Глава 198. Итого двадцать пять баллов

Почти Безголовый Ник и Антони потратили некоторое время, чтобы убедить плачущую Плаксу Миртл в том, что описание Локонсом её «ярких голубых глаз» не было сарказмом в адрес «четырехглазой Плаксы Миртл».

Антони вернулся в свою комнату, когда уже стемнело.

Умывшись, он лёг в постель и стал слушать, как крыса шуршит в клетке. На другом конце комнаты, на шкафу, мирно спала кошка.

Возможно, из-за того, что Профессор Локонс слишком уж много говорил на вечеринке, Антони никак не удавалось избавиться от его голоса. Он изо всех сил старался не слушать, но где-то в глубине сознания продолжал звучать бодрый, уверенный голос. Как будто ты слишком долго ехал на поезде — и хотя ты знаешь, что сидишь на устойчивом металлическом сиденье, покрытом белой краской, твой мозг упорно твердит, что оно раскачивается.

Осознав, что досчитал уже до тысячи пятисот шестидесяти двух овец, Антони сел, накинул халат и вернулся в кабинет — вносить изменения в план урока. После сегодняшнего разговора с Профессором Бабблинг он решил добавить в программу пятого курса немного истории магглов.

Закончив с планом, Антони с досадой понял, что теперь уже точно не уснёт. Он вернулся в спальню и уставился на смутный пушистый силуэт на шкафу. Крыса-призрак вылезла из клетки и уселась у него на ноге.

Антони взял её в руки и тихо спросил:

— Хочешь прогуляться?

Коридор за дверью кабинета был погружён в тишину и темноту. Плакса Миртл больше не вздыхала в туалете, из-за двери кабинета Локонса не доносилось ни звука. Антони тихонько закрыл дверь, боясь нарушить покой.

Он бесцельно бродил по замку. Из кармана выглядывала мордочка крысы, прислушиваясь, как тихонько звенят доспехи, когда мимо проходят люди или пролетает ветерок. Несколько портретов перешёптывались между собой — Антони показалось, что они обсуждают только что проскакавшую жабу.

Сам того не заметив, он оказался в коридоре, где висел гобелен с троллем. Тролль в балетной пачке спал на полу, а над ним склонился человек, трубящий ему в ухо через свёрнутое в трубочку письмо.

Антони вспомнил про свой тренировочный зал для некромантии, погладил крысу-призрака по голове и трижды прошёлся взад-вперёд вдоль пустой стены.

Но дверь, с которой он был уже хорошо знаком, так и не появилась. Антони нахмурился и сделал ещё несколько шагов, но замок по-прежнему не реагировал. Крыса-призрак с любопытством наблюдала за Антони.

И тут стена перед ним вдруг поплыла, словно растаявшее мороженое, и в ней возникла дверь. Антони ошеломлённо смотрел, как из-за неё показалась рыжая голова и поймала его взгляд.

— О… Добрый вечер, Профессор Антони, — невозмутимо произнёс Фред.

— Добрый вечер, мистер Уизли… — Антони ухватился за дверь и заглянул внутрь, — …и вам не хворать. — Краем глаза он заметил, как Фред сунул в карман какой-то пергамент.

Джордж сидел на диване, повернувшись к Антони спиной. Роджер Дэвис сидел рядом с Джорджем, а его сосед по комнате, Эмери Свитч, — на полу; они что-то оживлённо обсуждали.

Подушки валялись где попало. На низком столике посреди комнаты громоздилась куча еды: рядом с картошкой фри и жареной курицей стоял радиоприёмник и громко играл (кажется, это была песня «Выпендреллы»).

— Нет-нет, это ни к чему, — сказал Эмери, пытаясь сдержать зевок. — Кому нужна поющая змея? — он был довольно глуповатым парнем и почти никогда не участвовал в обсуждениях на уроках Антони. Он просто сидел рядом с Роджером, делал записи или задумчиво смотрел на ползающих по стене пауков.

— Не только поющая, — возразил Джордж, подаваясь вперёд. — Это только для начала. Если нам удастся записать её голос, мы попросим Гарри наговорить для неё несколько фраз на змеином.

— Но зачем кому-то, чтобы Старина Роджер-Змей говорил на змеином? — спросил Роджер, теребя обмотанную вокруг шеи игрушку. — Лучше давайте ещё раз обсудим идею с галстуком. Мне кажется, это будет прикольно.

— Кто-нибудь из вас вступал в клуб Дамблдора? — спросил Джордж.

— Кто-нибудь из вас вообще заметил, что у нас в гостях Профессор? — раздражённо спросил Фред.

