли дверь, стараясь не шуметь, чтобы не привлечь внимание виверн. Затем убрали сломанную дверь погреба, закрыли вход новой дверью и вошли внутрь.

Эхи достала из сумки одеяло и устроила спальное место в углу для Шона и малышки, которые уже спали без задних ног. Первая помощь, оказанная Юриеном без специальных инструментов, оказалась на удивление качественной, и будить их для дальнейшего лечения не было необходимости.

Когда вслед за одеялом Эхи вынула из сумки простую еду и флягу с водой, Юриен удивлённо спросил:

— Ты даже это успела прихватить?

— Я предполагала, что может образоваться Узел, и решила, что еда будет необходима.

Лицо Юриена помрачнело, когда он вспомнил, как раньше Эхи, застряв в Узле, была вынуждена питаться мясом и кровью гнилых монстров. Она же, не заметив его реакции, продолжала рыться в сумке, размышляя.

Юриен и Шон были ранены, им лучше подошла бы горячая пища вместо сухого вяленого мяса, а малышке нужна жидкая каша. Значит, придётся развести огонь. В винном погребе это сделать невозможно, но наверху была кухня, где можно было бы готовить. Проблемой оставались виверны, которых мог привлечь дым или запах пищи.

«Неизвестно, когда снова появится дракон и сколько нам придётся здесь продержаться. Нужно отдохнуть и поесть как следует. Позже надо будет привести сюда людей, спрятавшихся в лаборатории».

Эхи ещё ни разу не нагружала своё тело так сильно с того момента, как вернулась в прошлое. Конечно, она тренировалась гораздо больше, чем раньше, однако это всё ещё было тело молодой дворянки, которая начала тренироваться лишь четыре месяца назад. Позже её наверняка ожидала сильная ломота в мышцах, поэтому сейчас ей требовался отдых.

— Кстати, как ты догадалась о появлении Узла? — спросил Юриен, собирая разложенные ею мясо, соль, ветчину, сыр, сухари и воду.

Эхи задумалась, как лучше объяснить, и вместо прямого ответа задала встречный вопрос:

— Юра, а вы-то как узнали, что я вернулась во времени? Понять по обстоятельствам ещё можно, но откуда вы знаете подробности процесса? Вы с самого начала всё знали?

Юриен замер с продуктами в руках. До этого молчавший Рангиос обратился к нему:

[Хозяину демонического меча можно рассказать и про око истины. Она надёжный человек, и без раскрытия этой способности многое будет трудно объяснить.]

Священный меч говорил спокойно, словно давно ожидал подобного момента. Юриен направился к выходу и произнёс:

— Рассказ будет долгим. Ты готова слушать?

— Нам ведь всё равно нужно многое обсудить. Подождите, вы куда собрались с раненной ногой?

— Пустяки. Думаю, лучше будет приготовить нормальную еду.

Юриен вышел, и Эхи последовала за ним. Он начал осматривать разгромленную кухню. Эхи помогала ему, одновременно расширив свои чувства, чтобы вовремя заметить приближение монстров.

— Если пойдёт дым, сюда слетятся монстры.

— Я знаю способ приготовить еду без дыма.

Когда-то, ещё будучи оруженосцем, он научился готовить так, чтобы не привлекать внимания монстров, зверей и даже людей, когда приходилось ночевать под открытым небом. Юриен отыскал пару чудом уцелевших кастрюль, немного древесного угля, жаровню, слегка помятую картонную коробку и продукты, которые не были раздавлены или испорчены. Одновременно он начал объяснять Эхи особенности Рангиосы и суть своего «ока истины».

[Ого, это ещё что такое? Разве не жульничество? Нечестно! Кто-то даже встать не может, пока его хозяин не пробудит, а тут священный меч — и такой хитрый!] — заворчал Бардергиоса.

Эхи, потрясённая неожиданной способностью священного меча, остановилась на месте.

— Т-тогда вы сразу узнали меня при первой же встрече? С помощью ока истины?

— Да.

Её лицо мгновенно залилось краской. Что же он думал, глядя на неё, когда она так отчаянно пыталась скрыть свою личность? Эхи не выдержала и спросила:

— М-м, Юра, а что вы подумали, когда увидели, как я… эм, одета совсем неподобающе для рыцаря?

— Эхи, одежда не имеет никакого отношения к тому, достоин ли человек называться рыцарем.

— Нет, я не совсем это имела в виду… Просто скажите честно, что вы подумали, когда впервые увидели меня в Азенке?

— Когда впервые увидел в Азенке… — он замолчал на полуслове, усаживаясь на обломок стены и ставя на жаровню кастрюлю, накрывая её перевёрнутой вверх дном крышкой.

