Глава 223. Хэллоуин, полный недоразумений и нелепых случайностей.

Антони внимательно осмотрелся, но так и не увидел друзей Хагрида. Он пожал плечами.

— Не знаю. Может быть, они не проголодались.

Хагрид продолжал что-то бормотать себе под нос, но Антони уже с вожделением поглядывал на ростбиф и жареный картофель. Если Альбус Дамблдор не объявит о начале хэллоуинского ужина в течение ближайших десяти минут, он не мог гарантировать, что его вилка не отрастит крылья и не полетит к еде сама.

Локонс, облаченный в мантию цвета тыквы, появился с опозданием и с удивлением обнаружил, что свободными остались только места между Филчем и Профессором Трелони. Трудно было сказать, кто чувствовал себя более неловко: Филч, сохранявший на лице выражение крайней неудовлетворённости, Локонс, которому дымчато-серый хвост Миссис Норрис то и дело норовил попасть в тарелку, или Профессор Трелони, чей мистический образ совершенно не вязался с ослепительной мантией и сияющей улыбкой Златопуста.

Профессор Трелони в ответ лишь звякнула браслетами и слегка покачала серьгами-висюльками, после чего одарила Профессора Локонса очередным предсказанием. Устремив взгляд в его чашку, она дрожащим, потусторонним голосом предупредила, что видит в ней дурное предзнаменование.

— Ну что вы, дорогая Сивилла! — добродушно отозвался Локонс. — Я вовсе не хочу хвастаться, но я прекрасно знаю, как нужно поступать с дурными предзнаменованиями… Конечно, это сопряжено с определенной опасностью, но подробности вы можете найти в моей книге «Путешествие с вампиром на корабле». Впрочем, сегодня они нам не понадобятся, поскольку… — Локонс отодвинул от себя чашку и продемонстрировал её Профессору Трелони. — В ней нет чая, Сивилла. Тыквенный сок.

— Для истинного провидца все сущее — не более чем чаинки на дне чашки, — туманно изрекла Профессор Трелони. — Запомните мои слова.

В этот момент со стула поднялся Альбус Дамблдор. Студенты с надеждой смотрели на него. Антони заметил, что некоторые из них, не в силах больше терпеть, уже вовсю набивают рот едой, стараясь придать своим лицам благочестивое выражение.

— Как вы уже догадались, — громко провозгласил Дамблдор, — сегодня у нас праздничный ужин в честь Хэллоуина. И поэтому я предлагаю немедленно… Приступить к трапезе!

С этими словами он сел и первым делом положил себе на тарелку кусок ростбифа.

Зал наполнился гулом голосов и шорохом мантий. Зазвенели сотни металлических ножей и вилок, застучали по тарелкам; хрустальные кувшины с тыквенным соком, молоком и горячим шоколадом пошли по рукам; сосиски и ростбиф исчезали с подносов с невероятной скоростью. Печенье в форме пауков то и дело пыталось вскарабкаться на скользкие стенки тарелок, но безуспешно.

Антони услышал, как кто-то из хаффлпаффцев за соседним столом громко спросил:

— Джастин, ты говорил, Дамблдор заказал танцующих скелетов?

— Может быть, нам сначала нужно доесть свои кости? — предположил другой Хаффлпафф, с сомнением глядя на бараньи ребрышки.

— Фу! — с отвращением воскликнул сидевший напротив студент, отодвигая от себя тарелку. — Не хочу знать, какую именно часть скелета я сейчас ем.

— Правда, Альбус? — спросила Профессор Стебль, наклоняясь к Директору. — Ты заказал танцующих скелетов?

Альбус Дамблдор как раз резал запеканку. Он поднял голову.

— Как жаль, что я до этого не додумался.

Антони встретился взглядом с Профессором Макгонагалл. Та слегка покачала головой, а потом с облегчением снова склонилась над тарелкой и продолжила сражение с бараньими ребрышками.

— Не хочешь ли тыквенного пирога, Генри? — предложила Профессор Бабблинг.

— С удовольствием, спасибо, Кэриди.

Сгущались сумерки, и летучие мыши, кружившие вокруг тыквенных голов, словно становились все многочисленнее. Они проносились мимо каждого усмехающегося тыквенного рта, отбрасывая на землю мелькающие тени. За столами становилось всё светлее: ученики доедали угощение и постепенно расходились.