Три головы одновременно повернулись к Антони. Джордж захлопнул толстенный блокнот, Роджер стянул со шеи змею (он только что завязал на ней «Виндзор»), а Эмери неловко поднялся на ноги, явно не зная, куда себя деть.

— Добрый вечер, Профессор Антони, — сказал Джордж. — Не хотите немного картошки?

— Добрый вечер, джентльмены, — произнёс Антони, всё ещё стоя в дверях. — Надеюсь, я не помешал вашей вечеринке?

— Всё под контролем, Профессор, — с готовностью отозвался Фред. — Картошка, курица, бутерброды, тыквенный сок, горячий шоколад и… хм… Чудесная музыка, — Заметив, что Антони смотрит на приёмник (он как раз раскачивался из стороны в сторону, перевёрнутый вверх антенной), он незаметно пнул Эмери. Тот поспешно выключил радио.

— И много-много змей, — добавил Антони, глядя на деревянный ящик в углу. Внутри шевелилась целая куча игрушек всевозможных расцветок и размеров, с пятнами и без. Язычки некоторых были высунуты наружу, напоминая фитили фейерверков.

— Ну… Да, — пробормотал Джордж, загораживая собой ящик. — Профессор, Профессор Антони…

Его слова прервал странный грохот. Джордж застонал. Антони обернулся и увидел, как Роджер и Эмери пытаются прикрыть подушками кучу мешков и коробок, сваленных в углу (на коробках красовались логотипы «Всевозможных волшебных вредилок» и «Зонко»), но безуспешно — получился настоящий обвал.

Никто не хотел в этом признаваться, поэтому Гриффиндор и Когтевран лишились десяти очков каждый. Роджер и Эмери выглядели виноватыми, а вот братья Уизли больше беспокоились о том, узнают ли об этом мистер или миссис Уизли.

— Откуда у вас деньги на всё это? — спросил Антони.

— Ну… Об этом…

— Только не говорите, что вы играли на тотализаторе? — Антони знал, что братья Уизли хотели устроить тотализатор на матчах за Кубок по квиддичу, но Оливер Вуд решительно пресёк эту затею.

— Нет, что вы, — честно ответил Роджер. — Профессор Антони, это всё мы с Эмери. Мы скинулись из своих карманных денег, а Фред и Джордж помогли нам протащить всё это в школу.

Антони посмотрел на четверых парней. Эмери не поднимал глаз, на шее у Роджера всё ещё виднелся едва заметный след, а в руке он всё так же сжимал змею, названную в его честь. Фред и Джордж были с Антони знакомы лучше и теперь смотрели на него с надеждой — Антони уже хорошо знал этот взгляд. Он не раз видел, как они смотрят так на мистера Уизли, умоляя его не рассказывать ничего миссис Уизли.

Антони покачал головой и улыбнулся:

— Не доставляйте мистеру Филчу лишних хлопот, хорошо? А теперь марш спать. Или найдите себе пустой класс — только постарайтесь в этот раз не попадаться мне на глаза.

Он не стал конфисковывать волшебные фейерверки, шипучие леденцы и кусающиеся чашки, общая стоимость которых наверняка превышала пятьдесят галлеонов. Он просто с интересом осмотрел содержимое ящика и забрал навозные бомбы.

— Спасибо, Профессор, — с облегчением выдохнул Фред.

— А с пустыми классами идея так себе, — вспомнил Джордж. — Привидения возьмут и пройдут сквозь стену, кто-нибудь завизжит — и вот уже бежит Филч.

Проводив взглядом мальчиков, направлявшихся к своим башням, Антони продолжил прогулку, неся в руках два мешочка с навозными бомбами. Крыса-призрак с любопытством обнюхивала их, свесив голову с края кармана.

Он заглянул в заброшенный туалет — бывшую лабораторию близнецов Уизли и мастерскую Трейси по изготовлению зелий. Найдя оставленный кем-то из близнецов инструмент, он открыл рассохшуюся дверь.

Крыса-призрак испугалась радостно поприветствовавшей их пробки для ванны и юркнула под пол. Антони несколько раз позвал её, но чувствовал только, как постепенно успокаивается крысиное волнение. Он оглядел туалет и заметил, что полка, где обычно хранились ингредиенты для зелий, наполовину опустела, а начищенные до блеска котлы были аккуратно расставлены у раковины.

В этот момент за дверью послышался лёгкий шорох. Дверь со скрипом отворилась.

В туалет вошла Трейси Дэвис и, увидев Антони, замерла на месте.

На мгновение Антони стало смешно. Один Свитч, двое Уизли, двое Дэвис — пожалуй, ему стоило выбираться на ночные прогулки почаще.