На экзамене его ослепила красота Эхи, а у фонтана он не мог отвести от неё глаз. Именно тогда он осознал, что она девушка, и впервые в жизни ощутил влечение к другому человеку. Вскоре лицо Юриена стало таким же красным, как и у неё.

— …Почему вы краснеете?

— Пустяки.

— Скажите же, пожалуйста! Я не расстроюсь.

После её настойчивых просьб Юриен наконец тихо пробормотал:

— …Ты…

— Что?

— …Ты была настолько красива, что я не мог отвести глаз.

— …

[Эй, ты ведь тоже раньше говорила, что он красивый, да? Вы оба какие-то, о, странные…] — растерянно пробормотал демонический меч.

Этот ответ заставил всех покраснеть ещё сильнее. Эхи застыла на месте с приоткрытым ртом, а Юриен смутился от собственных слов и поспешно отвёл взгляд, занявшись приготовлением еды.

[А может, тебе просто любая девушка кажется красивой, если она хозяйка демонического меча?] — с иронией спросил священный меч.

Юриен сделал вид, что не услышал вопроса, поставил кастрюлю на жаровню, налил воды, начал нагревать её теплом крышки и принялся нарезать ингредиенты.

В голове у Эхи царил хаос.

«Если я признаюсь, что начала носить платья лишь для того, чтобы меня не узнали, будет ужасно неловко, да?»

Юриен сказал, что узнал её сразу, и теперь признаться в истинной причине было невозможно. Но и резко менять стиль одежды теперь выглядело бы странно. К этому моменту она уже прославилась в Азенке как курсантка, предпочитающая платья.

«Но ведь теперь все привыкли и думают, что это просто мой характер. И мне самой уже нравится так одеваться. Юриен тоже сказал, что я красивая… Да и мне приятно наряжаться…»

Решено — забудем, что когда-то она начала носить платья, чтобы скрыться. Просто будем считать, что ей с самого начала нравилась такая одежда. Ведь в конце концов, это правда.

Эхинацея решила проявить больше уверенности. Она откашлялась, стараясь скрыть полыхающие щёки, и сменила тему:

— Тогда, Юра, вы узнали о том, что я собираю Гиосы, тоже благодаря оку истины?

— Нет. Благодаря воспоминаниям Рангиосы.

— Что? Воспоминаниям Рангиосы?

Юриен накрыл кастрюлю крышкой, чтобы дым не выходил наружу, и, помешивая кашу, начал медленно рассказывать обо всём. О том, как увидел её душу внутри демонического меча, как узнал о планах меча и что открылось ему благодаря Рангиосе. И, наконец, о том, как полюбил её.

История получилась долгой. Настолько, что каша для ребёнка успела свариться и остыть, а суп, предназначенный для них с Шоном, полностью приготовился. Только после того, как они спустились в хранилище и поели, Юриен завершил рассказ.

Эхи молча слушала его, потягивая приготовленный им суп. Суп оказался таким вкусным, как она и ожидала, но сама история была неожиданной и глубокой.

Наконец Юриен изложил свой план действий против интриг демонического меча. Ошеломлённая услышанным, Эхи тихо произнесла:

— Юра, я собиралась отказаться от мести.

Юриен, откладывавший порцию еды для Шона, удивлённо посмотрел на неё.

— Почему?

— Потому что они ваша семья. Я решила, что если хочу быть с вами, то должна отказаться от мести.

Юриен на мгновение не понял её слов, но затем осознал их смысл. Она предпочла будущее с ним, а не месть за пятнадцать лет страданий. В груди у него разлилось тепло.

[Похоже, с эмоциями у нас проблем не будет, хозяин. Женщина, которую ты так любишь, любит тебя столь же сильно.]

Священный меч проговорил с облегчением. Юриен, едва восстановив дыхание, ответил ей:

— Эхи, они мне не семья. Тебе не нужно прощать их ради меня.

— Но всё же…

— Если ты захочешь отомстить, я помогу тебе. Если нет — я сам их накажу. Даже если ты простишь их, я не прощу.

Эхи слегка удивило холодное выражение лица Юриена, которого она не видела даже тогда, когда она была дьяволом с демоническим мечом. Опущенные глаза, сжатые челюсти, сдерживаемая ярость.

«Оказывается, он может выглядеть и так…»

Странно, но стоило ему проявить гнев и заговорить о мести, как её собственная злость утихла. Казалось, его гнева за неё было достаточно, чтобы всё встало на свои места. Она тихо улыбнулась.

— Глядя на вас, я понимаю… что, возможно, и правда могу обойтись без мести.

Юриен, едва подавивший свою ярость, удивлённо взглянул на неё. Эхи перестала улыбаться и серьёзно добавила:

— Но оставить их безнаказанными нельзя. Они должны ответить за содеянное. Юра, по вашему плану, какое наказание их ожидает?

http://tl..ru/book/65139/3403801