Миссис Норрис, которой не позволили ни гоняться за летучими мышами, ни охотиться на пауков из печенья, с мрачным видом покинула Зал. Вскоре за ней, прихватив полные карманы паучьего печенья, отправился и угрюмый Филч, заявивший, что должен её найти.

Хагрид вернулся в свою хижину. Снейп вместе с Профессором Стебль отправился в оранжереи: кажется, там как раз созревала какая-то очень ценная трава.

Антони доел последний пончик, встал и вместе с Профессором Макгонагалл медленно вышел из Зала. Профессор Флитвик шёл следом, оживленно обсуждая с ним какую-то книгу по теории магии, рекомендованную Дамблдором. Профессору Флитвику приходилось идти очень быстро, чтобы не отставать.

Локонс и Профессор Трелони по-прежнему сидели за преподавательским столом. Коллеги, прощаясь, лишь вежливо желали им приятного аппетита и, не задерживаясь, покидали Зал.

— Но Профессор Антони, — пропищал Профессор Флитвик, — это же книга шестнадцатого века! Если ты хочешь быть в курсе последних достижений, я бы рекомендовал тебе подписаться на ежемесячный журнал «Вестник магической теории». Многие талантливые ученые публикуют там результаты своих исследований…

В этот момент снизу донесся какой-то шум и крики.

Профессор Макгонагалл тут же круто развернулась и ускорила шаг. Её лицо снова стало строгим. Антони и Профессор Флитвик последовали за ней (Профессору Флитвику опять же пришлось перейти на бег).

Чем ближе они подходили, тем громче становились крики, эхом разносившиеся по старым каменным стенам. Профессор Макгонагалл решительно растолкала столпившихся на лестнице возбужденных студентов, и Антони с Профессором Флитвиком увидели в центре переполоха шестерых человек.

Внизу стоял Гарри. В одной руке он сжимал волшебную палочку, а другой крепко держал Рона за локоть. Рон тяжело дышал, его глаза покраснели, он свирепо смотрел на стоявшего напротив Драко Малфоя. За другой локоть Рона держала Гермиона. Несмотря на то, что ей приходилось прилагать усилия, чтобы удержать Рона, Гермиона, словно разъяренная львица, гневно смотрела на Драко Малфоя, Крэбба и Гойла.

Малфой, мантия которого была измята ничуть не меньше, чем у Рона, с издевательской усмешкой смотрел на троицу сверху вниз. Увидев Профессора Макгонагалл, он мгновенно стер улыбку с лица.

— Потрудитесь объяснить, что здесь происходит, — холодно потребовала Профессор Макгонагалл. Её губы были плотно сжаты, а в глазах горел огонь.

— Это все Малфой, Профессор Макгонагалл! — выкрикнул Рон.

— Поттер и Уизли напали на меня! — тут же заявил Драко Малфой.

— Потому что ты несешь всякую чушь! — возмущенно крикнула Гермиона.

— Так тебе и надо! — рявкнул Рон.

— Тишина! — оборвала их профессор Макгонагалл. — Грейнджер, расскажите, что случилось.

Гермиона сделала глубокий вдох и начала свой рассказ.

Из её слов, а также из реплик остальных участников — Крэбб и Гойл хранили молчание — и дополнений других студентов, столпившихся на лестнице, Антони постепенно начал понимать, что же произошло.

Почти Безголовый Ник пригласил Гарри, Рона и Гермиону на празднование пятисотой годовщины своей смерти. Хотя Ник и посещал кружок Локонса, чтобы научиться устраивать вечеринки, которые пришлись бы привидениям по душе, он, очевидно, упустил из виду, что живых людей на этом празднике окажется ничтожно мало.

В итоге вечеринка показалась трем друзьям слишком уж… Призрачной. Принеся свои извинения, они решили удалиться. («Если честно, то подгнившая еда, ужасная музыка и этот могильный холод… Всё это было еще куда ни шло, по сравнению с Малфоем», — мрачно добавил Рон).

А Ник, проникшись теорией Локонса о «искренности и энтузиазме», решил во что бы то ни стало удержать своих гостей, поэтому с максимально возможным для ледяного духа пылом бросился за ними, пройдя сквозь стену.