— Добрый вечер, мисс Дэвис, — невозмутимо произнёс он.

— Добрый вечер, Профессор Антони, — вежливо ответила Трейси, разглядывая мешочки с навозными бомбами. — Вы не видели мою остроконечную шляпу? Я её везде ищу.

— К сожалению, нет, мисс Дэвис, — ответил Антони. — Но, похоже, этот туалет превратился в мастерскую по изготовлению зелий.

Трейси обвела взглядом полки, сделанные из унитазов, пустые котлы, и удивлённо проговорила:

— Да.

— Уверяю вас, вашей шляпы здесь нет, — сказал Антони, проходя мимо неё и открывая дверь. — Пойдёмте, мисс Дэвис. Сейчас комендантский час. Снять баллы или назначить отработку?

— Снять баллы, Профессор Антони, — ответила Трейси, выходя за ним из туалета.

— Слизерин в этом году совсем не дорожит баллами? — удивился Антони. — Ладно, снимаю пять баллов со Слизерина.

Трейси улыбнулась, но промолчала.

Когда они проходили мимо окна, Антони воспользовался лунным светом, чтобы получше её рассмотреть. Она была всё такой же бледной, но выглядела гораздо лучше, чем в прошлом семестре, когда варила Успокоительное зелье.

Вообще-то Антони видел её на уроке всего несколько дней назад. Он заметил, как до начала урока Кэти Белл села рядом с ней и что-то ей рассказывала. Судя по лицу Трейси, она стала даже счастливее, чем в прошлом году.

— Профессор Антони?

— Да?

— Ничего.., — Трейси покачала головой.

— Вы заинтриговали меня, мисс Дэвис, — подбодрил её Антони.

— Знаю, это бестактный вопрос… — начала Трейси, поднимая на него глаза. — Профессор, вы полукровка?

— Я чистокровный маггл, — как обычно ответил Антони. — Не думаю, что кто-то из моих родителей был волшебником. Почему вы спрашиваете?

— Это Драко, — ответила Трейси. — Драко и Пэнси спорили о вашем происхождении.

— И они решили, что я полукровка? — удивлённо спросил Антони.

— Они не верят, что вы магглорождённый, — поправила его Трейси. — Драко сказал, что в Хогвартс никогда не берут на работу преподавателей-магглов, и кто-то упомянул ваше имя.

Антони никогда не интересовался семейной историей своих коллег. Он не мог знать наверняка, но всё же ответил:

— По крайней мере, теперь у них есть один контраргумент.

— Да. — Трейси помедлила. — Профессор Антони, как магглорождённые волшебники относятся к полукровкам?

Она явно спрашивала серьёзно. Антони вдруг понял, что на Слизерине почти нет магглорождённых — по крайней мере, он ни об одном не знал.

— Не могу сказать за всех, но, не зная других подробностей, думаю, магглорождённые поначалу видят в остальных просто волшебников. Скорее всего, многие магглы делят людей именно так: те, кто умеет колдовать, и те, кто не умеет, — ответил Антони. — Но, мисс Дэвис, «другие подробности» очень важны. Мы же люди, и обращаем внимание на множество вещей, помимо происхождения, — он посмотрел на Трейси и продолжил: — Улыбчивый ли этот человек? Ровные ли у него зубы? Любит ли он брюссельскую капусту? Часто ли он сдаёт работы позже срока? Мисс Дэвис, если вы заметили, что кто-то смотрит на вас и видит только «полукровку», не замечая всех этих важных деталей… — Он вспомнил взгляды, проникающие сквозь ярлык «некромант», и улыбнулся. — …то знайте, что этот человек слеп.

Они спускались по лестнице, освещаемой мерцающими чарами.

— Мисс Дэвис, — окликнул Антони, заметив лестницу, ведущую в подземелье, и указал палочкой в сторону Больничного Крыла. — Если вам когда-нибудь понадобится помощь, обращайтесь к Мадам Помфри. Она профессионал.

— Спасибо, Профессор Антони, — отозвалась Трейси.

— И ещё, — серьёзно сказал Антони. — Если вам понадобится помощь, обращайтесь к любому преподавателю. В этом наша работа.

Трейси тихонько ахнула, словно и правда хотела что-то сказать. В белом свете, исходящем от кончика палочки Антони, было видно, как блестят её глаза и меняется выражение лица.

Антони ждал.

Но Трейси лишь произнесла:

— Профессор Снейп — тоже полукровка. Вы знали?

Не дожидаясь ответа, она коротко кивнула.

— Спокойной ночи, Профессор.

Она быстро спустилась по лестнице в подземелье, и её чёрная мантия вскоре скрылась из виду.

http://tl..ru/book/114294/4508917