Возможно, Нику удалось бы добраться до гриффиндорской башни, если бы некоторые привидения не решили, что раз уж хозяин отлучился, то почему бы не устроить гостям небольшое представление, демонстрируя, что значит «быть безголовым» в самом прямом смысле этого слова.

К сожалению, из-за настойчивых попыток Ника задержать друзей эту сцену успели увидеть многие слизеринцы, возвращавшиеся в свои подземелья.

— Малфой заявил, будто Гарри опять пытается привлечь к себе внимание… — начала было Гермиона, но закусила губу и нерешительно умолкла.

— А дальше что было? — спросила Профессор Макгонагалл.

— А дальше Гарри велел ему убираться, — ответила Гермиона.

— Меня просто заинтересовало, что Поттер делает в подземельях, Профессор, — не упустил случая вставить свое слово Драко Малфой. — Но они стали мне угрожать, обещали, что я буду есть слизней, если посмею задать ещё хоть один вопрос.

— Это ты ещё промолчал о том, что было до этого! — с ненавистью в голосе прошипел Рон. — Ты спросил, не надоело ли Гарри, что его осаждают поклонницы вроде Колина и Джинни!

— Как бы то ни было, молодые люди, — Профессор Макгонагалл строго посмотрела на мальчиков, а потом перевела взгляд на Гермиону, — и вы, мисс Грейнджер… Это не повод устраивать драку на лестнице. Считаю необходимым снять с каждого из вас по десять очков.

Гермиона ахнула.

— С каждого по десять, — повторила Профессор Макгонагалл. — Я очень разочарована, мисс Грейнджер. Я ожидала от вас большей разумности.

Гермиона побледнела. Гарри и Рон, перестав сверлить взглядами Малфоя, с виноватым видом посмотрели на неё. На лице Драко Малфоя появилась самодовольная улыбка: он был явно доволен, словно Слизерин не потерял тридцать очков, а наоборот, заработал.

— Но Профессор Макгонагалл! — один из стоявших поблизости хаффлпаффцев наконец-то набрался храбрости. — Это же всё Малфой виноват! Он наговорил Гарри кучу гадостей!

— И что же он сказал? — спросила Профессор Макгонагалл.

Гарри отвел взгляд, явно предпочитая смириться с наказанием, но не повторять слов Малфоя. Рон шагнул вперед, но ничего не сказал. Гермиона с тревогой наблюдала за Гарри, поджав губы. Улыбка Малфоя стала ещё шире.

Тем временем Профессор Флитвик, стоявший чуть поодаль, шепотом о чем-то расспрашивал другого хаффлпаффца. Выслушав ответ, Профессор Флитвик сердито округлил глаза и несколько раз повторил:

— Ужасно! Просто ужасно!

— Что случилось, Филиус?

Профессор Флитвик жестом предложил Профессору Макгонагалл и Антони наклониться поближе.

— Мистер Малфой спросил мистера Поттера, зачем вообще ему пришло в голову идти на поминки к Нику, если не для того, чтобы покрасоваться… — качая головой, сердито прошептал он. — Он спросил мистера Поттера, не решил ли тот заодно отметить… Годовщину смерти Джеймса и Лили.

Профессор Макгонагалл возмущенно ахнула. Антони невольно вырвалось:

— Боже мой!

— Профессор, меня нужно срочно отвести в Больничное Крыло! — внезапно заявил Малфой.

— Мистер Малфой… — начала было Профессор Макгонагалл.

— Меня укусила крыса Уизли! — поспешно выпалил Малфой, показывая указательный палец, на котором выступила кровь.

— Точно, Короста! Где Короста? — вскричал Рон.

— Крэбб пнул её ногой, и Короста покатилась вниз по лестнице, — сообщил кто-то из ребят. В его голосе слышались нотки то ли сочувствия, то ли злорадства. — Если поспешишь, то, может быть, успеешь вытащить её хвост из пасти змеи.

— Не слушай его, — доброжелательно посоветовал кто-то другой. — Снейп кормит змей только новорожденными мышатами, у которых ещё шерстка не выросла.

— Но у Коросты почти совсем нет шерсти! — в отчаянии воскликнул Рон. — Она почти лысая!

— Она меня укусила, Профессор, — простонал Малфой. — Кто знает, чем больна эта крыса… (— Может быть, ты тоже облысеешь, — пробормотал кто-то из хаффлпаффцев, стоявших рядом с Антони). — Мне обязательно нужно показаться мадам Помфри… Ой, кажется, у меня уже голова кружится…

— Ты можешь идти в Больничное Крыло, — отрезала Профессор Макгонагалл. — Но прежде я снимаю со Слизерина ещё двадцать очков.

Некоторые слизеринцы, стоявшие рядом, посмотрели на Малфоя с неприязнью. Похоже, Драко хотел было что-то возразить, но Профессор Макгонагалл уже повернулась к Гарри.

— А вы, Поттер, идите наверх. Думаю, там ещё осталось немного жареной картошки… Я попрошу эльфов принести вам тыквенного сока.

Антони с удивлением заметил, что глаза Профессора Макгонагалл подозрительно блестят.

Малфой презрительно фыркнул, избегая взглядов однокурсников, и, понурившись, зашагал прочь. В мерцающем свете свечей его лицо казалось ещё более бледным, чем обычно.

— Нет, я должен найти Коросту, — заявил Рон.

Едва он это произнес, как снизу донесся громкий, пронзительный кошачий визг. Рон позеленел.

— Ми.. Миссис Норрис? — с трудом выговорил он.

Антони тоже начал опасаться за судьбу питомца Рона. Про змею студенты, возможно, и соврали, но Миссис Норрис была самой настоящей кошкой.

Тут же раздался голос Филча:

— Что это, моя хорошая? Крыса? Замечательно!…

На лестнице поднялся шум. Кто-то говорил, что Миссис Норрис никогда не охотится на домашних животных учеников, кто-то утверждал, что кошка вполне может тайком лакомиться питомцами («Помню, она как-то на сову замахнулась!»).

Губы Рона дрожали.

— Только не Короста, только не Короста, — шептал он.

— Филч! — крикнула Профессор Макгонагалл.

Филч с выпученными глазами тут же появился на лестнице.

— Вы меня звали, Профессор Макгонагалл? — недовольно спросил он, подозрительно оглядывая студентов. Ему явно хотелось увидеть, кто из этих неблагодарных скотов опять заслужил наказание.

— Да, мы вас искали, — громко сказал Профессор Флитвик. — Скажите, Миссис Норрис только что не крысу ли поймала? — он подпрыгнул, пытаясь заглянуть Филчу через плечо.

— Что? — не понял Филч.

— Крысу, мистер Филч, — пояснил Антони, глядя на огромное серое нечто, которое Филч держал за хвост. — Мистер Уизли ищет своего питомца.

Филч на мгновение замялся, не зная, что ответить. С одной стороны, ему очень хотелось проворчать, что за мерзость таскают с собой эти несносные детишки, а с другой — он не мог допустить, чтобы пострадала репутация его любимицы. Наконец, после непродолжительной внутренней борьбы, он неохотно протянул вперёд серую тушку.

— Ладно, так и быть, забирайте, если кто-то считает это своим питомцем! Полагаю, завтра найдется умник, который решит держать у себя грязные следы от ботинок! Пачкают замок, носятся туда-сюда…

Гермиона осторожно взяла крысу за хвост. Та была вся в кошачьей слюне, испачкана кровью и не шевелилась.

— Рон, — тихо сказал Гарри, сочувственно глядя на друга. — Кажется, это Короста.

Рон издал сдавленный всхлип. Гарри молча положил ему руку на плечо, выражая соболезнования. Студенты зашумели ещё громче. Лицо Филча пошло красными пятнами.

— Филч, нам нужно поговорить о поведении Миссис Норрис, — строго сказала Профессор Макгонагалл. — Мы не можем допускать, чтобы она охотилась на домашних животных наших учеников!

Профессор Флитвик одобрительно кивнул. Филч переводил взгляд с Профессора Макгонагалл на Профессора Флитвика и Антони, крепче прижимая к себе Миссис Норрис.

— Подождите, она жива! — радостно закричала Гермиона. — Рон, она жива!

http://tl..ru/book/114294/4523675